Вячеслав Сизов – Штурмовой батальон (страница 52)
Ремонтники после вчерашнего боя все еще копаются над 3 танками. Там вроде и работы немного, а вот ведь затянули с ремонтом. В других подразделениях экипажи из подбитых или сломанных танков сами ремонтом занимаются, а у нас они это делают, если только ремонт небольшой и не сложный. Всем остальным ремонтники занимаются, члены экипажа им помогают, если только в качестве подай-поднеси. Особенно если ремонт двигателей идет. Оттого и машины ходят дольше, чем у остальных, и рации нормально работают, а не шуршат и шипят. Вчера у немцев в качестве трофеев удалось захватить пару «троечек» и два Т-26, восстановленных врагом. За счет резервных экипажей удалось их поставить в строй. Сегодня они пригодились. Хорошо, что вчера вечером не успели их перекрасить и замазать немецкие тактические номера. До полуночи разведчики нашли никем не охраняемую и не заминированную дорогу, ведущую к немцам в тыл. По ней провели танки и ударили по врагу. Немецкое охранение, увидев трофейные танки, шедшие первыми, пропустило их в деревню. Выстрелы снайперов и действия штурмовой роты прикрыл шум работы танковых двигателей. Ну а дальше был удар по спящим в домах немцам, где танкисты и штурмовики действовали сообща, как не раз отрабатывали на полигоне. Накрыли две пехотные роты врага, вставшие на отдых. Нашумели не сильно, хоть и пришлось пару раз стрелять из танков для острастки. Зато стали обладателями 3 исправных сорокапяток и пленных.
Примерно то же самое произошло и со второй деревней. Правда, с ней пришлось повозиться больше, почти до самого утра. Там ночевал целый разведбат. Ну не совсем целый, точнее сказать, его остатки, но все равно бой был жестокий. Потеряли оба трофейных Т-26 и колесный БТ. Они нарвались на орудия противотанкового взвода и станковые пулеметы. Пришлось шуметь. Для подавления огневых точек использовали зенитные и минометные самоходки. Тем не менее часть разведбата ушла. Добивали их в поле, где потеряли еще два танка, подорвавшихся на минах. Действовали ведь наобум, понадеявшись на авось. Карт минных полей, что наши тут выставили, не было. Вот и нарвались на неприятности. За один бой сразу пять единиц бронетехники потеряли. И это за паршивую деревеньку в сотню домов, а что дальше будет? Хорошо, что ремонтники смогли вытянуть подбитые машины и сейчас колдуют над ними.
С третьей деревней не повезло. Во-первых, мы нашумели в первых двух. Во-вторых, там были основные силы пехотного батальона, танковая рота (укомплектованная в том числе нашими трофейными Т-34) и артиллерийский дивизион. И все это было развернуто на заранее подготовленных позициях. Нашими, между прочим, подготовленными, да вот не удержанными. В-третьих, обойти деревню из-за глубокого снега не представлялось возможным. В обход удалось отправить лишь егерей. Так что линейного боя нам избежать не удалось. Мы атаковали, они оборонялись. Немцы активно использовали свою артиллерию и танки. Мы тоже. Не зря же нам придали гаубичный дивизион. Да и наши 120 и 82-мм самоходные минометы на базе шасси Т-28 и Т-26 себя отлично показали. Закидали врага минами и снарядами. Заставили вражескую артиллерию замолчать. Хотя и нам доставалось, пока егеря, зайдя к немцам в тыл, не скорректировали наш огонь. Бой шел почти весь световой день. Немцы несколько раз контратаковали танками и пехотой, дважды вызывали свою авиацию. Зенитчики пару «Юнкерсов» подбили и сорвали все попытки врага атаковать нас с неба. Тем не менее штурмовики успели сбросить несколько десятков бомб на наши позиции. По закону подлости они попали точно в цель, повредив несколько танков и минометов. Еще несколько танков погибло в бою с «тридцатьчетверками». Противник нам достался серьезный, грамотный и упорный. И все же мы вышли победителями, хотя нам и пришлось обороняться в чистом поле. Наши модифицированные Т-28 с 76-мм пушкой Ф-34 оказались твердым орешком для врага. Сказались многократные тренировки, экипажи за время боев опыта набрались, в себя поверили. Да и противотанкисты не зевали, что артиллеристы, что в стрелковой цепи. С пехотой разобрались штурмовики и гранатометчики с АГ-2. А потом и сами перешли в контратаку. Враг не выдержал и начал отступать, бросив в деревне часть техники и вооружения. Надо признать, немцы грамотно отступали. От рубежа к рубежу, цепляясь за каждое удобное место, на отдельных участках контратакуя. Их пулеметчики и оставшиеся танки до последнего прикрывали отход своих. За что и поплатились. Только одной «двоечке» удалось уйти, остальные на поле догорают. Лишь к вечеру деревня полностью стала нашей.
С наступлением темноты преследовать врага не стали. Зачем людьми рисковать, в темноте можно на засаду нарваться. Закрепились как следует на достигнутых рубежах, приготовившись к круговой обороне. А вот разведчиков и егерей, чтобы контакт с противником не терять, вслед отступающим отправили. Они поглядят, что к чему, поищут слабые места в немецкой обороне, а мы пока боекомплект и топливо пополним, погибших похороним. Захваченные трофеи в строй введем. Кстати, трофейные Т-34 из состава наших соседей – 8-й танковой бригады, немцы поленились и их тактические знаки известкой плохо закрасили. По показаниям пленных, соседи свои танки недели как две назад в боях потеряли, а немцы, вишь ты, их отремонтировали (разобрав на запчасти пару подбитых) и к себе в строй поставили. Ну да ничего, они после ремонта у нас послужат, запчасти найдем, если из тыла нужные запчасти не доставят, то тоже разберем пару совсем разбитых танков. Отдавать соседям не будем. Не зря же действует правило – «Что в бою взято, то свято». Пленный рассказывал, что они в наших танках вынужденно сражаются. У них большая убыль из строя по техническим причинам танков немецких типов (как же, знаем мы их технические причины, небось наши в боях пожгли!). Вот командование и решило использовать наши трофейные, в первую очередь Т-34 и КВ, тем более что они их много захватили в исправном состоянии. Мелкий ремонт не в счет. Используют такими, какие им от нас достались. Но есть и те, что прошли модернизацию. В ремонтных мастерских на них устанавливают командирскую башенку от «троечки» и немецкие радиостанции, меняют оптику. Хоть и считают немцы, что Т-34 хороший, мощный, простой в эксплуатации и высокопроходимый танк, но все же предпочитают свои коробочки. Как более удобные и комфортные для экипажа. Наши захваченные машины они эксплуатировали до тех пор, пока не выходили из строя или у них не кончались запчасти, снаряды и топливо. Тогда танки просто бросали у дороги или на сборном пункте. В отчеты о количестве имеющихся в частях танков сведения о трофейных советских боевых машинах можно было не включать. Это касается не только танков, но и броне – и автомашин. Слишком много их захвачено в качестве трофеев. Верховное командование Вермахта интересовали только танки и автомашины немецких типов, в т. ч. чешских, французских и т. п.
В принципе наши в других частях с трофейными боевыми машинами поступают так же. Пару-тройку дней покатаются и бросают. Знаете почему? Потому что спереди боковых звезд не видно, а наши артиллеристы очень нервные, чуть что – сразу стреляют. А кроме того, для наших танкистов (если специально не обучались) немецкая техника довольно сложна в эксплуатации и ремонте. Не то что у нас. Мы каждой трофейной машине рады. У нас их ремонт, снабжение запчастями и боеприпасами налажено. Хотя с артиллеристами тоже проблемы бывают.
Подводя итоги недельных боев, можно сказать, что новая техника себя в общем неплохо показала. Колесные БТРы и легкие, чисто колесные танки на базе БТ – используемые в качестве разведывательно-дозорной, командно-штабной машины и как самоходные зенитки, оправдали возлагаемые на них надежды. Бойцы довольны их эксплуатацией.
Т-28, прошедшие модификацию и с длинноствольным орудием Ф-34, тоже показали неплохие результаты. С немецкими танками, что со средними, что с тяжелыми, сражаются на равных. О легких (немецких и наших трофейных) даже говорить не приходится, бьют на раз. Немцы все чаще легкие танки переделывают в самоходки, устанавливая на них наши трофейные пушки. С Т-34 драться сложнее, но тоже можно. Вон они на поле дымят. Только вот в линейный бой с ними лучше на Т-28 не ввязываться.
Самоходные минометы 82 и 120-мм лучше всего использовать на шасси Т-28. Боекомплекта с собой можно возить больше, да и такие показатели, как проходимость и плавность хода, по сравнению с Т-26 гораздо выше.
По применению АГ-2 можно сослаться на мнение командиров штурмовых и егерских рот. В бою с пехотой врага показал он себя отлично.
Немаловажную роль в нашем успехе сыграло то, что мы отлично обеспечены средствами радиосвязи и радиоборьбы с немецкими радиостанциями. Вся бронетехника и остальные подразделения оснащены радиостанциями. Командиры не боятся ими пользоваться. Ни у кого нет радиобоязни. Отсюда слаженность действий и быстрое реагирование на команды. Мне куда проще стало руководить боем, как-никак в моей «Ракушке» («КШМ» на базе БТ) несколько раций, настроенных на всех командиров подразделений и служб. А у них свои «Ракушки» со связью до танкового экипажа включительно. Да и наблюдать за боем куда удобнее стало. Приданный взвод радиоборьбы молодцы, в очередной раз доказали, что не зря свои наркомовские получают. Забили немцам все каналы радиосвязи и даже вмешивались в руководство немецкими подразделениями. Вроде и недавно, всего с месяц назад, их по указанию нашего Наркома товарища Берии создали, а пользы от них ой как много: и радиоразведку ведут, и немцам мешают, и в случае нужды помогают остальным связистам связь наладить.