Вячеслав Самонов – Ржа и Пар - I: Небесный генератор. (страница 1)
Вячеслав Самонов
Ржа и Пар - I: Небесный генератор.
Глава 1. Прибор древних
Мир давно перестал быть прежним. Никто уже не помнил, каким он был до Великого Затмения, потому что почти ничего не сохранилось. Посреди бескрайней пустыни, в вечном сумраке дня, словно огромная, необъятная гора, возвышался многоуровневый город-улей. Его внешний слой, или, как называли его сами жители, «Внешняя Кожа» города, состоял из массивных стен спрессованного металлолома, камня, стекла, а местами — даже из бронированных пластин. Эти стены надёжно защищали город от кислотных дождей, банд мародёров и механических хищников, которых в избытке водилось в пустыне. Попасть во внутрь можно было только через огромные гермоворота с шлюзовыми камерами. Над воротами большими, покрытыми ржавчиной буквами красовалось название города: ПЕПЛОГРАД.
Внутри город представлял собой нагромождение мостов, переходов, балконов и пристроек, которые нависали друг над другом, усиливая и без того постоянный полумрак царивший вокруг. Нижние уровни были самыми бедными и опасными: там постоянно скапливались токсичные испарения, представлявшие большую угрозу для жителей. Безопасно было только на верхних ярусах, но их занимала исключительно элита города.
Крыша Пеплограда представляла собою отдельное произведение искусства, это был прозрачный купол из особо крепкого стекла и кусочков кристаллов. На ней располагались парники для выращивания пищи и солнечные коллекторы, собиравшие скудный свет для растений. По крышам перемещались патрули и курьеры, избегая грязи и опасностей улиц.
Куда ни глянь — город окружала унылая картина: голые холмы пустыни, да плотная, почти непроницаемая для солнечного света пелена черных облаков. Солнце некогда радовавшее и согревавшее все живое теперь превратилось в тусклое, размытое пятно над головой. После Великого Затмения атмосфера планеты изменилась до неузнаваемости. Воздух, некогда чистый и живой, превратился в агрессивную, ядовитую среду, ставшую главным испытанием для выживших. Вся планета была затянута многослойными облаками металлической пыли, состоявшей из миллиардов микромеханических нанитов и продуктов горения. Золотые и багровые закаты остались лишь в легендах. Мир потерял свои краски, став монохромным — серым и ржавым.
Принцесса Лира находилась в своей мастерской. Она сидела за столом и осторожно, чтобы ничего не испортить, очищала от ржавчины и грязи небольшой квадратный предмет. Принцесса с детства увлекалась механикой и неплохо в этом поднаторела; её наставники считали, что она просто талант и создана для того, чтобы чинить различные механизмы. Правда, её опекун, дядя Арчибальд фон Кройц, Верховный Магистр и Хранитель Равновесия, не разделял её увлечения.
«Когда твои родители погибли в той ужасной катастрофе, — раздраженно и довольно часто любил говорить ей дядя Арчи, — я взял над тобой опекунство и поклялся, что ты вырастешь достойной принцессой. Ты должна перестать возиться с этими механизмами и вести себя как подобает даме высокого происхождения».
Но все эти разговоры не приводили ни к чему, и Лира, как всегда, целыми днями возилась в своей мастерской, которой по праву гордилась. Воздух здесь был пропитан сложным ароматом — смесью машинного масла, разогретого металла, канифоли и каких-то сладковатых травяных настоек, которыми Лира чистила детали. Несмотря на кажущийся беспорядок, она легко находила нужный ей ключ или деталь.
— «Это не свалка, а организованный хаос», — любила повторять она, когда к ней приходили наставники и ужасались беспорядку, царившему вокруг.
Посреди комнаты стоял массивный верстак из тёмного дерева, отполированного до блеска и укреплённого металлическими пластинами по углам. Мощные напольные тиски, способные зажать любую деталь; десятки ключей, пинцетов и отвёрток висели над верстаком. Рядом среди разобранных механизмов лежал паровой паяльник с тонкими наконечниками для работы с кристаллами. На кривом подвижном кронштейне прямо у стола стояла личная гордость принцессы — паровая лампа со множеством линз, которую она лично сконструировала. Кругом по всей комнате в беспорядке валялись различные запчасти и непонятные механизмы. Вдоль стен стояли стеллажи с полными коробками винтиков, шестерёнок и катушек с медной проволокой. На стульях, столе и подоконнике стопками лежали различные чертежи.
Сама Лира была стройной девушкой восемнадцати лет и внешностью не очень-то походила на обычную принцессу. Она всегда считала себя скорее принцессой-механиком и никак иначе. В ней не было томной грации придворных дам, и вся она была — воплощением энергии и жажды действия. Её короткие каштановые волосы были вечно растрёпаны и прикрыты кожаным лётным шлемом, который принцесса снимала только тогда, когда ложилась спать. Поверх шлема она всегда носила очки-консервы, которые просто необходимы для защиты глаз во время работы. Её лицо, с упрямым подбородком и высокими скулами, всегда было серьезным и сосредоточенным; а во время работы между бровей появлялась едва заметная складочка. Ярко-зелёные глаза под вечно растрёпанной чёлкой загорались азартом при виде сложной задачи или новой детали. Но главной особенностью принцессы были руки — сильные, тонкие, но необычно ловкие пальцы механика с коротко остриженными ногтями и въевшимися в кожу пятнами масла. Иногда она пыталась отмыть их, но эти пятна уже не брало никакое мыло.
Принцесса просто обожала носить кожаный костюм механика с плотными штанами, что несказанно раздражало дядю Магистра. А тяжёлые ботинки, жилет со множеством карманов (полных гаек и шайб) и широкий ремень на поясе которого всегда болтался маленький паровой фонарик довершали её наряд.
Этот неизвестный предмет, который она так скрупулёзно очищала от грязи и ржавчины, явно был создан очень давно, возможно, он даже являлся работой древних создателей. На что принцесса очень надеялась, конечно законом такие вещи запрещались, и поэтому достать их было неимоверно сложно. Но у Лиры был один знакомый на нижнем ярусе, который занимался контрабандой и спекуляцией, и мог достать практически всё что угодно. Подниматься на верхние ярусы обитателям низов запрещалось, но зато у Лиры был такой пропуск, что перед ней открывались все двери. Парня звали Кай. Восемьдесят процентов запчастей для своих изобретений Лира приобретала у него. Конечно же он не знал, кто она такая и считал её дочкой какого-нибудь богатого инженера с верхнего яруса, на которой можно неплохо заработать. Узнай он правду, что она принцесса то упал бы в обморок.
Эту странную коробочку он выкупил у одного знакомого мародёра. Как только он её увидел, то сразу решил: «Втюхаю эту вещицу в три дорого этой неугомонной девке! Она всё время просит у меня чего-нибудь запретного, необычного».
Увидев прибор, Лира пришла в восторг, это была настолько аккуратная работа, что не было видно ни единой выпирающей клепки. Она тут же, не торгуясь, отдала Каю запрошенную сумму, тот даже немного приуныл: «Не продешевил ли он?». В общем, спрятав прибор в сумке, принцесса принесла его в свою мастерскую.
Наконец очистив и отмыв прибор от грязи, Лира осмотрела его с особой тщательностью. Собою он напоминал небольшую шкатулку с кнопочками, расположенными в ряд и несколькими лампочками. Лира не знала для чего этот предмет был нужен, ни чего похожего она до сих пор не встречала, но твердо решила выяснить во что бы то ни стало. Она понажимала кнопочки в различных вариациях, но ничего не произошло, да и она не ждала, что он заработает, ведь прибору было по меньшей мере тысячу лет, а может быть и больше. Но надо признать, что на удивление он неплохо сохранился и даже ржавчина его не проела насквозь.
Взяв отвёртку, принцесса принялась открывать боковую крышку; с большим трудом винты всё же открутились. Внутри открывшейся полости она увидела цилиндрический предмет, к которому подходили тоненькие проводки различного цвета и прозрачные трубочки, заполненные какой-то светящейся жидкостью. На одной стороне цилиндра красовался выдавленный красный плюсик с другой синий минус.
«Да это же блок питания!» — догадалась она. «А раз подходят трубки с охлаждением то скорее всего это ядерная батарея древних». Пришла она к заключению.
«Так вот как она выглядит», — улыбнулась Лира и довольно потёрла руки.
Надев защитные очки и толстые кожаные перчатки, она взяла пинцет, и проверила надежно ли держатся провода в своих гнёздах. Оказалось, что один из них вышел из паза и окислился. Заметив неисправность у принцессы, зачесались не только руки, позови её сейчас обедать дядя Арчибальд она бы даже не повернулась в его сторону. Зачистив проводок, она вставила его на прежнее место и надёжно закрепила. Батарея ожила и еле слышно зажужжала, Лира увидела, как жидкость начала циркулировать по трубкам, и принцесса довольно хохотнула:
— Чёрт возьми оно работает! Эта штука спустя тысячи лет ещё работает!
Взглянув на верхнюю панель, где располагались кнопочки она увидела, как один из индикаторов зажегся зелёным светом. Затаив дыхание принцесса нажала на самую большую кнопочку и не ошиблась прибор пришёл в движение, он легко завибрировал и верхняя крышка, разделившись на несколько частей и раскрылась. Теперь прибор был похож на диковинный цветок, в центре которого показалась трубка, состоявшая из крутившихся в разные стороны шестерней, и линз. Выдвинувшись, она засветилась голубым светом и перед Лирой возникло голографическое изображение женщины в белом халате. Отчетливо было видно, как напряжено её лицо, как подрагивают губы, срывающимся голосом она произнесла, глядя на Лиру словно она её видела: