Вячеслав Панов – Доктрина превосходства (страница 3)

Им принесли их заказ и Игнат прожевав кусок свинины и запив его пивом, спросил:

– Тим, воспоминания это хорошо, но давай ближе к делу. Когда мы поедем?

Тимоха жуя большой кусок мяса, отпил минеральной воды с лимоном  и ответил:

– Сейчас ужин в брюхо протолкнём и поедем. Есть у нас тут одна забавная деревня, вернее правильно сказать место, где была деревня с названием Ямки. Повадились туда ездить всякие копатели. Ну кроты, которые с металлоискателями ходят и ямы копают, а потом обычные грибники и просто люди в этих ямах ноги ломают. Оно конечно не чего нового, ну ходят, ну копают, ну железки всякие собирают и в пункт приёма тащат. Ну болт бы на них положить и забыть, да только в тех местах начали люди пропадать. Туда и менты таскались и поисковики, да всё без пользы. Не людей, не трупов, даже шмоток их и приборов найти не смогли. Такие дела брат.

– Вот вам и добрый вечер. А я то тут при каких делах? Ты обещал свозить меня на место, где я жил, когда был ребёнком. Мне откровенно по хренам пропадающие люди, тем более копатели. Я их вообще не понимаю. Ходят, ищут, железки собирают и мечтают золотишко найти. Да они и могилу разграбить не побрезгуют.

Тимоха потянул носом воздух и пробубнил:

– Свинина не свежая, чесноком и перцем приправляют. Я и тут сидя, чувствую запахи с кухни. Ну и ладно, жрать можно. Отвечу на твой закономерный вопрос. Мне на копателей тоже положить, но тут момент другой. Я эту информацию на уровне слухов,  нашёл в интернете. Если бы это произошло раз, ну два, ну чёрт с ним, три раза, я бы и внимания на это не обратил. Но тут,  вся эта фигня, длится уже больше года и пропало там не меньше двенадцати человек. А ещё, если я правильно помню это место, оно находится как раз на пути к месту где ты провёл своё незабываемое детство.

Игнат сделал два глотка пива и кивнув, проговорил:

– Я тебя понял. Хер с тобой, злая собака. Заедем туда и глянем, что за хрень там происходит. Заодно выспимся на природе.

Тимоха на словах про злую собаку, сморщился, а потом улыбнулся и выдохнув, сказал:

– Пей давай своё пиво и не надо называть меня собакой, а уж тем более злой собакой. Ты ведь знаешь, что где-то в глубине души я добрый.

Игнат засмеялся:

– Точно, где-то ну очень глубоко.

Глава 4.

У Тимохи была старенькая Нива. Машина не самая комфортная,  но проходимость на высоком уровне, что в поездке по лесам куда важнее, чем содержать свою жопу в комфортном кресле. Они проехали около двух часов и наконец остановились на берегу реки. Пока Игнат устанавливал палатку, надувал матрацы, Тимоха натаскал валежника и развёл костёр. Потом Тим извлёк из багажника котелок, пачку чая и пакет с бутербродами. Игнат глядя на пакет и чай, спросил:

– Неужели ты опять проголодался?

Тимоха пожал плечами и ответил:

– Ну не то, чтобы вот прям проголодался, но от чая с бутерами, не откажусь.

Они засмеялись и Тимоха пошёл к реке, чтобы набрать воды, а Игнат посмотрев на не большую кучку валежника, взял топорик и отправился за дровами.

Игнат нашёл упавшую сосну и начал её рубить. Щепки отлетали от высохшего ствола и стук топора эхом расходился по лесу. Отделив топором часть сухого дерева, парень вытер выступивший на лбу пот и прислушался. Обычные звуки леса, шелест листьев от лёгкого ветерка, пение птиц, стрекот кузнечиков в траве и всё в таком духе. Но его не покидало ощущение, что за ним кто-то наблюдает из темноты. Не услышав не чего необычного, Игнат улыбнулся, закинул бревно на плечо и направился в сторону временной стоянки, где горел костёр и в его свете было уютно и почти спокойно.

Игнат не был в этих местах очень давно. Много раз порывался приехать сюда, но каждый раз останавливал себя, даже не смотря на то, что и Арина, ему не раз говорила, чтобы он съездил. Сложно сказать, почему он так и не решался поехать. Может из-за тех страшных воспоминаний из детства, может из-за тех дел, что на него навалились, а может из-за всего сразу. Но если уж быть честным перед собой, то всё из-за детских страхов. Даже дела, которые на него постоянно сыпались, он иной раз придумывал себе сам, главное быть всегда занятым. А ещё ему было стыдно и обидно признаться себе в том, что он чего-то боится. Боится так, что по спине пробегает мороз и руки дрожать начинают. На войнах, он не боялся. Не боялся когда пришлось задушить собственными руками огромного пса,  который охранял пещеру старой ведьмы, которая продлевала себе жизнь и молодость, воруя и убивая младенцев. Не боялся и когда ведьма уже из огня сыпала на него проклятия. А вот перед местом, где погибла его мама и где он жил маленьким, у него был просто панический страх. Возможно по причине страха, он так легко и согласился на то, чтобы проверить слухи о пропадающих людях. Чтобы вновь отсрочить поездку к местам, где он провёл своё детство.

Тимоха и Игнат сидели на земле возле костра. Было тепло и комфортно. Дым от костра поднимался в небо и не застилал глаза. Было в этом что-то первобытное, когда-то, возможно далёкие предки Тимофея и Игната, сидели у огня и чувствовали себя в полной безопасности. Ведь дикое зверьё не подойдёт к огню, как и злой человек, который задумал какую-нибудь пакость. У них в руках были кружки с чаем, а у Тима ещё и батон с толстыми кусками копчёной колбасы. Хлебнув чая, Тим принюхался и вопросительно взглянул на Игната, который подмигнул старому другу и громко сказал:

– Хватит прятаться, выходи уже.

За толстой елью хрустнула ветка и из темноты появился горбатый дед с длиной бородой, кустистыми бровями и ехидной улыбкой на морщинистом лице. Он покряхтел и подошёл к костру. Вот тут в свете огня и стало понятно, что морщины на лице, вовсе не морщины и даже не старческая кожа, а древесная кора. В бороде были сухие листья и жёлтая хвоя, а из горба росла ветка с парой дубовых листьев. Хорошо, что он хоть был не голый, а в старой рубахе грязно-серого цвета и штанах, которые напоминали берёзовую кору. Подойдя к костру, он поклонился и на удивление моложавым голосом проговорил:

– Здравствуйте гости дорогие. Что привело колдуна и волколака в наш лес?

Тимоха поставил на землю кружку с чаем, рядом положил бутерброд и поднявшись на ноги, спросил:

– А кто спрашивает?

Тим буквально балансировал на грани того,  чтобы не выпустить когти. Вмешался Игнат:

– Братишка, угомонись. Это Лесовик, помогает хозяину. Ты что, в своём городе совсем забыл о тех, в чьи владения мы зашли. – Игнат повернулся к Лесовику. – Пожалуйста,  присаживайся к костру. Может чаю?

Лесовик сел к костру, протянул к огню руки, словно озяб, хотя ночь была тёплая и сказал:

– Чаю я и дома могу выпить. А у вас покрепче не чего не найдётся?

Тимоха, который уже тоже успел сесть и взять кружку с чаем, удивлённо вскинул брови, а Игнат улыбнулся и отправился к машине. Порывшись в своём рюкзаке, он вернулся к костру и держа в руке бутылку водки и три металлические рюмки, проговорил:

– Ну что, выпьем за встречу и за знакомство.

Выпив по первой рюмке, Лесовик занюхал пучком травы, который он сорвал рядом с собой и сказал:

– Лично я совершенно не против таких гостей, как вы, но меня послал хозяин. Он вас учуял сразу, как только вы въехали в его лес. И это даже не смотря на то, что машина ваша, воняет бензином и машинным маслом. Псиной пахнет далеко. – Тимоха недовольно фыркнул. – Волколак,  давай без обид. Ну ведь действительно воняет. Мы тут все собрались, скажем так не совсем, а скорее вообще, не люди и стесняться тут не чего. Ну меня хозяин и послал спросить чего вам тут надо и не будет ли из-за вас проблем?

Тимоха демонстративно отвернулся,  показывая всем видом,  что не собирается отвечать на вопросы деревянного хама и тогда ответить решил Игнат:

– Собственно мы и не обязаны отчитываться перед твоим хозяином, но мы готовы проявить вежливость. Мы приехали сюда из-за места, где была деревня Ямки. Там чертовщина происходит и мы хотим разобраться с тем, что там твориться. Ты вот кстати не в курсе, что там такое поселилось и люди исчезают?

Лесовик протянул стопку намекая на то, что пора повторить и Игнат разлив водку выпил и стал ждать ответа. Лесовик выпил и на этот раз занюхивать не стал. Он выдержал небольшую паузу, видимо, чтобы позлить Тимоху и наконец ответил:

– Я толком не могу сказать, что там происходит, просто не знаю. Вообще хозяин в курсе, что с теми местами не всё хорошо, но у него и так забот хватает. Там люди пропадают. Люди которые не имеют уважения не к лесу, не местам где раньше жили и умирали другие люди, вообще не к чему. Этих копателей интересует только нажива. Лично у меня отношение к разбойникам лучше, чем к этим. Разбойники люд лихой и рисковый, но лихое дело, это тоже дело и труд, а эти только землю ковыряют и воруют то, что им не принадлежит. Но и чёрт с ними. Просто я хочу сказать, что если вы хотите разбираться с тем, что там происходит, то мы только рады будем, но помочь не чем не сможем. Давайте по третьей накатим и я пойду.

Когда Лесовик ушёл и Тимоха немного успокоился, он выпил остатки разлитой по стопкам водки и сказал:

– Нет, ну каков наглец. Пришёл, водку выпросил, меня обхамил и ещё и помогать не хочет. Пень, натуральный старый пень. Я бы ему ветку торчащую из горба, знаешь куда засунул? Да боюсь в его деревянной жопе, нет отверстия.