Вячеслав Козырев – Когти возмездия. Неизвестная война (страница 8)

Личный состав базы даже не был оповещен защитными системами, как началась атака. Первые четыре ракеты точными ударами вывели центральную антенну дальней связи, вторая и третья четвёрка атаковали основной и вспомогательный генераторы силового поля. После чего был дан световой сигнал остальным силам нападавших о том, что защита снята. И штурмовые корабли, приблизившись к базе, принялись методично расстреливать имевшиеся на поверхности жилые сооружения. Нескольким уцелевшим сотрудникам базы удалось укрыться в постройках и отсеках под поверхностью астероида. Нападавшие стреляли с высокой точностью, стараясь не попасть в систему охлаждения реактора. Это помогло команде техников по обслуживанию энергоустановки: им удалось пробраться к резервному узлу связи и используя всю энергию имевшуюся в их распоряжении, послать сигнал бедствия. Принявшим его ближайшим кораблём бы лёгкий крейсер, носитель малых штурмовых средств, созданный недавно для борьбы с пиратскими набегами. Капитан крейсера моментально изменил курс, направляясь к захваченной базе. Был развёрнут боевой порядок истребителей, находившихся на борту, и маленькое, но опасное подразделение стало приближаться к врагу. Заметив крейсер с Фелиды, базовый корабль агрессоров выпустил ещё несколько звеньев штурмовиков, и началась огненная карусель. Чёрные треугольники истребителей попарно и в одиночку вели бой с превосходящими силами противника. Капитан крейсера приказал выпустить новейшие устройства, созданные специально для захвата нападавших кораблей. Это были довольно простые по конструкции малые корабли – штурмовые галеры, как их называли в шутку бойцы специальных подразделений. Каждый корабль имел в носовой части мощный таран с плазменным резаком на острие. Галера должна была пробить обшивку и обеспечить доступ в атакуемый корабль бойцам специального штурмового подразделения, находившимся внутри галеры. Герметичность пробоины должен был обеспечить вязкий пластик, который впрыскивался в щель между тараном и разорванной обшивкой корабля. Пять галер с равным расстоянием друг от друга пошли на большой скорости на врага.

Командир отряда специального назначения по прозвищу Чёрный (у спецназовцев с Фелиды для простоты и быстроты общения позывные давались по цвету шерсти) проверил штурмовую динамореактивную винтовку и защёлкнул в фиксаторах лицевую прозрачную пластину шлема. Галера начала содрогаться от попаданий вражеского оружия.

– Чёрный! – донеслось из наушников. – Вторая галера сошла с дистанции!

– Прямое попадание! Управление потеряно.

– Обшивка держит? Герметичность не нарушилась? – спросил Чёрный.

– Порядок! Пока держит, – прозвучал ответ.

– Мы за вами вернёмся!

– Поняли! Удачи!

По оставшимся штурмовым галерам стреляло всё, что могло стрелять, однако на такой короткой дистанции орудия головного калибра неприятеля действовать уже не могли. Зажёгся красный свет предупреждения об ударе. Чёрный успел скомандовать:

– Внимание, удар!

И таран галеры пропорол обшивку корабля, глубоко войдя в неприятельский корпус. Остриё тарана с устройствами выхода вышло через стену широкого коридора квадратного сечения, заполненного в момент атаки бегущими к своим боевым постам крысами. Для усиления эффекта внезапности с четырёх сторон тарана выдвинулись на держателях и отскочив покатились в стороны ослепляющие гранаты. После яркой вспышки и пронзительного звука открылись выходные люки тарана и оттуда вырвались бойцы, облачённые в лёгкие чёрные штурмовые скафандры. На теле каждого спецназовца слева и справа были закреплены штурмовые винтовки, снаряжённые снарядами с системой наведения от взгляда. Выстрел производился при сжимании челюстями пускового устройства. Для зачистки средних палуб, ребятам из команды Чёрного требовалось не более десяти минут. Кошка на охоте опасна сама по себе, а вооружённая совершенным оружием она практически не имеет себе конкурентов в бою. Проблемы начались на верхних палубах, когда выпущенная кем-то из крыс-офицеров ракета, пролетев весь коридор, взорвалась, ударив в стену и образовав пробоину. Моментально воздух стал вырываться из корабля наружу.

– Всем включить автономные системы дыхания! – приказал Чёрный, едва успев схватиться за переборки всеми четырьмя лапами, – Пробоина в корпусе! Всем держаться за что-нибудь!

Со стороны оборонявшихся стали вылетать тела погибших и уноситься через пробоину в корпусе в космическое пространство. Довольно долгое время было невозможно двигаться, пока воздух практически весь не вышел из корабля. Бойцы спецназа, используя портативный тросомёт сумели один за другим перебраться к командной рубке, минуя пробоину. Коридор и всё, что находилось в рубке было покрыто инеем. Тела крысиных старших офицеров были разбросаны по полу. Несмотря на тяжёлые повреждения корабля, искусственная гравитация продолжала работать.

Связавшись со своим кораблём, Чёрный доложил о случившемся и получил приказ срочно эвакуироваться с вражеского корабля. Спецназовцы, собравшись у одной из галер, связались с кораблём и доложили о готовности эвакуироваться. Кормовая часть галеры могла быть использована как причальное устройство, поэтому это был в данном случае единственный приемлемый пункт ожидания. Внезапно Чёрный получил приказ от командования закрепиться и ждать дальнейших указаний. Эвакуация откладывалась. Причиной тому было следующее: после захвата базового корабля крыс, штурмовики, вероятно получившие радиосообщение об этом, бросились атаковать крейсер, причём, израсходовав боезапас, они применяли таранные атаки. Не израсходовавшие боевую часть диверсионные ракеты малого хода на максимально возможной скорости таранили крейсер. К атакам подключились даже ракеты без боевых частей. Ракетные батареи крейсера разносили врагов в куски, и то тут, то там вспыхивали яркие взрывы. Однако некоторым из них всё же удалось достичь цели. Команда крейсера стойко боролась за живучесть своего корабля, а отряду спецназовцев, под командованием Чёрного оставалось лишь ждать исхода поединка, слушая радиопереговоры истребителей. Точку в этом локальном конфликте поставило подразделение из пяти малых ракетоносцев с Корипто, которые своевременно вклинились в битву, разметав нападавших в клочья. События, подобные описанным, в таком масштабе не повторялись, и объединённые силы, изучив оставшуюся трофейную технику, в том числе малоразмерный бакен нуль-транспортировки, находившийся на базовом корабле крыс, полагали, что военное противостояние не получит дальнейшего развития. Однако, нападение на Фелиду стало каплей, переполнившей чашу терпения. Корабль крыс, который один прорвался через орбитальную оборону и высадился на планете, имел автоматическую систему распознавания свой-чужой, которая была захвачена врагом на одном из пропавших без вести, а на самом деле подбитом корабле с Корипто. Данное устройство позволяло проходить через области, защищаемые автоматическими ракетными батареями, совершенно беспрепятственно, так как сообщало, что идёт дружественный корабль. Странным фактом было и то, что экипаж корабля-агрессора был немногочисленным, а в грузовом отсеке находился бакен нуль-транспортировки. Всё это и повлияло на активизацию боевых действий жителей Фелиды и Корипто против крыс с планеты Сутар.

***

Быт Поля постепенно налаживался. Проблем с пониманием назначения некоторых вещей в доме становилось всё меньше. А в общении с людьми проблемы отсутствовали полностью. Этому способствовали забавные истории, которые периодически случались. Например, был случай, когда Поль, сидя на полу на кухне, наблюдал, как мама готовит утренний кофе. Все эти манипуляции всегда его интересовали. Не только потому, что планета была чужая и всё на ней было не так, как он привык, и это вызывало желание разобраться, что к чему. Просто, распробовав мамину стряпню, он понял, что есть ещё многое, что он должен исследовать тщательным образом, и его долг как исследователя, может быть не с первой, даже не со второй, а быть может с третьей порции вынести свой окончательный вердикт маминым творениям.

Пока Поль наблюдал за действиями мамы, всем своим видом выражая чисто научный интерес, мама попутно смотрела передачу в телевизоре, стоящем на шкафчике. Что-то происходящее на экране ей очень не понравилось, и она, сделав жест рукой, должно быть означавший досаду, случайно смахнула фарфоровую чашку на пол. Почти на пол, потому, что Поль, видя это, сделал шаг вперёд и, выставив передние лапы, поймал чашку. Повернувшись к оторопевшей маме, он осторожно протянул чашку ей. Приняв чашку из лап Поля, мама некоторое время приходила в себя, и когда самообладание вернулось к ней, она, нагнувшись к Полю, взяла его на руки и поцеловала в усатую физиономию. Пришло время смутиться самому Полю, но он взял себя в руки и позволил погладить.

Досуг Поль всегда проводил в занятиях и играх с Гошей. Правда мальчику по началу было трудно привыкнуть к утренним упражнениям Поля, когда тот принимался выполнять приёмы рукопашного боя. Однако, поняв, что это всего лишь способ поддержания себя в тонусе, иными словами, зарядка его любимого Мурзика, он даже иногда пытался повторить за ним некоторые элементы. Это всегда было очень забавно.