Вячеслав Киселев – Ход конем. Том 2 (страница 18)

– Зачем, насильно мил не будешь. Поэтому нарушать чистоту эксперимента не нужно. Угрозы от него никакой нет, если сбежит, будет неприятно, но информацией мы и без него сможем воспользоваться. А вот когда он сделает всё сам и завтра вернётся, это уже совершенно другое дело. Но тебе в любом случае придется отправляться в Белград, с ним или без него. Детали операции обсудим позже, а пока подбери с десяток сербов для этого дела!

***

Ждать завтрашнего дня я не стал и отправился в «Орлиное гнездо» в этот же вечер, как только закончил все дела в Тронном зале. Мне, конечно, не привыкать даже к совсем уж экзотическим местам для ночевки, но дворцовые интерьеры почему-то сильно раздражали.

Мои мысли по поводу Милицы оказались верны и утром в резиденцию привели хромающего босоного парня в рубище на голое тело и с православным крестом на груди, заявившегося во дворец, как только рассвело. Поручив его заботам своих бойцов и отправив группу для проверки в греческий квартал Фанар, где, по словам парня, он заново крестился, я принялся планировать операцию «Белград».

Сама по себе задача архисложной не выглядела. Добраться до места, связаться через семью Шевича с местными сербскими боссами и передать им мое императорское послание, в котором я провозглашаю создание Великого княжества Сербского и дарую титул Великого князя Георгию Депрерадовичу, нынешнему губернатору Донецкой губернии, который вскорости прибудет на родину с войсками, а им поручаю в ожидании прибытия законного правителя организовать защиту сербских территорий своими силами. В том, что Депрерадович согласится, я не сомневался, не тот это человек, чтобы проигнорировать такие судьбоносные события.

А вот с «добраться до места», могли возникнуть сложности. Немногим меньше тысячи верст по незнакомой и, большей частью, враждебной территории, это тебе не кот начхал. Здесь была надежда только на скрытность перемещения и на Лиса, который по праву слыл одним из лучших разведчиков в полку, чувствуя себя в горах и в лесу, как рыба в воде. Поэтому и численность группы будет небольшая, всего дюжина человек вместе с Милицей. Ну а первую часть пути, по открытой местности, группа проделает вместе с войсками фон Клаузевица, направляющимися для захвата Адрианополя.

Закончив подготовку плана и своего послания, которое я собирался ещё показать Обрезкову для приведения его в надлежащий вид (все же стиль моего письма был далёк от идеала), я отправился на плавучий госпиталь, пока его ещё не начали передислоцировать во дворец. Там я собирался посмотреть, как содержатся раненые, подбодрить их, вручить заслуженные награды и переговорить с бароном Ленцем. Судя по имеющейся у меня информации, барон получил тяжелое ранение и ему пришлось ампутировать левую руку. На Мальте он мне помог, поэтому я не мог не отплатить ему той же монетой и хотел предложить какую-нибудь административную должность в правительстве наместника.

Увиденное в госпитале меня порадовало, все же уровень орденской медицины, был на голову выше, чем в среднем по Европе. Как и мой визит, вкупе с наградами, не оставил равнодушным раненых бойцов и, конечно, Фридриха, который с радостью отменил планы по возвращению домой, без сомнений согласившись присоединиться к командору после выздоровления.

Вернувшись в резиденцию, я решил разобраться наконец с семьей бывшего султана или, если точнее, с её мужской частью, потому, как по женской, я уже все решения принял. Гарем, по умолчанию, оказался в компетенции наместника, пусть сам с ним и разбирается, а законных жен (или уже вдов) султана с дочками я решил забрать с собой в Крым и перепоручить их заботам бывшего хана, а сейчас губернатора Таврии Николая Гирей-Херсонесского. Думаю, что там им будет неплохо. А вот с пацаном, как мужчиной и наследником престола, я должен был закрыть вопрос лично.

***

– Селим, сейчас тебе придется принять решение, как совершенно взрослому человеку, но сначала я хочу узнать, ты любишь сказки? – начал я разговор, когда проинструктированный бывший наследник вместе с Обрезковым, который опять помогал мне в качестве переводчика, оказался в моем кабинете.

– Да Ваше Величество! – прозвучал от пацана вполне предсказуемый ответ.

– Хорошо Селим, тогда ты должен быть знаком с сюжетом, когда перед героем предстают три двери, из которых он должен выбрать одну. Сейчас ты в такой сказке и выйдешь отсюда в одну из таких дверей, возврата из которой нет. Поэтому не торопись, возможности изменить решение, от которого будет зависеть вся твоя последующая жизнь, не будет. Если тебе окажется что-то непонятно в предложенных мной вариантах, лучше спроси, я объясню ещё раз. Ну и, естественно, у тебя нет права отказаться от выбора и сам понимаешь, среди вариантов не будет такого, где я просто отпускаю тебя на все четыре стороны. Готов? – ободряюще улыбнувшись, посмотрел я на него, хотя собирался предложить ребенку вещи, за которые меня в прошлом мире детские правозащитники расстреляли бы, а потом повесили и напоследок утопили.

– Готов Ваше Величество! – сжав кулаки, решительно произнёс он.

– Молодец, мне нравится твой настрой. Итак, я император, ты наследник престола, поэтому в первой двери тебе будет дано право вызвать меня на смертельный поединок. Победишь меня и будешь свободен, как ветер, никто тебя не тронет, слово императора. Это может показаться насмешкой с моей стороны, но это совершенно не так. Перед боем каждый имеет шанс на победу, а ты, насколько я знаю, довольно неплохо обращаешься с холодным оружием. Во второй двери тихая спокойная жизнь, например, садовника в моей резиденции. Останешься в своей вере, будешь потихоньку ковыряться в земле, подстригать розы и ни в чем не нуждаться, потом женишься, но под присмотром. И, наконец, в третьей двери тоже возможность служить мне, но только так, как служат настоящие мужчины. Это возможность стать воином, полководцем или адмиралом, но для этого тебе придётся перейти в мою веру и сменить имя. Думай, выбирай. Времени тебе десять минут!

– Ваше Величество, у меня вопрос. Что с моим отцом, вы его убили? – сразу воспользовался он своим правом.

– Интересный вопрос Селим. Я завоевал три королевства, два острова, и одну империю, но до сих пор не убил ни одного человека королевских кровей. Раньше в этом не было необходимости, а в этот раз, когда я точно собирался убить султана, он пропал из дворца перед самым нападением. Покинуть город он точно не мог, поэтому вполне возможно, что стал случайной жертвой уличных боев. Не возьмусь судить каким он был отцом для тебя, правителям сложно уделять много времени своим детям, знаю по себе, но как с отца и защитника своего народа я бы с него пример не взял. Вот так! – развел я руками.

Парень наморщил лоб, услышав мой ответ, подумал ещё секунд двадцать и произнёс:

– Мой наставник Энвер-ходжа учил меня, что не стоит открывать дверь, которую ты не в силах закрыть. Это ведь вы убили Махмуд-бея на поединке голыми руками. Сулейман-паша рассказывал эту историю, которая произошла на его глазах. Значит выбрать первую дверь, будет глупостью, а не доблестью с моей стороны. Цветы мне безразличны, поэтому я выбираю третью дверь, только вы должны научить меня также убивать без оружия!

Вот так пацан! Охренел я не от его выбора, а от чёткости его логики. Да ещё и выставил в конце условие, будто это я его уговариваю здесь перейти к себе на службу. Такому палец в рот не клади, сразу отхватит по локоть.

– Я принимаю твой выбор. С этого момента Селима, сына Мустафы не существует. Завтра ты будешь крещен, а через неделю отправишься на Мальту в кадетский корпус, обучаться морскому и военному делу. Ну а право обучаться у меня искусству рукопашного боя, нужно будет заслужить учебой в корпусе. Вернемся к этому вопросу через пару лет. Есть ещё пожелания?

– Я бы хотел увидеть свою мать и сестру, если это возможно Ваше Величество?

– Конечно, через несколько дней они тоже отправятся в путь вместе со мной. Мы направляемся в Крым. Там они останутся при дворе бывшего хана Девлет-Гирея, он позаботится о них. Ты сможешь увидеться с ними перед отплытием, а по окончании учебы приедешь к ним в гости!

***

В том мире, адмиралу Колчаку частенько приписывали фразу про то, что наводя порядок в захваченном городе, не стоит трогать проституток, артистов и кучеров, которые служат любой власти. Его это слова или нет, доподлинно не известно, но сам он точно оказался политической проституткой, официально перейдя в конце 1917 года на службу британскому правительству, а затем усердно выполняя приказы лондонских хозяев на посту «Верховного правителя России». Что впоследствии было метко изображено народным творчеством в виде частушки про него – «Мундир английский, Погон российский, Табак японский, Правитель Омский». Но суть не в этом, а в том, что характеристика про службу любой власти, прекрасно подходит и мелким чиновникам, которые на мой взгляд даже более живучие существа. Примерно на одном уровне с домашними тараканами, которые, как общеизвестно, одни переживут ядерную войну. Воистину, императоры приходят и уходят, а чиновники остаются.

Через пять дней после захвата города, эти парни в серых одеждах возобновили, как ни в чём не бывало, свою работу, принявшись со всем усердием переписывать законы старой империи. Заставив и меня зарыться в гору бумаг, став приложением к перу, утверждающему документы. Хотя ничего нового, особенно в экономике, мы сразу придумывать не стали, сохранив основную часть прежних законов. Только доработав их с учетом упразднения шариата и изменений в положении общин, и переиздав на трех языках: русском, французском и турецком. Русская версия для меня и в качестве эталона, французская для наместника и его команды, а турецкая для всех остальных. Искусственный османский язык, которым владели только чиновники, я сразу же запретил и распорядился начать внедрение во все сферы жизни и образования русского языка, как языка межнационального общения.