Вячеслав Ипатов – Топоры гномов III. Лучшая защита (страница 9)

— Все еще не спишь? — спросил тихий, завораживающий голос за спиной.

Тонкая, изящная рука коснулась моего плеча, шеи, женская фигурка прижалась к спине, чтобы затем, дразня, отпрянуть.

— Не могу позволить себе сон. Через три часа битва, а мои разведчики регулярно передают важную информацию и прорисовывают план замка, — ответил я, оборачиваясь к Кацуми.

Лисица стояла рядом, завернувшись, будто в покрывало, в свои хвосты. Рыжие волосы и мягкий мех в лунном свете отливали серебром, глаза казались завораживающими омутами.

— Далин, сонным, ты не сможешь отдавать верные приказы. Позволь мне помочь тебе. Перенаправь сообщения разведчиков на меня.

Я в нерешительности замер. Мне не хотелось перекладывать свои обязанности на плечи Кацуми. Она и так без устали трудилась, став надежной опорой в сражениях и переговорах. С другой стороны спать хотелось нестерпимо.

— Или ты мне не доверяешь? — применила последний аргумент лиса, и я вынужден был капитулировать.

Поблагодарив девушку и, не удержавшись, поцеловав, я направил сообщение духам гранита. После чего погрузился в благословенный сон.

Мое пробуждение состоялось от звуков множества ног, бьющих по земле. Первоначально я даже не понял, с чем они были связаны, и лишь осознав, заполошно вскочил со своей лежанки.

Как оказалось, проспал я больше, чем планировал. К моменту пробуждения мои воины уже проснулись и начали готовиться к штурму. По всему лагерю бойцы приводили в порядок снаряжение, собирались в отряды. Было такое ощущение, что и на штурм они намерены были идти без меня. Когда я насел с претензиями на оказавшегося поблизости Бардина, тот без стеснения ответил, что не будить командира всех попросила Кацуми. И, что удивительно, ее послушали!

Спустя некоторое время я немного остыл и даже испытал благодарность к кицунэ за лишние минуты отдыха. Все же я чувствовал усталость даже сейчас. Голова оставалась тяжелой, мысли немного путались. Полагаю, если бы я проспал меньше, то и симптомы были бы хуже. Однако Кацуми я все равно наградил хмурым взглядом, на что она ответила озорной улыбкой и представила чертеж замка с отмеченными на нем войсками противника. Красивый, четкий чертеж, вместо тех каракулей, что были нарисованы у меня. И как после этого было на нее сердиться?

Еще раз поблагодарив девушку, я внимательно всмотрелся в карту, оценивая будущую диспозицию. Сама крепость была стандартным замком мага, построенным с помощью интерфейса. С невысокими, но толстыми стенами и круглыми башнями по периметру. Башни являлись главной проблемой, в случае штурма замка, так как могли выплевывать заряды стихийной магии, имея в распоряжении энергию и расчет гремлинов. Необходимо было позаботиться о том, чтобы они в эту ночь не заговорили.

Еще внутри крепости был донжон. И он отличался от того, что обычно возводился в крепости мага. Лорд Вишну явно использовал реальные средства для того, чтобы обеспечить себе более комфортную жизнь. Вот только сделал он это в ущерб обороноспособности. Утонченные формы и просторные окна оставляли мало возможностей обороняющимся, как и вход в донжон, больше походивший на ворота. При штурме это должно было нам пригодиться.

Для более полного описания места будущей битвы следовало также упомянуть деревню, примыкавшую к замку. В ней жили гремлины и их послушные слуги — грокхи. И те и другие обладали слабым боевым потенциалом, а потому в будущем сражении могли не учитываться. Тем более что армии не требовалось идти сквозь деревню. Можно было обойти ее по краю. При этом, однако, приходилось пересекать открытую местность, рискуя быть обнаруженным, но план штурма предусматривал решение этой проблемы.

На стенах ночью стояли гремлины. Существа не слишком дисциплинированные, но все же способные увидеть приближающуюся армию и сообщить о ней, в отличии от големов. Уничтожение таких стражей, имея под рукой духов гранита, проблемой не являлось, однако также оно могло вызвать тревогу, ведь лорд получал сообщения о каждой смерти подчиненных и вполне мог обеспокоиться гибелью часовых. В связи с этими соображениями духам гранита было приказано следить за стражами, но, не атаковать их без крайней необходимости. Эта страховка давала гарантию, что у нас будет время приблизиться к замку до поднятия гарнизона по тревоге.

Помимо гремлинов в замке находились четыре десятка каменных големов, некоторое, так и не установленное число магов, а также джинн, хотя существование последнего было скорее теоретическим — засечь его разведчикам не удалось. На моей же стороне была внезапность, ночная атака, в которой гномы имели преимущество, а также численное превосходство. Требовалось лишь реализовать эти преимущества.

Вынырнув из собственных мыслей, я приступил к обязанностям командира, самолично проверяя готовность отрядов к бою. С гномами это была скорее формальная процедура, а вот несколько пехотинцев из людей получили выговор и требование закрепить доспехи и оружие так, чтобы они не шумели, выдавая наше присутствие. Судя по недовольству барона Кальяди, он считал, что устроенная выволочка была произведена по сущим пустякам, однако возражать не стал и правильно сделал. Ведь я, живя среди гномов, привык к порядку и тем более намерен был его соблюдать перед одним из решающих сражений.

— Выступаем, — наконец приказал я и первым направил Барсика в сторону замка. За спиной привычно устроилась Кацуми.

В эту ночь погода оказалась на нашей стороне. Звезд почти не было видно, а Луна постоянно скрывалась за тучами, погружая землю в полную темноту. Даже зрение гнома в создавшемся мраке едва могло различить очертания местности, а гремлинам что-либо разглядеть с высоты стен было еще сложнее. Вскоре, однако, замок приблизился, стал четче. Показались едва различимые на фоне неба фигурки часовых. Опасность обнаружения возросла.

Понимая, что основные силы армии слишком заметны, вперед были направлены егеря, умелые в маскировке. Их задачей было приблизиться к самым стенам вражеской цитадели и в согласованный с духами гранита час забраться наверх, дабы затем уже открыть ворота. Задача сложная, которую я охотно бы поручил Тельдрену и его эльфам, однако их не было рядом, а потому приходилось полагаться на людей, надеясь, что они справятся, сумев уберечь армию от тяжелых потерь.

Из-за ожидания возможного провала, минуты длились нестерпимо медленно, расстояние до стены, и закрытых еще ворот сокращалось неторопливо, словно бы нехотя. В один момент веревки со стен оказались перекинуты и по ним вверх полезли егеря, стараясь держаться теней. Все висело на волоске, и каждая выигранная секунда обещала в будущем внести свой вклад в победу. И, несмотря на то, что я постоянно ждал обнаружения, оно все равно наступило внезапно.

Со стороны одного из часовых послышался шум, он указал рукой в сторону стены, привлекая внимание товарищей, однако более ничего сделать не успел — в следующее мгновение его тело обмякло, сраженное каменными пиками. Та же участь настигла и других гремлинов, так и не успевших осознать, откуда к ним пришла смерть. Стена была зачищена, стражи уничтожены, позволяя более не скрываться, однако это также означало, что теперь следовало действовать быстро, не теряя времени.

— Вперед, вперед, к воротам! — крикнул я и тот же приказ был направлен егерям, уже почти достигшим края стены.

Темные фигуры, подгоняемые приказом, мгновенно оказались на вершине, где и скрылись с глаз. Им еще предстояло добраться до ворот и открыть створки. И от того, насколько быстро они справятся с задачей, зависел успех всего плана. Спустя полторы минуты после устранения часовых, пришел доклад от разведчика, сообщившего, что каменные големы пришли в движение, направившись в нашу сторону. Однако к этому моменту все две сотни воинов уже приближались к воротам, за которыми слышалось явственное движение. Вскоре к этим звукам прибавились громкие голоса, ругань и иные свидетельства дружной, но бестолковой работы. Однако в тот момент, когда я уже готов был сорваться, выговорив все, что думаю о нерасторопных подчиненных, створки все же распахнулись.

Егеря едва успели отпрянуть в стороны, когда кавалькада из пяти медвежьих всадников и двух десятков рыцарей пронеслась мимо них. Я на Барсике ехал впереди, уже видя совсем рядом плотную группу големов. Каменные истуканы были очень неудобными противниками. Они обладали значительным физическим сопротивлением к рубящему и колючему урону, были очень выносливы и стойки к любым испытаниям. А еще их было много — почти пять десятков. Однако, когда на них налетели медвежьи всадники, все, что осталось от передних големов, так это осколки камня на неровной мостовой. Да и те были затоптаны лошадьми. Слишком уж велика оказалась разница в силах.

Все что смогли сделать големы, так это замедлить продвижение кавалерии, вынужденной пробиваться сквозь ряды противников. Долго продержаться им не удалось, и вскоре со своего седла я увидел открытое пространство улицы впереди, на которой мелькали чьи-то фигуры. По сути своей это была победа, ведь ничто уже не могло остановить наш прорыв. Так я думал. А затем над нашими головами раздался громоподобный рев. Мой взгляд мгновенно прикипел к небу и сразу ухватил на нем чудовищный, не имеющий право здесь находиться объект — железного дракона, в пасти которого набирало силу пламя.