Вячеслав Киселев – От Дуная до Рейна (страница 8)

Прочитав послание, я положил бумагу на стол и задумался, куда грести дальше? Ничего крамольного, тянущего на государственную измену, в письме не было. Ну написал господин «Янус» своему знакомому графу в Вену о том, что к ним в гости собирается новоизбранный император, убивший перед этим их патрона – ну и что? Я ведь сам об этом заявил, а все остальные недомолвки и полунамёки, проскальзывающие в письме, к делу не пришьешь, за такое в нормальных государствах не судят. Конечно, лично мне было всё понятно и теперь передо мной стоял выбор – прикопать своего назначенца по беспределу или сделать вид, что всё в порядке, и начать с ним игру? Добрый однозначно предложил бы вариант с подвалом, а я пока не знаю…

– Кстати Николай Карлович, ты разобрался с тем, как функционирует система курьеров на случай, если мы вдруг захотели, чтобы это письмо продолжило движение в Вену?

– Конечно Иван Николаевич, как я уже говорил, скорость доставки они ставят во главу угла, поэтому главный в их системе не курьер, а мешок с письмами. В России фельдъегеря меняют коней в ямах, а здесь мешок переходит от одного курьера к другому и движется безостановочно. Шутка ли, время доставки по маршруту между Регенсбургом и Веной, оговоренное в контракте – всего пятнадцать часов. Для этого у каждого курьера есть специальная карточка, где отмечается время получения и передачи груза, – взглянул он на большие напольные часы, – меньше, чем через пять часов письмо попало бы в руки графа Кауница!

– Даа…, система отлажена на загляденье, – вздохнул я и задумался над тем, что же дальше предпринять, – Николай Карлович, а ты случайно не поинтересовался у курьера, предусмотрена ли у них услуга информирования отправителя о выполнении заказа?

– Прошу простить Иван Николаевич, не догадался, – покачал головой Вейсман, – так я сей момент уточню!

– Не спеши, позже спросишь, – остановил я его взмахом руки и показал на кресло у стола, – присядь Николай Карлович, в этом деле нам спешить уже без надобности, основную задачу мы выполнили – предателя раскрыли, распространение информации о моём выезде в Вену пресекли, а узнает «Янус» о том, что курьер не добрался до адресата, невелика потеря, мало ли, что в дороге могло случиться, через неделю об этой канители вообще никто не вспомнит… Сейчас у тебя будет задание посерьезней, должен же кто-то возглавить императорскую почту вместо «Таксиста», поэтому я назначаю тебя министром связи и информации империи!

Опешивший от неожиданности Вейсман заерзал на краешке кресла и в недоумении развел руками:

– А как же ваша безопасность Иван Николаевич!

– Как-нибудь разберемся, – махнул я рукой, – что-то мне подсказывает, что шпионские игры в ближайшее время закончатся и всё станет намного проще и прозаичнее, а вот у тебя задача будет посложнее – нужно сделать так, чтобы мы захватили контроль над предприятием «Таксиста», не дав прежним хозяевам возможности его развалить или помешать нормальной работе – это архиважная задача и большой аванс для тебя Николай Карлович. Тебе предстоит возглавить предприятие с тремя десятками тысяч сотрудников, с немалым количеством недвижимости и земли, приносившее своим прежним хозяевам колоссальные прибыли, и сделать так, чтобы весь этот огромный и хорошо отлаженный механизм заработал без сбоев в наших интересах!

– Вы считаете я справлюсь? – вздохнув, с сомнением в голосе спросил Вейсман.

– Не сомневаюсь, ведь, как у нас говорят в народе – «глаза боятся, а руки делают», а ещё в том мире существуют особые войска, называющиеся «воздушно-десантными», девизом которых являются слова «никто, кроме нас», вот и ты не сомневайся в своих способностях, а теперь слушай план твоего внедрения…

Не знаю, может быть, я и перестраховывался, и всё можно было организовать просто административными методами, однако полагаться на авось не собирался и решил зайти «в бизнес» вначале по-тихому. Для этого Вейсману предстояло любыми доступными способами раскрутить «Таксиста» на общение (всё равно его придётся сливать) и выяснить всю возможную информацию о внутренней структуре и работе компании. После этого будет состряпана бумага за подписью «Таксиста» (его печать тоже у нас) о назначении барона фон Вейсмана местным аналогом генерального директора. Ну а дальше уже дело техники. Николай Карлович в течение небольшого периода времени войдёт в курс дела, сменит потихоньку первый эшелон управленческого звена (с кем-то возможно даже произойдёт несчастный случай на охоте или кирпич на голову упадёт) и вуаля – можно проводить ребрендинг и смену собственника, а основному персоналу на эти барские разборки всё равно будет наплевать. Главное, чтобы работа сохранилась и жалование не снизилось.

***

Отпустив Вейсмана, которому теперь предстояло перейти к самостоятельным действиям, я дал команду приготовиться, чтобы к полудню начать движение на Вену, а сам сел писать письмо фон Цитену про Ганновер, ставший Нижней Саксонией, и его, точнее её, нового курфюрста.

В целом, задача для него не выглядела архисложной. В ходе последней войны, Ганновер, под патронажем англичан, являлся союзником Пруссии, а кроме этого, ввиду небольших размеров армии курфюршества, множество брауншвейгских офицеров традиционно отправлялись делать военную карьеру в армию своего воинственного соседа. Поэтому, я не собирался учить фельдмаршала, как ему взаимодействовать со своими старыми боевыми товарищами, а просто сформулировал конечную цель – обеспечить бескровный приход к формальной власти нового курфюрста, с полным контролем за его телодвижениями и сохранением в наших руках управления ганноверской армией.

Кроме того, понимая, что с двуликим «Янусом» нам не по пути, нужно было заблаговременно позаботиться о его смене и здесь мне пришёл на память один из давних разговоров с Румянцевым. В ходе которого фельдмаршал обмолвился о том, что в битве при Унгенах в числе особо отличившихся офицеров оказался один молодой бригадир из брауншвейгцев. Я даже по неизвестной мне причине запомнил его имя – Вильгельм Адольф Брауншвейг-Вольфенбюттельский, хотя подобная история в реалиях этого времени являлась абсолютно заурядной. Младший сын герцога, не имеющий ни малейшего шанса на наследство, отправляется добровольцем в какую-нибудь много и часто воюющую армию, дабы стяжать там славу и почет. По словам Румянцева, этот прекрасно образованный и скромный молодой человек показал себя в сражении выше всяких похвал, чем заслужил от командующего не только порцию теплых слов в свой адрес, но и честь быть упомянутым в победной реляции, направленной в адрес императрицы Екатерины Алексеевны.

Естественно, сейчас я понятия не имел о судьбе и местонахождении Вильгельма Адольфа, поэтому озадачил на этот счет и фон Цитена, и Румянцева, ведь был шанс, что он вновь находился в составе русской армии.

Закончив к полудню раздавать крайние распоряжения, я попрощался с Луизой Ульрикой, которая также вскорости покинет Треммельхаузен, отправившись домой в Берлин, и продолжил своё нескончаемое путешествие по городам и весям – готовься к встрече музыкальная столица Европы!

Глава 4

Движение в направлении австрийской столицы мы начали почти точно в назначенное время, однако назвать эту бешенную гонку путешествием, можно было только с огромной натяжкой.

Беспрепятственно выпуская вчера австрийских гусар из Регенсбурга, я решал сиюминутную задачу, желая спокойно разрулить все вопросы на Совете курфюрстов и обойтись без сражения на улицах города – своей цели я добился. Однако, выйдя за пределы города, гусарский полк, что совершенно неудивительно, не растворился бесследно на просторах баварской земли и не телепортировался в свой пункт постоянной дислокации, а присоединился к своим коллегам кирасирам и встал неподалёку от них лагерем. Это ведь только в компьютерной игре достаточно показать юнитам объект атаки на карте, и они примутся без устали двигаться в его направлении, беспрекословно выполняя волю геймера, а в реальной жизни всё совершенно по-другому – здесь людям и лошадкам требуются вода, еда и отдых. И если человек, особенно военный, скотина достаточно непривередливая, то лошадки без хорошего овса и продолжительного отдыха не желают и не могут возить на своём горбу дополнительный груз в виде этих самых неугомонных человеков.

С утра полковые фуражиры австрийцев занялись своей работой, в чём мои разведчики, контролирующие лагерь условного противника, препятствий им не чинили, а перед нами встал вопрос – как действовать дальше? Лагерь кавалеристов стоял у дороги на Вену и обходить его стороной, по лесам и буеракам, рискуя переломать лошадям ноги, а себе головы, представлялось мне не самым лучшим решением. С другой стороны, эта проблема превращалась для нас в окно возможностей, ведь в отсутствии двух придворных полков, австрийская столица оставалась практически беззащитной, оставалось только оказаться на месте раньше них.

Бойцы из группы Вейсмана, недавно поучаствовавшие вместе с ним в австрийской командировке, подтвердили мои выводы, сделанные на основе изучения карты. Основная дорога в Австрию шла вдоль южного берега Дуная и километрах в семидесяти от Регенсбурга пересекалась с одним из его притоков, рекой Изар, с которой я сам познакомился во время командировки в Мюнхен. Река не самая крупная, но достаточно глубокая и полноводная, поэтому обязательно станет препятствием при отсутствии моста. А вот мост в округе имелся только один – в городке Планнинг, недалеко от места впадения Изара в Дунай и это был наш шанс.