Вячеслав Кумин – Цербер - Легион Цербера. Атака на мир Цербера (страница 200)
У Рона было такое выражение лица, что и Нэнси, и Шон Роддем спорить поостереглись и поплелись в сторону указанного камня. Сам Финист, издавая повышенный шум, ломанулся сквозь кусты совсем в другом направлении, но не успел он сделать и ста шагов, как услышал сначала крик президента, а потом сдавленный выкрик Нэнси: «Папа!»
Зло сплюнув, Рон повернул обратно. Отец с дочерью даже не смогли добежать до указанного Финистом камня. Еще издали он увидел, что Роддем лежит на земле и тянется руками к вытянутой ноге и, как видно, это причиняло ему сильнейшую боль.
– Что случилось?!
– Папа, кажется, сломал ногу… – заплакала Нэнси.
Финист присел рядом с раненым и осторожно пощупал ногу. Роддем вскрикнул, стоило лишь к нему прикоснуться. Так и есть, нога сломана. Рон тяжко вздохнул, с такими повреждениями им незаметно не спрятаться, в любом случае останется сильный, примятый след на траве, и его отвлекающие маневры окажутся просто бесполезными.
– Уходи, Рон, – попросила Нэнси. – Может, тебе снова удастся что-нибудь сделать…
– Поздно.
С этими словами, во избежание недоразумений, Рон поднял руки вверх.
И действительно, вокруг послышались частые, до противного резкие свистящие звуки работающих ножных сервоусилителей. Два десятка десантников окружили тройку беглецов. Один из них направил яркий луч света и оглядел каждого. Не столько ради того, чтобы рассмотреть, сколько чтобы отослать телеметрию своему командованию для подтверждения.
– Мы взяли самого главного, – послышался утробный голос капитана. – Высылайте вертолет.
63
Спустя час, когда на ноге президента застыла шина, наложенная специальной пеной солдатом медиком, над головами завис «пеликан» с двумя «тирано»-охранниками, наматывающими круги для отражения возможной ракетной атаки, и спустя несколько минут все оказались в его чреве, поднятые с помощью лебедок.
– Прости нас, Рон… мы так подвели тебя…
– Не бери в голову, Нэн. Скорее уж это я подвел вас и не смог защитить.
– Что же теперь с нами будет?
– Да уж ничего хорошего! – засмеялся командир десантной группы. – Будь моя воля, я бы вас еще там пристрелил. Но теперь вас ждет Земля, а после суда вы закончите свои дни в газовой камере!
От таких слов Нэнси содрогнулась, теснее прижавшись к Рону. Заметив это, десантник посмеялся:
– Жмитесь, голубки, жмитесь, это ваши последние минуты в жизни, когда вы еще можете приласкать друг друга, только вот как бы мы все ни хотели, но позволить вам большего не можем!
Капитан засмеялся, и его хохот дружно подхватили остальные солдаты.
– А теперь заткнитесь… Я не хочу слышать, как вы жуете телячьи сопли. Меня от этого тошнить начинает.
Капитан скривился так, что солдаты засмеялись еще громче.
Вертолет завис еще раз, и на борт помимо второй части взвода подняли еще трех пассажиров: министра с помощником и раненого легионера.
– О чем думаешь… примарх? – с презрительной усмешкой спросил все же решивший развлечь себя разговором капитан. – А то у тебя такое выражение на роже, будто ты ждешь если не манны небесной, то уж точно какого-то… знака!
– Так и есть…
– И чего же, если не секрет?
– Ракеты в борт, а лучше три, – признался Финист в своих надеждах.
Капитан сначала в недоумении откинулся на спинку скамьи, а потом расхохотался:
– Да! При счастливом стечении обстоятельств это вам помогло бы…
Вертолет резко вильнул в сторону и завалился на правый борт, солдаты и особенно пленники схватились кто за что, чтобы не свалиться в кучу. Рон, валяясь на полу, почувствовал, как до этого мерный отстрел противоракетных шашек с трехсекундным интервалом буквально застрочил с пулеметной скоростью.
Новый маневр «пеликана» с разворотом на левый борт – и все сквозь вой турбины и стрекот лопастей услышали далекий взрыв ракеты и несколько стальных ударов долетевших осколков. После чего вертолет выровнял свой полет и пошел дальше как ни в чем не бывало.
– Бог услышал твои молитвы, примарх, – посмеялся уже не так заливисто, как до ракетной атаки, капитан. – Но, видимо, в настоящий момент он занят более важными вещами.
Отрицать сие было глупо, и Рон лишь горестно вздохнул.
– Наверное…
Больше никаких попыток атак не предпринималось. Вертолеты покинули гористую местность и еще через час полета приземлились на площади в Лорман-сити. Пленников тут же препроводили в подвальные комнаты Дома Совета и заперли, выставив охрану.
Через полчаса дверь открылась, и с конвоем охраны в импровизированную камеру ворвался сенатор Фредерик. Весть о том, что пленники сбежали на вертолете, буквально вырвавшись из рук, да еще и расстреляли штаб, прикончив полковника, отвечавшего за их поимку, чуть не убила его в буквальном смысле. Сэм пережил микроинфаркт, благо личный доктор оказался на высоте, и все обошлось, можно сказать, легким испугом.
Подбежав к Шону Роддему, он вскинул его голову, схватив за подбородок, и быстро вгляделся, словно фотографируя каждый сантиметр его лица.
Следом за сенатором вошел какой-то майор.
– Да, это он!
Спикер Сената счастливо засмеялся. Остальные пленники его почти не интересовали, главное то, что есть «главарь», а поимка остальных лишь дело времени, и по большому счету можно обойтись без них.
– А этот паренек, стало быть, и есть главарь пиратской шайки? – спросил Сэм Фредерик, оставив в покое президента и переключившись на Финиста.
– Так точно, сэр, – кивнул майор. – Он более известен как примарх Легиона.
– Замечательно! Я получил даже больше, чем рассчитывал! Я вернусь на Землю настоящим триумфатором!
– Провезете нас в клетке по главной улице столицы Земли? – с вызовом спросил Финист.
– Ерничаете, молодой человек?.. Что ж, прощаю. Ведь это все, что вы можете сделать в вашем положении – скалить зубы! Хотя вы кого-то мне напоминаете… лицо уж больно примечательное.
– Он сын так называемого министра обороны Георгия Финиста, Рон.
– Точно! Он, помнится, тоже скалил зубы, прежде чем…
– Прежде чем – что? – потребовал ответа Рон. – Что с моим отцом, жирная куча дерьма?!
В ответ Сэм ударил пленника, но несколько неудачно, руку пронзила острая боль.
– Черт!.. – затряс Фредерик кистью правой руки. – Кости, наверное, себе все переломал…
– Хватит ныть про свою руку! Ответьте мне!
– Тут не ругаться надо, а просить, молодой человек. Совсем никакого воспитания у молодежи нет. Одичали…
Готовый разразиться новой порцией брани, Рон загасил в себе гнев и попросил:
– Давайте не будем изгаляться, мистер… исполните последнюю просьбу приговоренного и ответьте на вопрос.
– А разве был суд и вас приговорили? – притворно удивился Фредерик.
– Можно подумать, за этим дело встанет.
– Не встанет, – согласился сенатор. – Что ж, ваш батенька сейчас в коме от сердечного приступа. Не перенес сыворотки правды…
Рон рванул было на сенатора, но двое десантников тут же навострили на него свои «носороги», и Финисту пришлось остыть.
– Но во всем нужно искать положительные стороны, молодой человек. Не правда ли?
– О чем вы?
– Поскольку ваш батенька в таком состоянии нетранспортабелен, еще чего доброго отдаст Богу душу во время перелета, а я не хочу быть обвинен в таких неприятных мелочах, как в смерти по неосторожности, то он, в отличие от вас, останется на Ра-Мире! А вы отдыхайте… спите, эта ночь станет для вас последней на столь благодатной планете. Уже завтра, после небольшого представления для любящих всякие шоу местных жителей, мы отправляемся на Землю!
– Оставьте хотя бы женщин…
– Это просьба?
– Да.
– Вторая, хотя приговоренный, как мне известно, имеет право только на одну!
Сенатор опять утробно засмеялся.