Вячеслав Нескоромных – Алмазные грани (страница 13)
− Ой как здорово! Я даже и не думала о том, что графит – это минерал, который состоит из того же вещества, что и алмаз. Вообще не задумывалась, а нам в школе не рассказывали. А отчего же тогда алмаз и графит так отличаются? – воскликнула Лариса, и было заметно, что тема минералов ее увлекает.
− Все дело в строении. У алмаза она в виде кристалла в форме куба, а у графита пластинчатая, такими микроскопическими чешуйками. А еще у алмаза заряженные частицы располагаются очень плотно, что и дает такую высокую твердость, которая особенно высока на гранях.
− Да, алмазные грани − такое есть выражение, которое определяет высочайшую твердость и стойкость, − воскликнула Лариса и вспомнила учителя физики, который им рассказывал о свойствах и прочности материалов.
− Эта тема очень интересная, потому что качества алмаза и графита определяются условиями их образования. Вот если для образования графита нужна высокая температура при извержении горячей магмы и насыщенная углеводородом горная порода, то алмазу этого недостаточно. Для образования алмаза нужен огромный по мощности взрыв, который еще добавляет к температуре и сильнейшее давление на горную породу, насыщенную углеводородом. И вот тогда из углеводорода образуются чистейшей воды кристаллы.
− Интересно, получается, что из графита тоже можно получить алмаз, если его правильно обработать, добавить давления к температуре?
− В общем, наверное, это возможно. Только в природе это происходило во время формирования земной коры, и теперь такие процессы уже вряд ли возможны: алмазы являют собой признаки периода геологической молодости Земли. Поэтому только если удастся сделать мощные установки и машины для изготовления алмазов, можно из графита получить кристаллы высокой твердости. Но это очень сложный процесс, и я не представляю, как это можно сделать. Пока это возможно только в фантазиях писателей. А я вот еще о чем размышлял, узнав о свойствах алмаза и сравнивая его с графитом. Крайне важны условия формирования, чтобы из одного материала получились высокие качества. Так и с людьми. Насколько различными бывают люди в зависимости от того, как они воспитываются, в каких условиях растут и какие сами к себе предъявляют требования: кто-то великий труженик, гений науки, победитель и лидер, а кто-то размазня, подлец и приживальщик.
− Да, я поняла, Александр Петрович! Вы, наверное, имеете в виду нашего вождя Сталина! Какой великий из него получился человек!
Александр Петрович спрятал глаза, опустил голову, нехотя кивнул головой и ничего не ответил на эмоциональный возглас Ларисы. А Лариса, не заметив скептической реакции геолога, снова воскликнула задорно, с мечтательной улыбкой на лице и ярко горящими глазами:
−
Я решила, Александр Петрович! Пойду учиться на геолога! Вот сдам экзамены в школе и сразу побегу подавать документы в институт. В какой посоветуете? Вы где заканчивали институт?
−
Я закончил Ленинградский университет, геологический факультет. Очень авторитетный состав преподавателей работает нынче в ЛГУ, многих я знаю лично. Рекомендую, − улыбнулся в ответ на эмоции юной девушки старый геолог.
УНИВЕРСИТЕТ И КАК ВЗРОСЛЕЮТ ГЕРОИ
В гулких коридорах университета кипела жизнь: студенты завершали семестр, рассевшись на подоконниках огромных, во всю стену, окон, а абитуриенты несмело ходили по гулким коридорам, заглядываясь на геологические коллекции под стеклом и портреты в золоченых рамах на стенах, с которых смотрели строгие мужчины в мундирах горных инженеров. Под каждым портретом присутствовала латунная табличка с фамилией, именем и отчеством ученого и профессора.
Лариса так же несмело шла в направлении приемной комиссии, и ей нравилась обстановка и атмосфера университета, так не похожая на шумливую школу с ее беспокойным юным контингентом, снующим по коридору с криками и играми, которые может остановить только резкий звонок, призывающий учеников на урок.
В приемной комиссии геологического факультета Ларису встретил дежурный секретарь. Это был совсем молодой человек, как оказалось, студент выпускного курса по имени Александр. В вельветовой курточке, черных брюках, светловолосый и приветливый юноша поинтересовался о причинах поступления на факультет такой красивой девушки. Интерес молодого человека, собственно, не простирался далее того, чтобы познакомиться с абитуриенткой, и оттого Саша краснел и чувствовал себя неловко.
− Мне нравятся минералы, − робко ответила Лариса, воспринимая студента, перешедшего на пятый курс, Александра, как, вероятно, воспринимает старослужащего только прибывший в воинскую часть новобранец − с полным вниманием и трепетным почтением.
− Да, это интересная наука − минералогия, − напустив на себя серьезный вид, ответил молодой человек и сконфузился, вспомнив, что пришлось сдавать профессору Ферсману минералогию аж пять раз, а на выходе с итогового зачета он позабыл сразу многие формулы и названия минералогической коллекции. По всему выходило, и профессор дал понять молодому человеку, что не очень у него хорошо с общей подготовкой и желанием осваивать науки. Понимая, что удивить красивую девушку не получилось, не найдя темы и способа продолжить разговор, который должен был привести к знакомству и возможности пригласить девушку на свидание, Александр предложил заполнить заявление и специальную анкету для поступающих.
Выполнив все, сто требовалось при подаче документов в приемную комиссию, Лариса отправилась по набережной к Стрелке, где дожидался Гриша, одноклассник, с которым она дружила последний год школы. Гриша отправлялся на следующий день поступать в военное училище, выбрав артиллерийское. А Лариса спешила теперь на встречу c Гришей, поскольку ранним утром она вместе с отличниками выпускных классов Ленинграда отправлялась в Москву на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку по специальной путевке, и потому увидеться было нужно непременно. Поездка эта не позволяла Ларисе проводить друга, и, понимая, что разлука может затянуться, девушка испытывала неловкость от того, что не может быть с ним при расставании. Лариса спешила и на ходу думала о том, что вот и началась их взрослая жизнь, о которой они мечтали: у каждого свой путь и своя траектория в жизни, свое предназначение, а значит все не просто, на бегу и так будет теперь всегда, ведь жизнь не стоит на месте и как вода течет, рождая энергию.
На выставке в Москве ребятам поручалась серьезная работа: нужно было помогать в оформлении павильонов и участвовать в мероприятиях при открытии выставки. Говорили, понизив голос и затаив дыхание, что на открытии выставки будет руководство страны и даже сам Сталин, и только самые достойные смогут быть рядом с вождем.
Гришу Лариса нашла у парапета набережной. Юноша, разглядев среди прохожих девушку, сразу ей радостно заулыбался, а когда Лариса подошла, почувствовала, как взволнован Григорий. Она и сама волновалась, понимала, что сегодня особый день и они уже совсем взрослые, и, возможно, должны сегодня сказать важные слова на прощание.
− Гриша! − позвала Лариса, подходя к парню, и, несколько смутившись, выпалила скороговоркой:
− А я подала документы в геолого-почвенный в университет. Все же я решила стать геологом! Мне ребята-студенты рассказали, что уже после первого курса они ездят на геологические практики и проводят в поле все лето. Я сначала не поняла − почему поле? Думала, их отправляют в колхоз работать в поле, как в огород. А оказалось, полем геологи называют все места, где работают в экспедициях. Вот в прошлом году они были в Крыму, где изучали горные породы на побережье и купались целых две недели, пока шла практика. Ты знаешь, Гриша? Мне это так нравится! Я люблю ездить и открывать новые места, а еще если придется изучать геологию, собирать образцы и открывать месторождения, я буду точно самой счастливой.
− Я рад за тебя. Ты молодец! А я буду служить в артиллерии. Это очень нужное и современное дело. В мире столько зла и столько врагов у нашей страны, что я, думаю, смогу быть ей полезным. Представь, ты будешь ездить в далекие экспедиции, а я тебя охранять и защищать. Здорово?
− Да, я знаю. Я буду тобой гордиться и всем расскажу, что мой друг, один из лучших математиков школы, учится в военном училище на артиллериста.
Ребята пошли вдоль набережной, продолжая вести беседу, несколько с тревогой думая о том, что завтра они уже не смогут увидеться и наступает разлука. Но хотелось верить, что расставание будет не долгим, а главное, они будут учиться и работать, чтобы быть нужными для своей страны, в этой раскрывающейся перед ними большой жизни.
Утром мама провожала с сестренкой Ларису на вокзале. Играл духовой оркестр курсантов морского училища, и десятки юных выпускников школ, нарядные, торжественные, под напутствия комсомольских руководителей разместились в вагонах. Поезд тронулся, набирая ход, и ребята с волнением смотрели на оставшихся на перроне родителей и друзей, махали им на прощание руками и платочками.
Москва встретила юных ленинградцев по-деловому: ребят разместили в общежитии и определили обязанности. Следовало участвовать в репетиции открытия выставки достижений сельского хозяйства страны и помогать в оформлении павильонов. До открытия выставки было еще достаточно долго: по сложившемуся графику открытие павильонов было намечено на первое августа, но работы нужно было сделать очень много. Ребят пригласили поучаствовать в подготовке экспозиций, а затем их должны были сменить выпускники школ из других городов и республик, и только лучших из всех участников планировалось пригласить на торжественные мероприятия при открытии выставки. Разместили ребят в студенческом общежитии университета, освободившегося от студентов после летней сессии. Студенты шумно уезжали на практику или домой после окончания вуза, и можно было наблюдать из окон это веселое событие. Вчерашние школьники с ходу окунулись в атмосферу студенческого стихийного празднества с его смехом, танцами, гулянием до рассвета по площадям и набережным столицы.