Вячеслав Седых – Диверсанты Фардара (страница 42)

— Всё. Можно взрывать, — радостно доложил измазанный серой пылью сержант.

— Всем укрыться за поворотом коридора! — скомандовал Клир и показал пример.

Полыхнула белая вспышка. Раздался оглушительный взрыв. Окружающее пространство заполнила мелкая противная пыль. Когда облако пыли рассеялось, взорам пиратов открылся зубчатый пролом в потолке. Клир схватил верёвку с самодельным крючком на конце и первым бросился карабкаться вверх по груде огромных каменных обломков.

Раскаты мощного взрыва докатились и до мафиози, продолжавшим прорыв по аварийным шахтам. До этого, хоть и с затухающей скоростью, они двигались вверх, но странный взрыв заставил остановиться и собраться на военный совет.

Каково же было удивление, когда после поимённой переклички выяснилось, что осталось только сорок девять человек, то есть менее трети личного состава вышедшего из казармы.

Свет фонарей был притушен. В полумраке копошились слабо очерченные тени.

— Надо перегруппироваться, — предложил Жун, — Мы больше не в силах вести бой по всему фронту. Предлагаю сосредоточиться в одном месте, и сделать решающий бросок. Нам осталось пройти всего два этажа.

— А что потом?

— Прорвёмся к выходу и взорвём его гранатами. Кстати, много ли осталось гранат?

— Ещё много, — раздалось сразу несколько голосов из темноты.

— Посчитайте точно. Надо сразу отложить в резерв.

— Проклятье! Кто взял мою сумку с гранатами?

— А где моя? Я только что положил её здесь.

Коридор наполнился руганью, кое — где дошло до мордобоя, но куда делись гранаты, так и не установили. С трудом наскребли крохи — едва хватит на подрыв бронедверей.

— Жун, нельзя медлить. В атаку! — крикнул седой ветеран и, выстрелив несколько раз в черноту над головой, отчаянно бросился наверх.

Под его ботинком блеснула тоненькая паутинка провода. После взрывов гранат и многочисленных выстрелов, в коридорах и каналах сверкало множество таких проводков. Ещё недавно они принадлежали разветвлённой кабельной сети, а теперь сиротливо болтались, вырванные из полов, стен и потолков, из своего привычного мира. Но проводок под ботинком ветерана всё же отличался от других, беспорядочно разбросанных плазменной стихией, он был при деле и снова, хоть и очень своеобразно, служил людям.

Над головой вспыхнул белый шар, на мгновение ослепивший всех, грохнул характерный хлопок минигранаты. Дымящиеся куски ветерана, шипя и исторгая зловонный дым, плавно посыпались в головокружительную глубину шахты.

Жун подал команду прорываться вдоль этажа к другой подъёмной шахте.

Первые же ряды разорвало белыми шарами взрывов.

Несколько отчаянных голов рвануло в другую сторону, но и их постигла та же участь.

Жун подскочил к шахте и столкнул туда труп одного из пиратов. Тело беспрепятственно долетело до дна.

Поняв смысл сделанного, один из пиратов начал осторожно спускаться вниз. Его ботинки не успели пятый раз стукнуть по металлическим скобам, как желающие последовать за ним в обход минной зоны в ужасе отскочили. Хитро спрятанная в скобах проволочка сослужила последнюю службу и растворилась во всепожирающем огне взрыва.

Потрясённые случившимся, пираты молчали.

Вдруг раздался дикий хохот их предводителя. Все испугано уставились на него.

— Мне просто смешно. Столько хороших ребят погибло, а за что? Чего мы трепыхаемся? Ведь на Фардаре мы отбываем срок. Мы заключённые.

— Надо сдаться, — прошёл одобряющий ропот.

— За что мы воюем? Кто нам сказал, что мы на свободе? А если эти невидимые твари, — Жун махнул рукой в темноту, — не верят, то пусть полюбуются на мою исполосованную ремнём задницу.

Все согласились с убедительными доводами Жуна. Бластеры с шумом полетели в жерло шахты. Когда последний ствол нырнул во мрак, раздалась команда:

— Следуйте за мной, и вы останетесь жить.

А в это время на поверхности суетились вырвавшиеся с Клиром счастливчики. Как и следовало ожидать, Клир быстро нашёл общий язык с начкаром, и теперь караул в полном составе торопливо грузился в планетолёты и резво взмывал в ночное небо.

Внизу проплыли: огоньки брошенных машин, исчезающее серое пятно аэродрома, джунгли, джунгли, джунгли.

У Клира отлегло от сердца. Он передал управление автопилоту, тот недовольно крякнул о неисправности датчика высоты и перешёл на резервный. Настало самое время посплетничать. Клир включил передатчик на волну центральной базы и уже открыл рот для рапорта, как вдруг невидимая сила грубо вышвырнула его из кресла, причём присоски безопасности вовсе не собирались удерживать тело. Клира сильно ударило о потолок. Машина пару раз кувыркнулась, затем свечой взмыла в небо, а уже через мгновение, в штопоре, стремительно набирая скорость, понеслась к надвигающейся плоскости. Автопилот выравнивал полёт, уводя машину на отрицательный уровень горизонта. Но жёсткая поверхность на обратную сторону не пустила — внизу, однако, не вода.

С небольшим интервалом вся поднятая в воздух траурная процессия, с ужасающей точностью, повторила этот предсмертный манёвр. В месте падения импровизированного метеоритного дождя вспыхнули ослепительные шарообразные взрывы. Над джунглями надолго повисли погребальные грибы чёрного дыма.

Шло время. На небосводе одна за другой тускнели и стирались звёзды. Рассвет не спеша закрашивал звёздный купол голубым цветом. На Западе он был ещё тёмно — синим, когда с Востока выплыли оранжевые облака — предвестники нового дня. Алым заревом полыхнул горизонт, и из — за призрачной черты выплыл кроваво — красный шар. Он величественно вкатывался по крутому голубому куполу небосвода, непрестанно испуская ровный световой поток. Врезаясь в стену леса, свет рассыпался на миллионы хрупких вздрагивающих лучиков. Самые шустрые проникали на дно зелёного океана джунглей. Там, укрытые от посторонних глаз, на лесной поляне молчаливо притаились пустые оставшиеся машины. Озорной лучик света шмыгнул сквозь лобовое стекло внутрь и тут же отпрянул, столкнувшись с алым огоньком. Золотистое световое пятнышко запрыгало по разноцветной панели, пытаясь втянуть в игру мрачного собрата. Однако тот не отозвался на его призывы — это был мёртвый огонь.

Алый огонёк убийцы — компьютера, не мигая, стерёг свою жертву. Он напряжённо уставился на приоткрытую дверь в салон машины и был готов в любой момент любезно предложить свои скромные транспортные услуги. Только вот после того, как тут немного пошаманил Боец, машина могла лететь исключительно в одном направлении — в ад.

Ночная работа Бойца не пропала даром — капканчик сработал.

К утру Лесная Берлога пала. Персонал базы был в большинстве своём уничтожен, частью пленён, и только малая его толика укрылась на центральном пульте.

Мрак и тишина воцарились в сыром подземелье. Лишь изредка кое — где слышался воинственный писк храбрых шустриков. Пушистые зверьки деловито обживали захваченную крепость.

Глава 16. Узник

Мастер вздрогнул, мощный электрический разряд насквозь пронзил тело. Последствия от парализующего луча сняты, он снова ощутил себя человеком.

Иван открыл глаза и осмотрелся. Он лежал на полу небольшой комнаты, кроме него, здесь находилось ещё пять человек: четверо небрежно развалившихся в креслах угрюмых парней, то и дело нетерпеливо посматривающих на входную дверь; и, упакованный в прозрачный тюремный мешок, Толстяк Херри. Компаньон уже очнулся и, как затравленный зверёк, отчаянно искал способ вырваться из капкана. Его круглая голова, свободно торчавшая из пластикового мешка, злобно пыхтела, а выпученные глаза дико вращались. Сквозь тонкий прозрачный мешок видно, как тужится грузное тело порвать сковывающие путы. Однако усилий хватало лишь на небольшое растяжение сверхпрочной плёнки, которая, чутко реагируя на изменение формы, с ещё большей силой обволакивала тщетно дёргающиеся конечности. Вскоре Толстяк тяжело захрипел и затих, его тело к этому моменту напоминало кокон. Мешок сжал со всех сторон, даже вдох давался Толстяку с огромным трудом. Мастер сочувственно посмотрел на вспотевшую лысину Толстяка и решил зря не дёргаться.

Молчаливые стражи повскакивали с кресел и замерли по стойке смирно. Дверь открылась, в комнату вошёл хитро улыбающийся невысокий худенький человек с тщательно уложенными огненно — рыжими волосами. Встал напротив пленников, неторопливо достал из внутреннего кармана пиджака инкрустированный драгоценными камнями портсигар, извлёк самовоспламеняющуюся сигарету и закурил. Затем долго молча пускал в сторону пленников клубы сизого дыма. Холодные стеклянные глаза внимательно разглядывали Мастера. Когда это занятие наскучило, ехидно хихикнув, с деланной весёлостью воскликнул:

— Ба-а, кого я вижу! Старый знакомый. Вот уж не ожидал ещё раз встретиться. Неужели вы меня позабыли, мой юный друг? Помнится, в «Космическом забияке» вам посчастливилось работать на меня, тогда респектабельного господина, Гиндебурга.

Мастер молчал, не желая подыгрывать местному комедианту. Зато Толстяк, на которого, похоже, даже не обратили внимания, злобно зашипел из мешка:

— Узнали, пижо — о–н. Шеф, Крыса или, как ещё тебя там… Имён много — гад один. А ну, рыжий паразит, вытащи меня из этого паршивого мешка!

Рыжий паразит не удовлетворил просьбу, он лениво стукнул подошвой ботинка по хрюкнувшей физиономии Толстяка и, слегка наклонившись, процедил сквозь зубы: