Вячеслав Седых – Адская зона. Сила духа (страница 22)

— Чего раскричался, Дьявол.

— Ложек нет, — смущённо пробасил муж.

— Глянь между мисками, — подбоченилась жена.

— О, нашёл! — обрадовался Дьявол.

— Факел зажги, стемнело уж, — посоветовала Любава.

Дьявол повертел головой, осматривая тёмно — синий небосвод.

— Так звёзд ещё нет— светло.

— Да ты и впотьмах кормить гостя можешь, — укорила хозяйка.

Дьявол, недовольно кряхтя, встал и поплёлся за стоявшей у стены металлической подставкой для факела, исполненной в виде диковинного цветка с длинным тонким стеблем, резными листьями и раскрывшимся бутоном, подрагивающих от малейшего прикосновения, лепестков. Дьявол небрежно брякнул подставкой по камню, вызвав мелодичный перезвон листьев, сунул в чашу цветка новый факел, вытащил из кармана огниво и зажёг огонь. Медно — красный бутон распустил алые лепестки.

— Искусная работа, — восхитился изяществом цветка Файл. — Металл словно живой.

— Да, неплохая получилась вещица, — крякнул Дьявол.

— Он у меня знатный мастер, — похвалила мужа Любава, — в нашем замке всё сделано его руками, он и кузнец, и строитель…

— Технарь я, — смущённо оборвал перечисление своих достоинств Дьявол и отвлёк Любаву другой темой — Что там с девчонкой? Вылечил её чародей или последнюю кровь выпустил?

— Врачевать он не начинал, — грустно вздохнув, поведала Любава. — Так, только в сознание сестру привёл, чтобы о плате столковаться.

— Узнаю жидовскую морду, — недовольно проворчал Дьявол, — не сильно — то он изменился за пару веков.

— Пойду я, — извинилась хозяйка, — вдруг дедушке понадобится чего.

— Не торопись, пока он у фурии последнее не выторгует, дела не будет.

— Она же ещё на этом уровне ничего не нажила, — всплеснула руками Любава.

— Не волнуйся, эскулап её в кредит распотрошит. Потом возьмёт своё с процентами— за ним не заржавеет, — Дьявол знал повадки старого дружка.

— Он добрый, — заступилась за дедушку Любава.

— Не отрицаю, есть у старика такая слабина, — согласился великан.

Любава больше спорить не стала и, улыбнувшись на прощанье, отправилась помогать милосердному врачевателю.

— Черпай варево ложкой, а то совсем остынет, — обозвал ароматнейший суп Дьявол и показал, как надо истреблять продукт.

Трапеза прошла в молчании. Тишину разгонял лишь стук ложек, чавканье и хруст ломаемых костей. Файл испробовал все блюда, сделав утешительное заключение, что если какие из них и приготовлены из человечины, то по вкусу он их распознать не смог.

— Поговорим, — откинулся на деревянную спинку основательно сколоченного стула Дьявол.

— Это можно, — вытянув под столом ноги, выдохнул объевшийся Файл.

— Странник говорит: ты Третья волна.

— Какая волна? — поднял брови парень.

— Волна способная перевернуть мир, — подался вперёд и, облокотившись о скрипнувший стол, заговорщически подмигнул Дьявол.

— Обо мне подробнее, — тоже придвинулся ближе Файл.

— Странник у нас знатный хиромант, есть у старика такой талант— гадости людям предсказывать. Так вот, на днях этот провидец новую пакость высмотрел в волшебном чане, или во что он там пялится— не знаю я всех чародейских тонкостей, — но дряни на дне он наковырял вся — я–кой. — Дьявол прервался, и Файлу показалось, что здоровенный мужик вот — вот перекрестится, но тот лишь зябко передёрнул плечами и зловеще прошептал — По — хорошему, тебя бы сразу удавить надо, а не помогать делу твоему поганому. — Душегуб с хрустом размял пальцы.

— Да я же ещё ничего не сделал, — Файл поторопился вякнуть в свою защиту, прежде чем перекроют кислород.

— Натворишь ещё бед, — отмахнулся Дьявол, но успокоил — Не трону я тебя, слово дал.

— Неужели вы так суеверны, что верите всем басням хитрого старикашки.

— Старикашки? — хмыкнул великан. — Да он лет на триста моложе меня.

— Это вы хорошо сохранились! — удивлённо уставился зелёный на долгожителя.

— В Адской зоне трудно состариться, — грустно вздохнул Дьявол и ещё с большей тоскою добавил, — но и вечно жить невозможно.

— Однако подозреваю, что Странник всё же умудрился «слегка» одряхлеть.

— Да-а, сильно дружок сдал на воле.

— Значит, он сумел на короткое время вырваться из Адской зоны. Разве такое возможно?

— Всё, когда — нибудь кончается, — тяжело вздохнул Дьявол. — И срок тоже.

— Вы так это говорите, будто желали бы сидеть в Адской зоне вечно.

— Я бы не отказался, — мечтательно улыбнулся Дьявол. — Здесь хорошо— вечная молодость!

— Разве не надоест жить вечно?

— К сожалению, Шарды позволяют израсходовать только одну тысчонку лет. И мне уже недолго осталось свет коптить. — Дьявол обратил затуманившийся взор к стремительно темнеющему небосводу, будто старался высмотреть среди разгоравшихся звёзд чёрные лики Шардов, и честно признался — А так ещё пожить хочется!

Повисла долгая пауза. Файлу показалось, что он услышал последние слова приговорённого к смерти узника. Парню, прожившему два десятка лет, так же трудно понять тысячелетнего старика, как не понять пятилетнему ребёнку столетнего дедушку. Казалось, что ему ещё надо? Уж пожил своё. Но вот, если этот видавший виды «дедушка» всё ещё здоров и полон сил, если руки крепки, а разум светел, если могучее сердце неровно бьётся не от подкрадывающейся старости, а от юношеской любви к прекраснейшей из женщин, как тогда? Здоровенный Дьявол не был даже похож на старика, с виду— лет сорок, не больше.

— Да, Адская зона— сказочная страна, — признал очевидное Файл. — Похоже, на планете Шардов человечество, наконец, нашло эликсир вечной молодости.

— Чудесная страна, — поддержал Дьявол и саркастически дополнил — изгаженная мерзавцами.

— Вы имеете в виду Шардов, их узников или тех, кто устроил на планете помойку?

— Шардов я не признаю, хотя и сам так называю потусторонние силы этого мира. Странник и Любава им поклоняются, верят в справедливых божков. Чушь всё! Нет правды в мире проклятых!

— Но разве местные божки не воздают каждому своё? За грехи срок растёт, за подвиги уменьшается.

— А что толку продлевать жизнь злу?! Ведь оно отравляет и губит жизнь вокруг. Здесь же мог быть рай!

— Но, когда мерзавцы уходят с этого уровня, они проваливаются в ад.

— Всё в мире относительно. Для кого — то и здесь ад, а для других и на пяток уровней пониже жизнь райской кажется. По — настоящему кошмарные зоны только глубоко «внизу». Вот на Дно и надо сразу сбрасывать всю нечисть.

— Если человек не исправится, он, в конце концов, туда и загремит.

— Фигушки! — возбуждённый Дьявол бесцеремонно сунул под нос собеседнику огромный кукиш. — Пока гада не прихлопнешь, он из тебя кровь пить будет здесь и не подавится.

— Чтобы себя проявили герои, должны быть и злодеи. Иначе жить станет скучно, — гордо вскинул подбородок храбрый юноша.

— А вот мне не скучно!!! — грохнул кулаком по столу великан. — И им не скучно, — ткнул пальцем в сторону скопления огоньков Дьявол. — Там, в деревне, живут нормальные люди. Может они, конечно, не герои, но и вся дурь из них давно выветрилась. В чём они провинились перед «справедливыми» Шардами, что те их маринуют здесь уже не первую сотню лет? Настоящий срок люди сполна отмотали, а тот довесок, что им присудили за преступления в зоне, — вопиющее беззаконие. Как можно подходить с критериями цивилизованного мира к варварам дикой страны?!

— Но ведь система показала высокую эффективность. Из Зоны может выйти только тот, кто научится не нарушать общечеловеческие законы.

— Да большинство людей в Адской зоне честнее и порядочнее «общечеловеков» галактики! Как, интересно, иначе можно «смотать» вековые сроки, если не честным трудом и терпимым отношением к ближнему?

— Значит, Шарды правы? — подловил на слове Файл.

— Нет никаких Шардов! А если и есть, то это последние твари, самые кровожадные и жестокие.

— Подобную характеристику я уже слышал в их адрес от Странника, — вспомнил Файл.

— Ему лучше знать, он с ними якшается. А я всё равно никаких духов не признаю. Плюю я на всякую нечисть и законы их паршивые!

— Не могу взять в толк, чего не хватает воспитательной системе Шардов? — задумчиво потёр подбородок Файл.