Вячеслав Киселев – Империя будет жить. Бахмут (страница 6)

Я в отличии от Гнома пока переодеваться не стал, оставшись в мультикаме14[14] и бронике, только накинул на себя не то халат, не то кафтан из местных запасов и головной убор главаря. Шапкозакидательские настроения у меня отсутствовали, поскольку этот мир еще более далек от «Эры милосердия»15[15], чем тот, из которого пришли мы. Здесь отправку людей в мир иной не требуется прикрывать словами о борьбе за «демократические ценности», а свинцовой пуле калибром миллиметров пятнадцать абсолютно наплевать кто ты такой – спецназовец или крестьянин.

***

Время в делах пролетело незаметно и вскоре от входа в пещеру послышались голоса, а через пару минут показался Архип, за которым двигались четыре человека, как говорил почтальон Печкин, «гражданской наружности». Расклад сразу стал предельно понятен: четыре человека – восемь пистолетов – восемь пуль – восемь гопников. Посему, переглянувшись с Гномом, я миновал стадию «предварительных ласк» и прострелил из «Вала» колено первому. Дальше все прошло словно в пинг-понге, только остальных работали сразу наглушняк: Гном – второго, я – третьего, Гном – четвертого. Когда всё закончилось, первый ещё даже не начал орать.

Показав Гному на Чистого, я сразу же выдвинулся к выходу из пещеры. Обменявшись с Добрым на расстоянии безмолвными взглядами, я убедился, что снаружи тихо и вернулся назад в пещеру. К моему приходу Чистый уже обзавёлся кляпом во рту, жгутом на бедре и стяжкой на руках. Пистолеты остальных несостоявшихся убийц лежали у ног Гнома, а Архип, стянув с них хорошие яловые сапоги, деловито стаскивал тела в угол.

– Ну что Архип, да ты везунчик, дважды сегодня костлявую обманул, не собирались они вам серебро платить, они вам свинец приготовили! – показал я на четыре пары пистолетов.

– Спаси тебя Бог барин! – бросился Архип на колени и стал истово креститься.

Я в этот момент уже прокачивал ситуацию дальше, поскольку ничего ещё не закончилось – ну не могли четыре серьезных, солидных мужика прийти сюда из города на своих двоих. Значит где-то рядом остались еще люди с лошадьми, и этот вопрос нужно решать незамедлительно.

– Архип, ты в пещере за главного, возьми топор и присмотри за раненым, можно дать воды, если попросит культурно, а станет баловать приложи легонько обухом по второй ноге, только гляди не убей!

– Понял барин! – ответил с поклоном Архип и бросился за топором.

Выйдя из пещеры и вновь встретившись взглядом с Добрым, я знаками показал ему, что мы идем вниз, а ему следует перемещаться симметрично и прикрывать нас сверху. Добрый кивнул и исчез в зелени кустов, а я подумал, что нам с Гномом следует сыграть в игру «дядя, вас там зовут», поскольку дополнительный язык – целый и умеющий обращаться с лошадьми, нам сейчас совсем не помешает. Так и поступили. Гном двигался впереди, без огнестрела и с кинжалом за поясом, а я прикрывал его. Метров через двести тропинка вывела нас к небольшой полянке на дне оврага, окруженной со всех сторон густым кустарником, где мы обнаружили парочку мужиков с лошадьми в количестве шести штук. Коневоды вели себя совершенно расслабленно, дымили табачком и перебрасывались шуточками.

Дождавшись, когда я займу позицию за кустом у тропинки, Гном не таясь вышел на поляну и громко объявил, махнув рукой в сторону пещеры:

– Эй служивые, там барин одного кличет!

– На кой? – удивлённо поинтересовался первый конюх, стоявший ближе к Гному.

– То мне не ведомо, – невозмутимо пожал Гном плечами, войдя в роль, – твой барин, сам у него и поспрошай!

Конюхи переглянулись, и первый двинулся в след за Гномом на выход из полянки. Дальнейшее было делом техники – удар сзади по затылку, кляп и стяжки. Оставив его на попечение Гнома, я быстро вернулся к границе кустов и отработал второго в сердце из «Вала». Лошади привязаны, выстрел из «Вала», практически, бесшумный, поэтому никакой паники в (уже нашем) мини-табуне не случилось. Поставив Гному и выбравшемуся из засады Доброму задачу по конюху и лошадям, я не мешкая отправился обратно, чтобы завершить процесс дознания.

***

– Ну что, поговорим? – присел я рядом с Чистым и вынул кляп из его рта…

Запел он практически сразу. Видимо, произошедшая смена ролей и ранение стали для него сильнейшим шоком, да и перевязка колена, вероятно, зародила в нем мысль, что всё обойдется и получится договориться. Ну не будут же люди тратить столько усилий, ради человека, которого собираются отправить на тот свет. Наивный.

Беседа с Чистым, он же Арсений Петрович Козодавлев, открыла множество белых пятен на моей картине этого мира. Разобрались и с его боссом и его темными делишками, и с устройством местной власти, а также Бахмутским гусарским полком, денежной системой, титулованием дворян и многим другим. Мой командирский блокнот стремительно насытился просто огромным массивом информации, только отсутствие диктофона немного расстраивало. Поскольку информация о делах его босса, он же городской голова титулярный советник Иван Иванович Лепехин, тянула, как минимум, на каторгу. Тут тебе и махинации с казенной солью, добываемой в окрестностях Бахмута, и сбор с местных купцов дани за возможность торговать и устрашение строптивых путем поджогов лавок. А, на закуску, устранение купца второй гильдии Павлова, который пригрозил потерявшему берега Лепехину пожаловаться на него генерал-губернатору. Такая вот местечковая смычка коррумпированной власти и организованной преступности.

Я, конечно, понимал, что ничего сделать с Лепехиным мы не сможем, по крайней мере, пока. Доказательств нет, исполнители убийства купца уже остыли, посредник скоро к ним присоединится. Лепехин уважаемый городской голова, а мы непонятные приезжие граждане, которые знать всего этого не могут в принципе. Ну да ладно, информация лишней не бывает, возможно, когда-нибудь да пригодится.

***

Вскоре в пещеру вернулся Добрый, доложивший о выполнении задачи (с лошадками контакт более-менее наладили, конюхов прикопали), и мы проговорили легенду. Барон фон Штоффельн с секретарем Прохором Емельяновым и денщиком, роль которого досталась Архипу, следовал из города Камышина в Бахмутский гусарский полк на службу. В пути мы немного заплутали и на землях Войска Донского наняли казачка, то есть Гнома, в провожатые.

В рекомендательном письме барон упоминался только по фамилии, поэтому имя и отчество я оставил свои. Обрусевшие немцы, насколько я помнил, во втором, третьем поколении уже поголовно носили русские имена, а значит барон Иван Николаевич фон Штоффельн никаких подозрений не вызовет. У Доброго вариантов не оставалось – имя указано в подорожной, а Гном решил взять себе имя Степан. Чем проще, тем лучше, у него все равно личина временная, хотя жизненный опыт говорил о том, что нет ничего более постоянного, чем временное…

Средствами передвижения (стараниями Чистого) мы тоже оказались обеспечены и даже с запасом. Естественно, в Бахмуте трофейных лошадей сразу срисуют, только нам туда и не нужно – нам нужно в полк, штаб которого вместе с первой ротой находится в тридцати километрах севернее, в селе Серебрянка на берегу Северского Донца. Гном ещё утром, расспросив у Архипа про местную систему мер, быстро произвел вычисления и порадовал нас почти полной идентичностью версты километру – теперь не запутаемся.

Учитывая, что наездники из нас никакие, путешествие предстоит небыстрое, к тому же после первого дня, проведенного в седле, походка у нас станет, мягко скажем, не совсем приличная. Поэтому обязательно требовалось время на адаптацию. Хорошо бы, конечно, остаться в пещере, хотя бы на недельку, поездить отсюда в небольшие конные походы, чтобы пятая точка пообтерлась немного, но здесь существовала опасность нарваться на местных.

Потому план вырисовывался довольно простой: быстро готовимся, минируем завал, маскируем вход в пещеру и уходим ночными переходами на северо-восток до Северского Донца, примерно в район Лисичанска из того мира. Далее поворачиваем на запад и идем вдоль реки до Серебрянки – и не заблудимся, и адаптируемся, и на легенду поработаем.

Проскакивала поначалу мысль остаться в пещере еще на сутки: отдохнуть и выйти завтрашним вечером, торопиться-то нам некуда. Однако Гном, вынужденно ставший специалистом-лошадником, быстро разочаровал нас – лошадь, она ведь не человек, ухода требует, и здесь у нас намечались проблемы. Немного овса при лошадях нашлось (на пару перекусов), зато с водой дело обстояло совсем печально. Разбойники брали воду из родника в противоположной стороне оврага, однако лошадей туда через густые заросли не проведешь, а из емкостей имелись только бутылки и пара фляг, оставшихся от барона и его спутника. Посему выходим сегодня в ночь.

***

Остаток дня прошел в трудах праведных. Архип трудился землекопом, прикапывая на дне оврага бывших напарников и команду Чистого, а мы начали вживаться в образы. С горем пополам я и Добрый смогли собрать из всего вороха трофеев четыре комплекта подошедшей по размеру одежды без больших дыр и с минимумом крови, и отдали её в хозяйственные руки моего денщика. Архип заштопал прорехи и застирал пятна крови в роднике, и там же, по моему указанию, вымылся. После этого Гном ножиком немного привел растительность на голове и лице Архипа в порядок.