Вячеслав Киселев – Викинг. Книга 4. Ход конем. Том 1 (страница 7)

Кроме этого, разработал для полка новый штат в котором минимальным воинским званием для простого бойца был «фенрик», аналог российского пехотного прапорщика и корнета в кавалерии. Командира тройки сделал лейтенантом, командира группы (30 человек) – капитаном, а командира отряда – подполковником. Заместители командира полка будут полковниками, а Доброму махнул генеральскую должность с барского плеча. Первый состав полка у меня уже был, а в последствии попасть в полк можно будет только прослужив два года в других частях, после сдачи тестов и при наличии положительных характеристик, и только на должность курсанта в учебный отряд, будь ты хоть полковником до этого. И только после прохождения трехмесячной подготовки и успешной сдачи экзамена можно будет получить заветный берет с орлом. А в том, что недостатка в кандидатах не будет, я не сомневался. Ведь кроме повышенных званий и двойного оклада, я предусмотрел еще одну замануху – император будет носить такой же, как у всех берет с орлом, поднимая статус полка на заоблачную высоту.

Со знаками различия заморачиваться не стал, все уже давно придумано до нас, выбирай, что нравится. Выбрал я самый, по моему мнению, экономный вариант – петлицы со шпалами и кубарями, который потом распространю на всю армию, только цвет петлиц будет разный для родов войск, а себе повесил на петлицы три короны. Торжественное вручение беретов с орлами и принесение клятвы спецназовца провели через неделю в Тронном зале, а после поставили жирную, во всех смыслах слова, точку на первом этапе жизни полка в виде праздничного обеда. А через три дня произошло еще одно долгожданное и радостное событие – Мария родила Доброму дочку Екатерину.

***

Праздники, праздниками, но заниматься планированием и подготовкой я не прекращал ни на минуту, а самой главной моей задачей было обеспечение штурмовых групп детальными планами проникновения и захвата назначенных объектов.

Проще всего выглядела задача по Варшаве. Местный королевский дворец я изучил неплохо, будучи в гостях у Потоцкого, и смог по памяти нарисовать его схему. Оставался непонятным только один вопрос – вопрос проникновения в Старый город, обнесенный стеной. Меня ведь туда пропускали с почетным эскортом, а прогуливаться по окрестностям времени не было. Поэтому здесь я решил работать вариант Троянского коня. Вейсман, знающий польский и бывавший в Варшаве, вместе со Свенсеном и еще десятком парней после торжеств немедленно выехали в Польшу. В Варшаве они должны легализоваться, открыть торговое представительство и провести рекогносцировку. После проведения рекогносцировки Вейсман и Свенсен возвращаются обратно для подготовки отряда, а внедренная группа остается на месте, чтобы в установленное время ударить изнутри и обеспечить проникновение в Старый город.

Захват тулонских фортов, на мой взгляд, тоже не представлял из себя большой проблемы, хоть мне и не удалось найти их описания. Войны нет, караулы расслаблены, поэтому неожиданная ночная атака с использованием бесшумного оружия (местные умельцы уже сработали по образцу Гнома две дюжины ПБСов для штурмовых винтовок) была просто обречена успех, а вот с пониманием того, как штурмовать Стамбул и непосредственно дворец султана с населением небольшого города, было пока не очень. Понятно, что попытаемся сработать под французов, но это будет прикрытием только до момента высадки на берег. Поэтому единственное, что можно было точно сказать – замес там будет серьезный.

Проведя пару дней в бесплодных попытках придумать что-нибудь хитромудрое по вопросу захвата Стамбула, я вдруг понял, что думаю совершенно не о том. По Варшаве задача была понятна и сформулирована от и до – заход, захват, поджог, отход. По Тулону почти аналогично. А нахрена я вообще прусь в Стамбул? Своим военачальникам я объявил, что есть шанс свалить Османскую империю и прибрать к рукам Стамбул. Значит, мне необходимо удержать контроль над городом, а что для этого необходимо? Правильно, не восполняемый в тех условиях ресурс – бойцы. Их у меня всего шесть тысяч по плану, не считая экипажей кораблей, а когда мы понесем потери при штурме, останется и того меньше. Следовательно, успех всего предприятия можно обеспечить только снижением потерь до минимума, а единственным средством для этого могла выступить бронезащита, так как подавляющего преимущества в огневой мощи у меня не будет. Даже пять десятков Галилов маловато для штурма дворца, не говоря уже про весь город. Так у меня и этого количества винтовок не будет, ведь необходимо хотя бы часть Галилов выделить другим отрядам. А раз мне нужна бронезащита – значит мне нужен мой компаньон!

***

Для упрощения работы, у моего секретаря был список людей, которых я принимаю без предварительной договоренности и один их них, которому я как раз начал писать письмо, появился следующим утром в моем кабинете, будто прочитал мои мысли.

– Доброе утро Ваше Величество! – вывел меня из раздумий голос Магнуса Полхема.

– Магнус! – быстро вышел я из-за стола и взял за плечи опешившего инженера, – Вы не представляете, как нужны мне прямо сейчас. Вы занимались изготовлением металлических доспехов?

– Да, Ваше Величество, и сейчас занимаюсь! – быстро ответил, ничего не понимающий, Полхем.

Показав ему на стул, я прошел к столу и спросил:

– А на пулестойкость их проверяете?

Присев на стул и переведя дух, Магнус начал рассказывать:

– Конечно, все партии кирас при передаче заказчику проходят проверку. Из партии в пятьдесят штук выбирают пять самых легких по весу и проводят обстрел из ружей и пистолетов с разных дистанций. Наши кирасы всегда отменного качества, Ваше Величество!

– Верю, но мне нужны подробности. Дистанция стрельбы, толщина и масса кирасы, только давайте в английской системе измерений, мне так будет проще! – уточнил я свой вопрос.

– Понял, Ваше Величество. Значит, минимальная дистанция стрельбы примерно пятьдесят пять футов (16,5 м), масса нагрудника, при толщине в центре в пятую часть дюйма (5 мм) и в два раза меньше по краям, чуть более четырнадцати фунтов (6,4 кг). Наспинник обстрелом не проверяем, он защищает только от холодного оружия. Кираса кованная, составная, из слоев стали и железа, наружная сторона закалена, по центру обеспечивает полную защиту от пробития! – детально пояснил обо всем инженер.

– Прекрасно, значит толщина в пятую часть дюйма обеспечивает необходимую защиту, – озвучил я свои мысли вслух, – Магнус, мне нужен плоский прямоугольный щит чуть большей толщины, для верности, размерами пять на два фута. Необходимо в кратчайшие сроки изготовить образец и доставить его сюда, а также быть в готовности изготовить крупную партию таких щитов!

Задав пару уточняющих вопросов и полностью усвоив задачу, Полхем доложил о ходе строительства нашего завода паровых машин в Сконе и не задерживаясь убыл в провинцию Далларна, где «в пещерах гномов» ковалось могущество Скандинавской империи .Управился он за две недели и в середине февраля доставил во дворец первый образец. Шести миллиметровый полутораметровый щит, с сеткой из цепей для защиты ног и подбоем из толстой воловьей кожи, весил почти сорок килограмм и отлично держал ружейную пулю с пятнадцати метров. Конечно, такую массу даже просто держать в руках проблематично, не то, что передвигаться в бою, поэтому для его переноски Магнус, по моей идее, сделал быстросъемную систему из ремней и рычагов, распределяющих нагрузку на спину и таз бойца и позволяющую в бою быстро сменить уставшего щитовика.

Убедившись в работоспособности образца, я дал команду Полхему на изготовление двух сотен щитов, а опытный образец в срочном порядке отправил в бригаду «Готланд», уже передислоцированную к этому времени с острова Рюген в Гётеборг и обменявшуюся казармами с драгунским полком, убывшим вместо морпехов на остров. Вместе со щитом были отправлены указания изготовить двести деревянных макетов и немедленно приступить к тренировкам в составе штурмовых групп, прикрытых щитовиками.

Генерал-майор Левенгаупт, занимавшийся комплектованием бригады на Рюгене, уже убыл в Финляндию для подготовки легиона, и командовать бригадой, которую он довел до численности в две тысячи штыков, я поставил полковника фон Клаузевица, немца по национальности, отличившегося в ходе прошлогоднего рейда на Осло.

***

Весь февраль, несмотря на препоны зимней Балтики, транспортные суда безостановочно мотались по морю, перемещая огромное количество войск и грузов между Скандинавским полуостровом, Ютландией, Зеландией и Рюгеном, и на моей карте постепенно вырисовывались ударные группировки, ожидающие дня «Д». К концу февраля все указания войскам уже были отданы, адмирал Седерстрём убыл в Берген для подготовки флота к походу, а генерал-фельдмаршал Стенбок со штабом на полуостров Ютландия, и я тоже собрался в дорогу, в новую столицу. Сконе ведь расположен на пересечении транспортных путей, поэтому руководить оттуда было намного удобнее, чем из Стокгольма, к тому же мне, если все срастется, предстояло вскоре отправиться в Северное море на встречу с английским королем. Добрый же пока останется со спецназом на месте, продолжая боевое слаживание и тренировки на макете варшавского королевского дворца и настоящем форте, прикрывающем с моря Стокгольм, а отправится в Берген только в апреле, непосредственно к погрузке на корабли.