Вячеслав Калинин – Три жизни (страница 17)

Я занял одно из свободных мест за столом, вокруг которого стояло около двадцати стульев. Парниша со Скерычем были неподалёку. Слева от меня сидела какая-то толстуха лет двадцати пяти, а справа – паренёк азиатско-кавказской внешности. Года на четыре старше меня. Он повернулся ко мне (опять улыбка), протянул руку и тихо назвал своё имя:

– Аслан.

– Слава.

– Ты здесь первый раз?

– Да, заметно?

– Просто никогда тебя не видел до этого.

– А ты давно здесь?

– Давно… – задумчиво ответил Аслан. – С момента основания.

– Основания? Основания чего?

– Погоди, вон ведущий начинает.

И он действительно начал:

– Всем ещё раз привет! Первый раз, кого не видел, второй раз, кого видел…

Рассказывать подробно про довольно тривиальную партию в «Мафию» у меня лично нет желания. Уверен, у вас, в свою очередь, нет желания про неё читать. Вы, возможно, в принципе, не хотите читать эту историю, не говоря уже про какую-то игру. Правила были стандартные – мирные жители, комиссар, доктор, проститутка, ещё кто-то и, собственно, сама мафия. Мне выпала роль комиссара, и так как в «Мафию» я играл в первый раз в своей жизни, я довольно часто лажал, особо не понимая, как именно нужно действовать. Этим я успел взбесить добрую половину стола. Но они, конечно же, все улыбались. Был, как обычно, самый крикливый, пытающийся перетянуть всё одеяло на себя. Другой крайностью были тихони, которые могли скрывать что угодно. Часть ребят пыталась действовать аргументированно, часть намеренно или ненамеренно включала дурака. Я был где-то посередине между ними всеми. Закончилось всё тем, что мафия выиграла. Неудивительно – с таким-то комиссаром. На вторую партию моего терпения бы не хватило, поэтому я встал из-за стола и пошёл к уже знакомому дивану в уголке. Парниша и Скерыч решили остаться поиграть ещё. Подойдя к Артуру, я спросил его:

– Ну, что делал?

– Смотрел, как ты вытворяешь хуйню в роли комиссара Жибера.

– А это было хотя бы красиво?

– Нет. Это было позорно.

– Хреново. Что, тогда подождём, как они доиграют и пойдём? А то я уже подустал здесь находиться.

– Да, я сам хотел тебе предложить.

К нам подошёл Аслан. В руке он держал бутылку воды.

– Будете? – добродушно спросил он.

– Нет, спасибо, – одновременно с Артуром ответил я. Мне не хотелось употреблять здесь что-либо в пищу.

– Как знаете. Гляжу, – начал Аслан, показывая пальцем на большой православный крест на груди Артура, – ты верующий человек. Редко сейчас встретишь молодых людей, которые открыто заявляют о своей вере.

Мне никогда не нравился этот крест. Артур не верил в Бога, поэтому, нося его как обычный аксессуар, мне представлялось это каким-то фиглярством. Пусть теперь сам выкручивается.

– Слушай, – помедлил Артур, явно подбирая слова, – это сложный для меня вопрос. Я пока думаю и ищу себя.

– Что же тут думать? Ты либо принимаешь Бога, либо нет. Ты должен чувствовать его присутствие. Только тогда ты сможешь искренне поверить, – отвечал умиротворяюще Аслан.

Я понимал, что начинается диалог, в котором я абсолютно не желаю участвовать. Но, собственно, деваться было некуда – разве что только обратно за стол либо на улицу. Аслан повернул свою голову ко мне и спросил то, что я ждал уже несколько секунд:

– А ты веришь в Бога, Слава?

– Нет, – глядя ему прямо в глаза, ответил я.

– С самого начала?

– Нет, я крещёный. Именно поэтому мне понадобилось около шести сознательных лет, чтобы, наконец, полностью отказаться от всего этого.

– И как же ты живёшь?

– Прекрасно. Гораздо лучше себя чувствую, когда не стеснён никакими предрассудками.

– Это не предрассудок. Бог помогает нам!

– Я привык помогать себе сам, надеяться на своих родных и близких.

Аслан не отставал от меня. Кажется, он поставил своей задачей разубедить меня. Он пока не понимал, что ввязывается в бесполезную борьбу. Тем временем во мне начинали подниматься нетерпение и злость. Он продолжал засыпать меня очередными вопросами, я легко от них отбивался и, наконец, подобрав момент, сам начал с безобидных вопросов:

– Ну а ты сам в кого веришь?

– Как в кого?.. В Бога.

– Ты христианин?

– Очень близко к этому.

– Как это понимать?

– Мы протестанты, – вдруг произнёс Дима, который стоял последние пять минут неподалёку.

– Протестанты? Типа как в Германии или Америке? – спросил Артур.

– Не совсем так. У нас своё понимание, – отвечал Дима.

– То есть в протестантскую церковь вы не ходите?

– Нет. Мы молимся здесь.

– «Мы» – это все, кто здесь сейчас находится?

– Почти все. Кто-то пока только приходит к этому.

– И вы так завлекаете новых людей… Вроде как поиграть. А на самом деле…

– Мы никого не заставляем и ни к чему не обязываем, – перебил меня Дима. Стоит отметить, что держался он всё так же спокойно.

Тем временем во мне ещё больше начала подниматься злость в сочетании с сильной обидой. Мне было досадно оттого, что молодые парни и девушки моего или близкого к моему возраста тратят своё драгоценное время на все эти сказки. Что находятся настолько наивные и доверчивые люди, которые ведутся на всё это. Наверняка ещё и деньги сюда приносят не пойми кому. Парниша был прав, мы попали в секту. И в этой секте только сейчас находилось около тридцати молодых людей. А сколько их всего? Кому это нужно? Хотелось поскорее уйти, но эта дурацкая партия в «Мафию», где играли Скерыч с Парнишей, всё не заканчивалась. Аслану пришлось принять весь удар на себя.

– Как давно ты веришь? – спросил я у него.

– По-настоящему около года.

– Что значит «по-настоящему»?

– Искренне, бескорыстно, с молитвами и ясным пониманием.

– Вот скажи мне тогда, если тебе всё ясно, где Бог? Почему мы его не видим?

– Он среди нас. Он во всём. Я вижу его.

– И где же он сейчас? Он есть здесь?

– Да, он во всём. В этом столе, в этом стакане с водой.

– То есть Бог – это стол?

– Не воспринимай буквально.

– Понятно. В общем, самого его ты не видишь. Ты видишь только мебель. Я, собственно, тоже её вижу. Только не чувствую в этом ничего божественного.

Дима молчал. Удивительно, но он никак не помогал своему товарищу. Более того, через несколько минут он ушёл, оставив Аслана одного.

– Ну хорошо. Скажи мне тогда, почему так много религий в мире?

– Религий много, но Бог один. Просто к нему не все сразу пришли.