Вячеслав Киселев – Бахмут (страница 30)

Ближе к полудню наш отряд начал движение к Белой мечети и хан, двигавшийся вместе с нами в голове колонны завел со мной разговор, задав вопрос, ранее заданный мне Потемкиным.

— Иван Николаевич, при первой нашей встрече ты собирался всех татар уничтожить или продать в рабство, а меня на цепь посадить — сделал бы так?

— А сам как думаешь, хан? — ответил я вопросом, на вопрос.

— Долго думал я, и уверен — воин ты, а не работорговец, в бою врага не жалеешь, но детей и стариков не тронул бы! — глядя мне в глаза, рубанул хан.

— Допустим так, тогда почему ты предложил перейти в подданство российское, если уверен, что твоему народу ничего не грозило?

— Да потому, как прав ты Иван Николаевич, кругом прав, ну кроме отравления дяди, не моих это рук дело, слышал я, что великий визирь к этому причастен, — нет у нас власти на своей земле, турецкие гарнизоны на Перекопе, в Гезлеве и Кафе, торговля у турецких купцов, корабли турецкие, пушки турецкие, а мы нужны только орду собрать, когда султану требуется! И участь Казани нас не минует — нам без набегов не выжить, а значит русский царь, рано или поздно, придет спросить с нас за это, как уже приходил, только это может быть последний раз! Зачем же оттягивать неизбежное, сам я, конечно, не решился бы на это, сложно решиться поменять всю свою жизнь — это как жалеешь старый ветхий дом, построенный твоим дедом, не решаешься его тронуть, а потом проносится ураган, ломает его и ты начинаешь строить новый. Так вот, ты и есть этот ураган!

— Спасибо за честный ответ хан, это и правда было неизбежно, думаю, что мы еще побеседуем с тобой на эту тему, а сейчас просвети по поводу Гезлева, что нас там ожидает?

Из рассказа хана стало ясно, что афера с захватом турецких судов в порту, поначалу зародившаяся у меня в голове, вряд ли имеет шансы на успех. Городская крепость изначально была «заточена» на противодесантную оборону, так как порт периодически пытались грабить запорожцы, выходящие на своих судах из дельты Днепра, следовательно, пытаться захватить суда, находящиеся на стоянке в порту, под огнем крепостных батарей было форменным самоубийством. В свою очередь, штурм крепости приведет к уходу судов из порта, да и штурмовать крепость большого желания не было, артиллерия у нас полевая, а не осадная, против крепости почти бесполезная, а гробить людей в лобовых штурмах мы не собирались, как говориться — «куда не кинь везде клин». Думать надо!

Итак, если абстрагироваться от нашего рейда и посмотреть на картину в целом — что мы имеем? Россия и Турция противостоят друг другу в регионе северного причерноморья. Сравнение сил, участвующих в войне, сразу выявляет элемент, отсутствующий у нас «как класс» — флот. Балтийская эскадра, направленная к греческим островам — это, конечно, хорошо, но очень мало. Значит, если мы не можем быстро обзавестись своим флотом на Черном море, то, для восстановления баланса, следует и у турок эту фигуру убрать с доски, то есть уничтожить или нанести им неприемлемые потери и заставить покинуть театр военных действий. А чем мы можем нанести потери флоту противника, при отсутствии у нас авиации и подводных лодок? Правильно, только огнем с берега, а значит нужно заставить противника подойти в нужное нам место и время к берегу и нанести ему неожиданный удар. Уже похоже на план!

На четвертый день пути впереди показались предгорья и я понял, как за этот месяц мне надоели степь, жара и пыль, и как мне хочется занырнуть в море. Соединившись на следующий день с отрядом Енген-баши, расположившемся лагерем на берегу Салгира, недалеко от перекрестка дорог на Белую мечеть и Козлов, собрали военный совет.

Начал совет, естественно, Потемкин, — Господа, отличные новости, утром прибыла депеша от его высокопревосходительства генерал-аншефа Румянцева. Вторая армия находится уже в 50 верстах от Перекопа, в дельте Днепра. Узнав, что ключи от Крыма в наших руках, он решил форсированным маршем двинуть четыре пехотных полка и тысячу казаков нам в подкрепление! Я уже отправил депешу полковнику Ласси о встрече подкрепления и смене его полка в гарнизоне крепости на пехотный полк. Прибытие полков следует ожидать через 7–8 дней. Прошу высказывать предложения по поводу дальнейших действий!

Я попросил слова, подошел к карте, лежащей на столе и начал размышлять в слух, — Господа, если исходить из того, что Крым уже наша территория, то требуется в первую очередь очистить его от турецких гарнизонов в Козлове и Кафе, и в последующем не допустить высадки турецких десантов, как единственного способа попасть в Крым. Противодействовать турецкому десанту можно перекрыв все наиболее опасные направления, их, в целом, не так много. Высаживаться на мысе Тархан Кут и на северном побережье бессмысленно, далеко от населенных пунктов, голая степь, нет воды, далее на юг, вдоль западного побережья удобное место для высадки десанта от Козлова до устья реки Альмы — можно сразу атаковать Бахчисарай и Белую мечеть, потом начинаются горы, перекрывающие все южное побережье. Следующим удобным местом является Кафа, ну и крепость Ени-кале, где можно переправиться из Тамани. Мест не так много, господа, но и войск у нас мало, только занять крепости — преимущество атакующего заключается в выборе места и времени атаки, мы просто не успеем перебросить полки на нужное направление!

Я сделал паузу и продолжил, — Но, возможно предотвратить высадку десанта лишив противника флота, или хотя бы его части, при этом породив у него боязнь подходить к берегам Крыма!

— Как же такое провернуть, коли у нас флота нет? — спросил Кутейников, — А под крепостные пушки турки вставать не будут, отойдут в другое место, как вы и сказали — выберут сами место и время атаки!

— Согласен господин полковник! — продолжил я, — Но у нас есть фейерверки с дальностью огня до полутора верст, а никто не ожидает получить удар с такой дальности! Нужно только заставить турок подвести эскадру к берегу, там, где будут их ждать фейерверки.

— Мысль дельная господин барон! — вступил в разговор Потемкин, — Значит нужно закинуть туркам наживку, как и в случае с ханом!

— Совершенно верно ваше сиятельство! — ответил я, — Есть у меня идея для наживки — Русская азовская флотилия атакующая порт Кафы!

Потемкин, на лету, подхватил мысль, — Великолепно! Если у нас нет флота, то нам следует его придумать! Но как турки о нем узнают?

— Детального плана у меня пока нет господа, только общее направление — осадим Козлов, предъявим коменданту крепости ультиматум и предложим туркам уйти с оружием на кораблях, думаю от такого подарка он не откажется, только, как сведения об атаке на Кафу к нему попадут пока не знаю, увы! — закончил я свои размышления.

— Ну что ж, время пока терпит господа, можно еще над планом поразмыслить! — закончил совет Потемкин.

Глава 25

Гезлев (Козлов)

Через два дня под вечер в лагерь прибыл Саадет с докладом о готовности к проведению Дивана. Я как раз заканчивал написание «Наставления по разведке». Еще в прошлом году, после решения первоочередных проблем по организации жизни в этом мире, я поставил себе и своим товарищам глобальную задачу — перенести на бумагу максимум знаний, полученных в прошлой жизни. Вначале так, как получится — адаптировать и редактировать будем после, главное знания не потерять! Поэтому, практически в любой обстановке мы взяли за правило — ни дня без строчки, вспомнил — запиши. Больше всех, естественно, придется потрудиться Гному — на нем точные науки: физика, высшая математика, термех и за ними еще длиннющий список предметов, который Гном составил сам. На мне военные науки, а на Добром методички по стрельбе, рукопашному бою и другим способам умерщвления себе подобных.

После доклада Саадета Потемкин собрал нас с ханом в своей палатке обсудить тактику проведения завтрашнего заседания.

— Какие будут мысли по завтрашнему заседанию Девлет-бей? — спросил Потемкин хана.

— Думаю не стоит сразу требовать от беев безоговорочного согласия, чтобы не получить отторжения, как я уже говорил, согласия среди них нет, нужно донести до них преимущества моего решения и дать им это обдумать, все взвесить — спешка может только навредить, Григорий Александрович! — задумчиво ответил хан.

— Да, Григорий Александрович, поддержу хана! — вставил я свои «пять копеек», — Нам нужно показать беям свою силу и способность защитить Крым, а после подхода полков, взятия Козлова и, дай бог, претворения в жизнь нашего плана, у нас появятся козыри!

— Могу я узнать про сей план Иван Николаевич? — спросил хан.

— Хорошо Девлет-бей, давайте придерживаться такой позиции, а касательно плана, думаю, после Дивана еще раз все обсудим в вашем присутствии, может и вы что-нибудь предложите! — закончил совещание Потемкин, обращаясь к хану на вы. Все же воспитание не позволяло Потемкину, так как мне, обращаться к Девлет-Гирею на ты.

Заседание Дивана, в отличии от незадавшихся переговоров с Шахбазом, прошло без эксцессов. Девлет-Гирей, как нам рассказал потом Потемкин, грамотно изложил сложившуюся обстановку, привел множество аргументов в пользу своего решения и сказал беям пока обдумать сказанные слова, а как только подойдут наши войска и мы завершим взятие Крыма под контроль, он соберет их вновь.