Вячеслав Коротин – Попаданец со шпагой (страница 36)
– Есть, но они подождут до завтра. Честь имею!
…Следующим утром мы встретились с подполковником как ни в чем не бывало. То есть я-то, конечно, до жути хотел узнать, о чем он там разговаривал с Настей, но, раз уж меня не считают необходимым ставить в известность, переживем. Начинать общение с выспрашивания по этому поводу – себя не уважать. Захочет – сам скажет.
– Сергей Васильевич, – начал я разговор при нашей встрече, – а ваши умельцы смогут изготовить еще пару таких пуль за пару часов?
– Еще бы. – Соков посмотрел на меня с удивлением, он явно ждал другого вопроса. – А зачем это вам?
– Да возникла у меня мысль провести эксперимент, который покажет разницу в дальнобойности между новыми пулями и старыми.
– Через час все будет готово, можете не беспокоиться, я только отдам распоряжения.
– Подождите, еще нужно будет…
А ведь точно – через час все мои пожелания были выполнены: и «лафет» для ружья приготовлен, и мишень. И пули сделаны.
Всего лишь два выстрела…
Я измерил высоту попаданий в мишень и пошел считать.
Мать-перемать! Тяжело жить без калькулятора. Все бы ничего, но квадратные корни брать…
Благо, что из двух: «Я Таня, я дура, но я вот нашла корень из двух». То есть один, четыре, один… А большей точности мне и не требовалось (количество букв в данном предложении про Таню соответствует цифре, если кто не понял).
В общем, получилось, что «моя» пуля бьет почти вдвое дальше.
Когда я познакомил Сокова с результатами своих расчетов, тот, конечно, обрадовался, но особого удивления не высказал: привык старик к тому, что все идеи, исходящие от меня, должны являться успешными.
Если бы я предложил план, как сляпать «на коленке» самолет, то подполковник, разумеется, обрадовался бы, но на его удивление рассчитывать не приходилось.
Договорились изготовить еще несколько пуль для демонстрации генералу и отправки в Петербург, чтобы там не заморачиваться такими мелочами.
Последующие несколько дней я общался в основном с Настей, и понятно, о чем мы разговаривали. Подробностей приводить не буду, ибо это касается только нас двоих.
Удивил подполковник. Такого я даже от него не ожидал.
За день до приезда Бороздина Соков пригласил меня к себе в кабинет:
– Вадим Федорович, вы едете в столицу, жизнь там стоит денег. И немалых. Плюс дорожные расходы. У вас, насколько я понимаю, нет вообще ни копейки…
Это он верно подметил: уже третий месяц я проживал в усадьбе, как в отеле «ол ин клюзив». Деньги мне вообще-то были не нужны, но их отсутствие здорово напрягало: пусть они и без надобности, но, когда имеются, чувствуешь себя спокойней.
– Поэтому прошу вас принять от меня это, – продолжил мой гостеприимный хозяин, протягивая… Вот как описать? Не лопатник – больше, не портфель – меньше. Что-то вроде кожаной папки размером с общую тетрадь. Но толще. – Здесь двести рублей. Немного, но на первое время хватит. Считайте это дружеским беспроцентным займом. Отдадите, когда сможете.
Ну да. Корова в те времена стоила рублей пять-десять, не помню точно. Так что две сотни – сумма немалая. Хотя, с другой стороны, столица есть столица, да и в дороге подрастратиться придется…
– Еще два костюма Тихон уже отнес в вашу комнату, – продолжал подполковник. – Ну и наконец…
Соков взял со стола шпагу, которую я заметил сразу, едва вошел, и слегка недоумевал, что она делает в столь неподходящем месте.
– Владейте! – Старый солдат протянул мне оружие. – Не подобает вам прибыть в Петербург без нее. Надеюсь, что использовать по прямому назначению не придется. Клинок добрый, поверьте.
Я с благодарностью принял оружие, и было чрезвычайно приятно ощутить его тяжесть. До жути захотелось тут же вытащить сталь из ножен и проверить балансировку, подвигаться… Но это было бы несолидно.
Горячо поблагодарил Сергея Васильевича за царский подарок, но тот только махнул рукой:
– И я лично, и Россия вообще уже очень обязаны вам, Вадим Федорович, за то, что вы сделали. Не сомневаюсь, что принесете еще немало пользы и стране, и нашей семье. К тому же принято, чтобы при помолвке отец невесты делал подарок жениху, так что все по традиции. – Подполковник доброжелательно улыбался. – Я вижу, что вам не терпится спокойно рассмотреть и опробовать эту шпагу – ступайте, не стесняйтесь.
Я поклонился и вышел. Паркет коридора просто жег мне пятки: так хотелось поскорее почувствовать оружие.
Кстати, паркетом здесь были застланы все полы. Во всяком случае, там, где мне пришлось ходить. Понятно, что ламинат, линолеум или банальная крашеная ДВП в это время по стоимости оставили бы далеко за флагом самый что ни на есть роскошный паркет, но было очень непривычно. Первое время я прикидывал, сколько стоит покрыть натуральным деревом такую площадь в конце двадцатого века – волосы дыбом вставали.
Ленка в свое время настояла, чтобы у нас в свежекупленной квартире был именно натуральный паркет. Хотя люди значительно более крутые в финансовом плане, чем наша семья, вполне обходились хорошим ламинатом. У меня просто сердце кровью обливалось, когда мы вбухивали в эти деревяшки чуть не половину наших отпускных, а потом пару месяцев на завтрак, обед и ужин в основном было: «Овсянка, сэр!» Ну да ладно. Проехали.
У себя в комнате, разумеется, сразу вытащил шпагу из ножен. Клинок был прост, без всяких украшений. Ни резьбы, ни тем более эмали. Присутствовало клеймо в виде буквы «Р». Это мне ни о чем не говорило, кроме того, что он все-таки изготовлен ФИРМОЙ, а не сельским кузнецом.
Гарда – простая чашка без наворотов, ручка тоже обычная. То есть боевое оружие, а не парадно-выходной атрибут.
Естественно, тут же проверил, как лежит в руке и как чувствуется кончик. Потяжелее спортивной, что и следовало ожидать, но непринципиально. Пальчиками, конечно, не поуправляешь, но кистью запросто. Клинок опять же пожестче, но так иного и не ожидалось. Кстати, и не приучен я был охотиться за «клевками» в перчатку соперника: тренер, земля ему пухом, требовал отрабатывать в основном уколы действительные и надежные. В чем и преуспел. Атака в темп, защита-ответ, оппозиция были моим основным «оружием» на дорожке, а хлещущие через гарду уколы не по мне.
И еще: приучил меня Сан Саныч к простой ручке, а не к анатомическому «пистолету». Причем всем разрешал, а мне – нет. Вот как будто знал… Мелочь, конечно, но в моей ситуации может стать весьма существенной.
Подвигался еще немного со шпагой – вполне. Даже лучше той, что была на арене.
Только потом обратил внимание на костюмы. Один, как я понял, повседневный, а второй типа парадный. Оба темно-серые, но вот чувствовалось нечто более торжественное в одном из них, причем непонятно что. Примерил оба – вроде сидят хорошо и никакого дискомфорта. А ведь портной мерку снимал только один раз, когда шил тот, что сейчас на мне. Мастер, ничего не скажешь.
Кстати, осень на пороге. Чего же мой будущий тесть насчет плаща не озаботился? Придется самому разориться из выделенной суммы. А там и зима…
Остается рассчитывать на какую-нибудь премию от Академии наук или еще откуда-то. Не могут же власти российские не отметить материально «мое» открытие. Хотя бес его знает, как тут у них с этим сейчас…
Кстати! Надо ведь отдариться. Может, свой «Ориент» подполковнику презентовать? У меня же еще «Сейко» имеются. Те, которые у трактирщика отобрал.
Пожалуй, самое оно. Теперь: что делать со всем моим имуществом из двадцатого века?
Я мрачно смотрел на своего верного «Ермака» и понимал, что почти ничего из его содержимого взять с собой в Питер не смогу. Спиннинги были отметены сразу – вообще дурдом получается: сидит «дворянин» на берегу Невы и рыбку удит стеклопластовыми удочками с безынерционными катушками. Рядом желательно плакат: «Я из ГРЯДУЩЕГО».
Подводно-охотничье хозяйство… Тоже не в кассу. Оставлю Лешке, пусть пока поныряет. Дюраль ружья даже демонстрировать никому не стоит. Резину ластов и маски тоже.
Флягу, котелок, вилку и остатки ложки, конечно, прихвачу – алюминий мне еще очень пригодится.
Палатку, спальник и все тому подобное опять же оставляю – на кой они мне? Джинсы, куртку, свитер, майки, носки… Прихватить, что ли? Да, пригодятся.
Ну и осталась мелочь. На уровне по карманам рассовать.
– Тихон! – рявкнул я, высунувшись за дверь.
– Слушаю, Вадим Федорович, – немедленно нарисовался мой ангел-хранитель.
– Пригласи ко мне молодого господина, если он сейчас не занят.
– Не извольте беспокоиться. Сей момент. – Просто удивительно, как быстро и в то же время неторопливо отправился этот мужик выполнять мое распоряжение: вроде идет… да не идет – следует вполне солидно и неспешно, но все равно как-то молниеносно, что ли…
Ну и Алешка прибыл соответственно. Минут через пять.
Блин! Сил нет никаких общаться с парнем, который тебя откровенно боготворит. Просто пожирает глазами. Ну чисто солдат перед генералом. Честно говоря, раздражает. Но приказа так не делать за все время придумать не удалось.
– Добрый день, Алексей Сергеевич. Простите, что вас побеспокоил, но вы, наверное, уже знаете, что я скоро уеду.
Соков-младший молча кивнул.
– Хочу оставить вам свое снаряжение для подводной охоты. Мне оно в ближайшее время будет без надобности, а вы, я вижу, этим делом увлеклись.
– Премного благодарен, Вадим Федорович…