Вячеслав Лялин – «Старый джентльмен» граф В.Б. Фредерикс (страница 3)
За боевые подвиги 16 ноября 1828 года барон Б.А. Фредерикс был награждён орденом Святого Георгия 4-й степени за № 4180, и в 1829 году двумя золотыми шпагами с надписью «За храбрость», из которых вторая была украшена алмазами. В 1858 году барон был произведён в генерал-лейтенанты.
После Борис Андреевич состоял на придворной службе. С 1861 года он был товарищем, то есть заместителем, главноуправляющего IV отделением Собственной Его Величества канцелярии и исправлял эту должность до конца жизни. В 1864 году был пожалован придворным военным званием генерал-адъютанта.
IV отделение Императорской канцелярии было создано в 1828 году на основе благотворительного ведомства покойной императрицы Марии Фёдоровны, супруги императора Николая I, и занималось вопросами благотворительности, обучения благородных девиц, устройством сиротских приютов и обустройством общественных больниц.
Новая должность позволила Борису Фредериксу войти в избранный круг чиновников, тесно связанных с императорской фамилией и обзавестись определёнными связями в придворной среде.
Братья Бориса Андреевича Фредерикса так же выбрали военную службу и сделали карьеру, выслужив генеральские чины.
Барон Александр Андреевич (1778 – 1849), в 1843 году дослужился до чина генерал-лейтенанта. Барон Пётр Андреевич (1786 – 1855) был генерал-майором и в 1819 – 1826 годах командовал лейб-гвардии Московским полком, а после, перейдя на статскую службу, дослужился до чина действительного тайного советника и имел придворное звание обер-шталмейстера, руководя придворной конюшенной конторой. Генерал-майором был, и младший из братьев барон Фёдор Андреевич (1789 – 1833).
Их отец барон Андрей Иванович Фредерикс (1760 – 1843) добился высокого положения, имея могущественного покровителя. Он был адъютантом всесильного светлейшего князя Григория Александровича Потёмкина-Таврического (1739 – 1791), фаворита императрицы Екатерины II, что в немалой степени способствовало успешной службе его сыновей.
Несмотря на то, что Владимир Борисович родился в семье кадрового военного, родители не спешили приобщать сына к военной службе. В отличие от многих молодых дворянских отпрысков, поступавших в кадетские корпуса, будущий министр получил домашнее образование. Родители его жалели, не желая обременять тягостями кадетской жизни, к тому же они имели материальные возможности оплачивать его образование на дому.
В 1856 году в 18 летнем возрасте молодой Владимир Фредерикс был определён в 4-й дивизион элитного гвардейского Конного полка на правах вольноопределяющегося. Военная служба была очень почётной в Российской империи. К тому же это был самый быстрый и относительно лёгкий путь, словами современника, «выйти в люди», добиться «положения в обществе». Безусый дворянский отпрыск, надев золотой эполет, мог рассчитывать на достойное к себе отношение в свете. Он сразу же становился равноправным членом общества.
Очевидно, выбор военной службы был обусловлен и патриотическими настроениями, охватившими в тот момент всю страну. Россия терпела военное поражение от европейских армий в Крымской войне. Последствия, которой были слишком тягостными для не знавшей поражений русской армии и всего государства.
Российская империя лишалась части владений в Закавказье, теряла Бессарабию. Была вынуждена ликвидировать Черноморский военный флот и срыть все укрепления на Черноморском побережье и Аландских островах в Балтийском море.
Поэтому поступление на военную службу было своего рода патриотическим шагом.
Выбор полка так же не был случайным. Начинать службу необходимо было в подразделении пользующимся безупречной репутацией. А гвардейский Конный полк был одним из самых элитных воинских соединений русской армии. Конный и Кавалергардский полки в кавалерии и Преображенский и Семёновский полки в пехоте слыли по военной традиции и по офицерскому составу первыми полками русских вооружённых сил, составляя костяк, так называемой старой императорской гвардии.
Императрица Анна Иоанновна, вступив на престол в 1730 году, учредила новое гвардейское соединение. Бывший драгунский полк, именовавшийся лейб-Региментом, был преобразован в гвардейский Брабантский или Конный полк. Указом по Военной коллегии от 4 января 1731 года было объявлено об учреждении Конной Гвардии.
Конногвардейцы имели славную боевую историю, участвовали в русско-турецкой войне 1737 – 1739 годов, войнах со шведами в 1742 и в 1788 годах. Но наиболее конногвардейцы проявили себя в войнах с наполеоновской Францией. Они спасли русскую воинскую честь в тяжелейшей битве при Аустерлице, потеряв в сражении 40 воинов. Отличились конногвардейцы в сражении при Фридланде, понеся самые тяжёлые потери среди всех русских полков. Героически сражались при Бородино. Участвовали в заграничных походах русской армии. Отличились при Кульме и Фершампенуазе.
И хотя в последующие годы полк в боевых действиях непосредственно не участвовал, но офицеры-конногвардейцы часто командировались к театру военных действий на Кавказ. В Петербурге же офицеры полка играли заметную роль в столичной жизни высшего общества. Гвардейские офицеры были своеобразной кастой, в корне отличавшейся от армейских офицеров, тянувших служебную лямку. Они по духу нисколько не отличались от великосветского столичного общества. Занятия гвардейцев сводились к балам, любительским спектаклям, дружеским пирушкам в офицерском собрании.
Поступая в полк, каждый офицер погружался в необычную атмосферу преклонения перед славным прошлым воинского соединения и вековых традиций, следовать которым было неукоснительным правилом, как в службе, так и в светской жизни. Служебные обязанности и повседневная жизнь офицеров были теснейшим образом взаимосвязаны.
Кроме того, конногвардейцы всегда находились под особым покровительством монархов, которые состояли полковыми шефами и носили его полковую форму. В полку служили отпрыски самых знатных русских фамилий, иногда целыми поколениями. Достаточно указать представителей известных титулованных фамилий, служивших в полку: князь Италийский, граф Суворов-Рымникский, внук знаменитого генералиссимуса А.В. Суворова, князь Орлов, князь Долгоруков, князь Голицын, князь Львов, князь Витгенштейн, князь Васильчиков, князь Кропоткин, князь Манвелов, граф Шувалов, граф Воронцов-Дашков, граф Стенбок-Фермор, граф Гудович, граф Бенкендорф, граф Борх, барон Оффенберг, барон Майендорф, барон Врангель и многие другие.
Конногвардейцами были многие великие князья. В 1858 году в полк был зачислен великий князь Константин Константинович, в 1860 году великий князь Дмитрий Константинович, в 1862 году великий князь Николай Николаевич Старший, в 1865 году принц Альберт Саксен-Альтенбургский, а в 1875 году, младший член императорской фамилии, князь Сергей Максимилианович Романовский, герцог Лейхтенбергский.
Именно служба в Конной гвардии открывала большие возможности дальнейшего карьерного роста. Это был, говоря современным языком служебный лифт наверх. Многие государственные чиновники и высшие сановники Императорского Двора начинали службу в Конной гвардии и, достигнув высокого положения, продвигали своих сослуживцев.
По словам барона Н.Е Врангеля: «на каждого офицера конногвардейца смотрели, как на младшего товарища, и когда могли, вытаскивали в люди». Поэтому служить в полку желающих было много, но принимали новобранцев в это элитное подразделение, в те времена, крайне осторожно.
Помимо общих положений, свойственных всем гвардейским полкам, иметь дворянское происхождение и безупречную репутацию, к конногвардейцам предъявлялись особые требования.
Офицеры полка должны иметь достойное материальное обеспечение, ибо конногвардеец должен был вести светский образ жизни. Изысканная форма. Чего стоили одни шпоры. Офицер гвардейского Кирасирского полка князь В.С. Трубецкой отмечал, что по звону шпор можно было безошибочно определить принадлежность офицера к гвардии, или к армейским полкам.
Причём в отличие от армейских офицеров, конногвардейцам полагалось дополнительное обмундирование. Дворцовая парадная форма для несения караулов при монаршей особе. Когда поверх мундира надевалась кираса из красного сукна, а вместо брюк белые замшевые лосины, по воспоминаниям современника, которые можно было натянуть только в мокром виде, и тяжёлые ботфорты.
Ещё конногвардейцы обязаны были иметь так называемую бальную форму, которую использовали пару раз в год на дворцовых балах. Да ещё николаевскую шинель с перелиной и бобровым воротником.
К расходам на обмундирование следует прибавить затраты на приобретение верховой лошади. В силу устоявшихся традиций гвардейский офицер, поступая в полк, обязан был представить двух собственных скаковых лошадей определённой масти и размера.
А чего стоили роскошные букеты императрице и полковым дамам, богатые венки бывшим однополчанам, дорогие подарки сослуживцам, покидающим полк, пожертвования церквям, расходы на юбилеи полка, издание полковой истории и ещё на многое другое. И это только официальные траты. К ним нужно прибавить банкеты, рестораны, светские рауты, театр, где сидеть дальше седьмого ряда конногвардейцам просто запрещалось. Тем более, что конногвардейцы постоянно соревновались с другими гвардейскими офицерами в умении выпить десяток бутылок шампанского, а офицерское застолье было обязательным. Для молодых офицеров существовал особый экзамен – выпивать бокалы с вином залпом. На офицерском собрании с каждым выпивали на «ты». Столы ломились от богатейших закусок и изысканных вин.