Вячеслав Киселев – Империя будет жить-3. Северный Альянс (страница 2)

– Благодарю Ваше Высочество, вы очень понятно объяснили ваши мотивы, они вызывают искреннее уважение! – опешил я от логичности ее мыслей и выверенности формулировок, на первый взгляд несовместимых с ее эффектной внешностью.

А девочка то непростая, как бы мне потом не повторить судьбу Петра Третьего. Посмотрит на свою кузину Фике и подумает – ей можно, а мне почему нельзя? Ладно, война маневр подскажет. Мы еще не на троне, чтобы бояться несчастного случая.

– Благодарю Ваше Величество, – обратился я к Екатерине, – я получил исчерпывающий ответ!

– Danke, Cousin. Вitte lass uns allein. Graf und ich müssen noch ein paar Fragen zur nationalen Politik besprechen. Wir treffen uns zum Mittagessen! – обратилась Екатерина к принцессе на немецком.

(Спасибо, кузина. Пожалуйста, оставь нас одних. Нам с графом нужно обсудить еще несколько вопросов, касающихся национальной политики. Мы встретимся за обедом!)

София встала с дивана, сделала книксен императрице и вышла из кабинета, бросив на меня мимоходом пронзительный взгляд. Знает чертовка, какое впечатление производит на мужчин. Надо что-то с собой делать, подумал я, а то при каждом взгляде на нее начинаю дымиться, словно пятнадцатилетний подросток, заглянувший в декольте своей, уже сформировавшейся, одноклассницы. Да и с немецким нужно активнее разбираться. Я еще в Галиции начал с помощью Вейсмана постигать его азы, но теперь обучение нужно форсировать.

***

– Ну что Иван Николаевич, – с улыбкой повернулась ко мне Екатерина, когда дверь за Софией закрылась, – хороша кобылка, с норовом. С ней надо держать ухо востро!

– С вами не поспоришь Ваше Величество, – чуть не поперхнулся я от подобной характеристики из уст императрицы, – не только хороша, но и, видимо, умна!

– Отрадно, что вы это понимаете. После восхождения на престол возможны разные варианты, ведь, как ни крути, она у себя на родине – чистокровная шведская принцесса, а вы чужак и вам придется приложить немало усилий, чтобы в ваших руках оказалась реальная власть! – покачала головой Екатерина.

– А что дальше? Это ведь не конечная цель?

– Естественно, – подошла Екатерина к глобусу, – как все сложится на самом деле одному Богу известно, однако мысли у меня имеются. Кстати, чтобы стать королем Швеции вам придется принять лютеранство!

– Надо, значит надо, – встал я рядом с ней, – это же не ислам или иудаизм, в одного Бога верим, да и временно всё это. Главное, что они от Рима откололись!

– Вот и ладно, – кивнула она и показала на Скандинавию, – шведы давно облизываются на Норвегию, принадлежащую Дании, нашему давнему союзнику. Мой сын Павел Петрович – герцог Гольштейн-Готторпский, как, впрочем, и ваша невеста – принцесса не только Шведская, но и Гольштейн-Готторпская, а земли Шлезвиг-Гольштейна примыкают к Дании с юга и весьма интересны датчанам. У Швеции, в свою очередь, сохранились земли в Померании и остров Рюген. Датчанам можно предложить обмен – они отдают шведам северную часть Норвегии за Шведскую Померанию и отказ наследников от прав на земли в Шлезвиг-Гольштейне в пользу Дании!

– В чем же тогда интерес России? – удивился я.

– А вот когда король Швеции Иван Первый станет героем, присоединившим без войны вожделенную Норвегию, Россия и Швеция заключат унию и весь север Европы окажется под нашей рукой! – поставила эффектную точку Екатерина, сжав для наглядности кулачок.

Надо отдать ей должное, подумал я – план внушает. Конечно, с унией все понятно с первого взгляда, в союзе двух, таких неравных, стран, Россия неизбежно в итоге поглотит Швецию. Что в таком случае станет со шведскими правителями мне совершенно непонятно, но, думаю, этот вопрос пока на повестке дня не стоит. Как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Планы такого масштаба редко реализуются в точности, как задумано.

– А как же с моим происхождением Ваше Величество. Я, конечно, в династических вопросах не сведущ, но как-то не хочется быть откровенным самозванцем, они обычно плохо заканчивают! – засомневался я.

– Так вы и есть самозванец Иван Николаевич, – засмеялась Екатерина и взяла со стола какую-то бумагу, – зато вам исключительно повезло с беднягой фон Штоффельном. Мне доложили, что родных у него на этом свете не осталось, но об этом позже, а теперь слушайте историю. Курляндией с момента ее превращения из ландмейстерства Тевтонского ордена в герцогство правила династия Кетлеров. В 1730 году, когда Анна Иоанновна взошла на российский престол, герцогом Курляндии стал Фердинанд Кетлер, последний представитель династии по мужской линии. В этом же году он женился в Данциге на двадцатилетней Иоганне Магдалене, дочери герцога Саксен-Вейнсенфельского Иоганна Георга. Хоть курляндский ландтаг и признал старика Фердинанда герцогом, он по-прежнему жил в Данциге, где и умер через семь лет. Считается, что детей у пары не было и в 1760 году Иоганна Магдалена тихо скончалась в Дрездене, а последняя представительница рода Кетлеров – Амалия Луиза, скончалась десятью годами раньше. Как видите, никого из участников событий в живых не осталось, поэтому опровергнуть мою историю невозможно. Вот письмо князя Трубецкого, – показала она на бумагу у себя в руке, – в котором он докладывает императрице Анне о том, что в 1735 году у Иоганны Магдалены родился мальчик. Через пять дней после рождения, князь Трубецкой выкупил ребенка у кормилицы, подменив его телом другого, умершего ребенка, и привез мальчика в Россию, а далее все просто. Ребенка отдали на воспитание в семью остзейских немцев фон Штоффельнов, возраст у вас вполне соответствует. Так и появился на свете барон Иван Николаевич фон Штоффельн!

Вот это завернула, немного опешил я, и поинтересовался:

– Ваше Величество, так это письмо князя Трубецкого подлинное?

– А какая разница, – усмехнулась Екатерина, – умельцы Ивана Перфильевича такие бумаги делают, сам автор не отличит от подлинных. К тому же, как я говорила, никого из тех людей в живых уж нет, а документы об усыновлении Иван Перфильевич подготовит позже. Вот так-то – граф Иван Николаевич Кетлер-Крымский, будущий герцог Курляндии!

– Ваше Величество, разрешите еще один вопрос? – спросил я после небольшой паузы и получив одобрительный кивок продолжил. – Если в Курляндском герцогстве безвластие и вы вольны поменять там герцога по мановению руки, почему раньше этого не сделали?

– Баланс интересов, – снисходительно улыбнулась мне маэстро придворных интриг, – само по себе герцогство мало кому интересно, но как инструмент воздействия на оппонентов оно подходит идеально. Вассал Речи Посполитой, в котором герцога назначает российский государь и охраняет русская армия, но при согласии на это Берлина. И делать что-либо там, без дальнейшего интереса, выйдет себе дороже. Однако если рассматривать мой замысел, то можно и рискнуть. Поэтому запомните на будущее граф – баланс интересов, это священная корова европейской политики, но ради большого куска даже ее можно пустить под нож!

Интерлюдия "Если деньги есть, то их сразу нет"

Донбасс, село Луганское, около месяца назад

Врио генерального директора Донецкой горно-металлургической компании Ростислав Альбертович Чернов, он же просто «Гном», сидел в окружении кипы бумаг за рабочим столом сомкнув руки на голове и напряженно думал – где взять денег? Двести тысяч рублей, выданных в виде займа на организацию дела на Донбассе, подходили к концу, а впереди, только для того, чтобы производство вышло хотя бы на самоокупаемость, не говоря уже о прибыли, предстояла еще уйма работы.

Идея Викинга о том, что работникам нужно платить достойную по местным меркам зарплату, была неплоха – работали люди не за страх, а за совесть. Но, на начальном этапе это сжирало просто прорву денег, тогда, как прибыль работники еще не могли приносить по одной простой причине. Они занимались строительством этих самых предприятий, которые в итоге должны стать прибыльными. И это еще кроме затрат на стройматериалы и оборудование.

Таких темпов освоения земель в России, конечно, еще не видели. Кроме десяти тысяч крестьян, пожалованных Викингу, на Донбасс хлынуло огромное количество народа из окрестных земель, привлеченного, распространявшимися со скоростью лесного пожара, слухами о том, что здесь платят хорошие деньги, есть земля и судят по закону, а не по воле барина.

Георгий Райкович Депрерадович, ставший городским головой (пока не совсем законно), вместе со своей командой показали себя отличными управленцами и сумели организовать жизнь в городе, разраставшемся, как дрожжевое тесто, а многие богатые купцы, увидев с какой скоростью огромная стройка пожирает всевозможные товары и строительные материалы, основали здесь свои торговые представительства и в бюджет города начали поступать первые налоги.

Нет, конечно часть людей уже работала на восстановленных шахтах в окрестностях Лисичанска, добывая уголь, но этого было недостаточно. Коксовая батарея пока строилась, поэтому запустить Липецкие заводы было еще невозможно, а первые поставки угля в Тулу, на оружейный завод, пойдут в оплату за две паровых машины, закупленных там. По прикидкам Гнома, требовалось еще, как минимум, тысяч пятьдесят-шестьдесят рублей, чтобы нормально пережить зиму, закончить возведение основных производственных объектов и в следующем году начать уже зарабатывать деньги.