Вячеслав Лялин – Курляндские герцоги Бироны (страница 3)
Осенью 1710 года, семнадцатилетняя царевна Анна Иоанновна была выдана замуж за Курляндского герцога Фридриха-Вильгельма Кетлера. Но брачная жизнь царевны Анны оказалась очень короткой. Отпраздновав свадьбу племянницы столь любимыми им шумными торжествами, царь Петр I в начале следующего года проводил молодожёнов в Курляндию. Очевидно, пышные свадебные торжества, а в особенности большое количество выпитого вина, болезненно подействовали на неокрепший организм герцога. В дороге Фридриха-Вильгельма занемог и 9 января 1711 года умер.
Став вдовой Анна Иоанновна, по воле венценосного дядюшки, должна была оставаться на чужбине в Курляндии, блюсти русские интересы в Прибалтике. В Митаве, столице герцогства, Анна жила скромно и тихо. К тому же её материальное положение было крайне бедственным. Почти все герцогские владения были в залоге у Рижского епископа, Бранденбургского курфюрста и частных лиц. Пока жива была мать царица Прасковья Фёдоровна, она помогала дочери. После приходилось вымаливать деньги у дяди. Всеми делами Курляндского двора заведовал Пётр Михайлович Бестужев-Рюмин, опытный царедворец, оградивший герцогиню от постороннего влияния. Но однажды он занемог и направил к Анне с докладом одного незначительного канцеляриста Эрнста-Иоганна Бирона. Молодой человек, видимо, сразу приглянулся одинокой герцогини, и она повелела, чтобы он ежедневно являлся к ней с докладом. Это случилось 12 февраля 1718 года. С этого времени началось восхождение Бирона к вершинам могущества.
Эрнст-Иоганн был «весьма красивой наружности, с отличными манерами, очень скромный и приветливый в обращении, был большой делец, хорошо знающий канцелярскую часть и обладающий отличным слогом».22
Положительные черты его характера отмечали многие современники. «В обращении он был весьма вежлив; имел хорошее воспитание; любил славу своей государыни и желал быть для всех приятным; но ума в нем было мало и потому дозволял другим управлять собою до того, что не мог отличать дурных советов от хороших», охарактеризовал Бирона испанский посол герцог Лирия.23
В то же время им владело честолюбие, с большею долей тщеславия. Карьера всегда была для него жизненным вопросом. Без понятия о чести, без сознания долга, он пробивал себе дорогу в жизни. Гордое курляндское рыцарство относилось к Бирону свысока, оскорбляя его самолюбие, и из этого с ним обращения он вынес к родовитой аристократии презрение, которое со временем ещё более усилилось в отношениях к русским вельможам. Как истинный немец, он вообще смотрел на русских с пренебрежением.24
Многие враги Бирона видели в нём чудовище и наделяли его самыми негативными эпитетами. Отмечая его грубость, чудовищную жестокость, глумясь над его незнатным происхождением. Обвиняя его в исключительной любви лишь к лошадям. А время правления императрицы Анны Иоанновны, 1730 — 1740 годы, в исторической науке получило наименование «Бироновщины», поскольку сложилось мнение, что якобы важные государственные посты в империи занимали иностранцы, а вся полнота власти была сосредоточена в руках Эрнста-Иоганна Бирона.
Бирон, несомненно, имел сильное влияние на императрицу, но настоящим диктатором он не был. Анна Иоанновна не во всём потакала своему любимцу. Она решительно отказала Бирону в его претензиях обвенчать его старшего сына Петра с племянницей императрицы, являвшейся наследницей Русской короны, принцессой Анной Леопольдовной Мекленбургской.
Расположение императрицы Эрнст-Иоганн Бирон использовал в полной мере не только для обретения власти, положения и личного обогащения, но для изменения своего социального статуса.
Вначале, необходимость иметь поддержку в дворянской среде заставила Бирона искать союза с какой-либо знатной курляндской фамилией. Несколько раз ему отказывали; наконец он навязался фрейлине Курляндской герцогини, девице Трейден, на которой женился ещё до получения согласия родителей, но с одобрения Анны Иоанновны.25
Он добился получения графского титула Священной Римской империи от Австрийских Габсбургов в 1730 году и, наконец, был внесён в матрикул Курляндского рыцарства.26 А король Польши Август II в конце 1732 года, наградил его орденом Белого Орла.27
После, при содействии Российской императрицы, и с согласия короля Речи Посполитой, спрятав родовую гордость, курляндское рыцарство в 1737 году избрало его своим герцогом. С этого времени он стал именоваться «Божией милостью Эрнст-Иоганн герцог Курляндский».
Благодаря протекции фаворита императрицы получили важные посты в Российской империи его родственники.
Курляндское герцогство, это прибалтийская область, разделённая на две провинции: Курляндию, с главным городом Гольдингеном и Семигалию, со столицей городом Митавой. Митава являлась столицей герцогства. Ранее это территория принадлежала Тевтонскому духовно-рыцарскому ордену. Гермейстер ордена Готхард Кетлер, сделавшись приверженцем Мартина Лютера, отверг власть Римского папы и при реформировании ордена в 1559 году стал светским правителем Курляндии, приняв титул герцога. По Виленскому договору от 28 ноября 1561 года, Курляндия стала ленным владением Польской короны. А 7 марта 1562 года Готхард Кетлер был официально избран Курляндским герцогом, и утверждён королём Польши. В 1589 году решением Польского сейма было принято постановление, что Курляндия будет присоединена к Польше, если герцогская династия Кетлеров угаснет.28
В начале XVIII века Курляндия попала в сферу интересов Русского государства в период Северной войны со Швецией. Король Речи Посполитой Август II Саксонский, союзник Петра I в войне против Швеции, попытался передать Курляндию своему побочному сыну графу Морицу Саксонскому. Курляндским рыцарством граф Мориц был избран герцогом 5 июля (25 июня) 1726 года. Однако под давлением России Польский Двор отказался ратифицировать кандидатуру Морица Саксонского. 21 сентября граф Мориц покинул Митаву. До 1730 года в Курляндии оставалась вдовствующая герцогиня Анна Иоанновна, пока не утвердилась на русском престоле. Таким образом, Курляндский герцог Фердинанд Кетлер и рыцарство получили в лице русской императрицы нового покровителя. Фактически, герцогское семейство находилось на содержании русского Двора.
4 мая 1737 году, на 82-м году жизни, умер последний представитель герцогской династии Фердинанд Кетлер. Полностью зависящие от России государственные чины Курляндии, выполняя волю императрицы Анны Иоанновны, отвергли союз с Польшей и постановили предоставить герцогскую корону лицу, которое укажет императрица. Хотя имелись кандидаты, связанные родством с угасшей династией Кетлеров (сын и супруг Элеоноры-Шарлотты Бранденбургской, урождённой Курляндской принцессы, и Гессенский ландграф), рыцарство остановило свой выбор на кандидатуре русского императорского Двора. Герцогом стал обер-камергер императрицы граф Эрнст-Иоганн Бирон.29
Диплом на герцогскую корону был подписан Польским королём 13 июля 1737 года. По просьбе Русского Двора Бирон был освобождён от поездки в Варшаву для утверждения герцогских прав.
Новый герцог обязался править на условиях, принятых во времена Кетлеров и формально сохранять протекторат Польши. В 1739 году императрица Анна Иоанновна уступила Бирону герцогские вотчины и атманы и казну 69700 ефимков.30
Будучи герцогом и высшим государственным чиновником в России Бирон значительно расширил свои владения в Курляндии. Кроме того, он сделал большие приобретения за границей. В 1734 году в округе Бреслау в прусской Силезии он приобрёл баронское поместье Вартенберг.
После смерти императрицы Анны Иоанновны, скончавшейся между 21 и 22 часами ночи 17 октября 1740 года, герцог Эрнст-Иоганн I Курляндский был объявлен регентом Российской империи при младенце императоре Иване VI Антоновиче, в обход родителей монарха, принцессы Анны Леопольдовны и принца Антона-Ульриха Брауншвейгского.
Один из пунктов завещания гласил, что регент будет управлять страной до 17-тилетия юного императора. После надлежало испытать его способности и если окажется, что монарх ещё не готов управлять страной, то можно было продлить над ним опеку. Регент, наделялся всей полнотой власти, как бы от самого самодержавного Всероссийского императора и принимал титул «Его Высочество», то есть приравнивался к монаршим особам. Родители малолетнего императора не получили ни каких властных полномочий. Им отводилась почётная роль рождения новых принцев, которые могли бы занять престол, в случае преждевременной смерти Ивана Антоновича. Причём на женское потомство права престолонаследия не распространялись.
18 октября, войска и жители столицы присягнули новому императору Ивану Антоновичу и регенту герцогу Эрнсту-Иоганну Бирону Курляндскому.
Однако правление герцога Бирона было недолгим. 8 октября 1740 года Эрнст-Иоганн Бирон, регент Российской империи, Курляндский герцог, владелец Вартенбергского княжества в Силезии, кавалер русских орденов Святого Андрея Первозванного, Святого князя Александра Невского и польского ордена Белого Орла был свергнут и помещён в Шлиссельбургскую крепость. Были арестованы его братья и сторонники.
После проведённого следствия 8 апреля 1741 года был обнародован Высочайший манифест. За разные «безбожныя и зловымышленныя» преступления бывший регент Правительствующим Сенатом был приговорён к смертной казни, путём четвертования.31 Однако, приговор был милостиво смягчён. Казнь была заменена ссылкой с семьёй в сибирский город Пелым. Для бывшего регента в Пелыме был выстроен специальный тюремный дом. На содержание ссыльного семейства выделялось по 15 рублей в день. Для обслуживания ссыльных было направлено в Пелым два лакея, две девки и два повара, на содержание которых дополнительно отпускалось казной 100 рублей в год.32