Биг Биар – гора зовёт с жары на снег,
Замедли, время, суетливый бег.
В неделе – вести, в лести – ложь,
Земли холодной с ветром дрожь,
Нефть – «слёзы дьявола», как месть,
Интриги, политическая жесть.
Но чем ты дышишь, бренный мир, —
Войною, золотой кумир?
Губители, мне вас совсем не жалко:
«Бич – для коня, для глупых – палка!»
Знакомство
Букет цветов зажат дверным проёмом,
Нашёл их утром на поляне у воды,
Таких не видел, знаю все сады,
Дарю тебе, прости, со взломом.
Прости, что ночевал за вашим домом,
В рассвет холодный с туманом голубым,
С ночным дождём, весенним громом,
И у калитки Рая с ангелом златым.
Тебя придумал, видимо, в ненастье, —
Полёт кукушки над твоим гнездом, —
Считаю дни подаренные счастьем,
Пока не «подавлюсь на поле колоском»[2].
Букет цветов увянет к ночи,
Калитка «Рая» закроется на ключ,
Жизнь без тебя покажется короче, —
И ангел златый бывает невезуч!
«Есть чудо храма переходящего в сирень…»
Есть чудо храма переходящего в сирень,
И воскресенье сил перед порогом,
И каждый день, как первый день,
Из времени дарованного Богом.
Всё составляет свет и тень,
Спроси у стариков – услышишь:
«Всё предначертанное – свыше!»
Но сердце – дьяволу мишень.
…И дуновенье птичьего крыла,
Со сна вспорхнувшего над головою,
Душа воскресши уплыла,
Не уходи, побудь со мною!
Усопшим свечи – оставление грехов,
Живущим при дверях веков,
Перебирая дни, прожитые во блуде,
Вы, вроде, Боги, а умираете, как люди?
«Дух праздности, унынья – неспроста…»
Дух праздности, унынья – неспроста!
Дух целомудрия, терпения – к здоровью.
Божественный собор на площади Христа,
За нас Ты отдал жизнь Сыновью.
Очисти грешных – соблазна всем хватает,
Подай с молитвой веру и любовь,
Псалом знакомый слышу вновь и вновь,
Где Царствие на Небе всеми обладает.
Мираж
Берег дальний Родины моей,
Ты всё дальше от меня, а к Богу ближе,
Когда услышу запах трав с полей,
И в зарослях сирени дом родной увижу?
С природой подмосковною в родстве.
Трель соловья в сиреневой листве,
Когда за горизонтом солнце к ночи,
И по́лны благодатью очи.
В лугах приокских – июньская цветень,
Росой прохладной утро пробуждает,
Но радость бытия уходит в тень 
