Вячеслав Ипатов – Топоры гномов III. Лучшая защита (страница 54)

Надо отдать должное врагу — тот не ударился в панику, не бросился бежать. Демоны встретили нас с оружием в руках. Несколько духов гранита упали расколотыми, первых имперцев и викингов встретила плотная стена огня. Враг отреагировал на изменение на поле боя очень быстро. Однако для моих воинов изменилось главное — противник уже не мог концентрировать силы на одном направлении. Не мог перекрывать путь нестерпимым огнем или энергией хаоса. Новое подкрепление, вбежавшее через проем ворот, демоны вовсе не стали атаковать. Им было чем заняться. Я же медлить не собирался, заорав во всю мощь глотки:

— Baruk khazad!

После чего бросился на зажатых с двух сторон демонов, увлекая за собой свежих, еще не обагрившие копья гномов.

Дальнейшее сражение превратилось в череду обрывистых, ярких сцен. Я бил молотом по каждому демону, что оказывался поблизости и сам принимал удары. Рядом строй гномов шаг за шагом давил противника, копьями прокладывая себе путь. Настоящее месиво развернулось там, где бушевали два духа горы. Их ноги покраснели от крови, вся местность вокруг оказалась покрыта раздавленными трупами. В толпе зажатых с трех сторон тварей Инферно раз за разом раскрывались каменные цветы, пики пронзали их тела, лианы удушали, сковывали.

Положение врагов было гибельным. Но отступить для них значило бы умереть от ударов в спину. Должно быть это понимал князь Инферно, а потому его воины стояли насмерть, дорого продавая свои жизни. Они сами творили магию, ожесточенно дрались в ближнем бою, но самым главным было то, что противники сковывали нас, давая возможность князю творить новые заклинания каждый раз забирающими чьи-то жизни. Вот на левый фланг обрушилась цепная молния, разом испепелив нескольких викингов, и я понял, что ждать дальше нельзя. Необходимо убить вражеского чародея и сделать это как можно скорее.

«Выделите из своих рядов силы на штурм донжона, если не поторопиться, мы все здесь поляжем!» — отправил я приказ Тельдрену, ярлу Хедрику и барону Кальяди.

Стоило подумать об этом прежде. Изначально внести в план штурма атаку на донжон. Однако, несмотря на весь свой опыт, я редко встречался с по настоящему сильными магами. И просто плохо представлял насколько могущественными они могут быть, оказавшись в замке, у наполненного маной Источника. И теперь мои воины расплачивались за этот просчет.

Злость на себя, на демонов, на чертового князя, придала сил. Тело стало двигаться быстрее, несколькими ударами молота я раскидал оказавшихся рядом демонов и неожиданно вырвался на чистое пространство, с которого, будто нарочно открывался вид на шпиль каменного здания. Одинокую четырехэтажную башню донжона.

«Должно быть это судьба» — подумал я, и сделал первый шаг к вражеской цитадели.

...

Очень странно, неуютно было бежать одному по пустой улице замка. Привык я к тому, что рядом есть верные товарищи. Те, кто прикроет спину. Что всегда можно положиться на Кацуми, ворваться во вражеские ряды верхом на Барсике. Однако с кицунэ мы расстались еще в самом начале битвы, и следовало радоваться уже тому, что она каким-то чудом сумела выжить в том хаосе. А мой медведь… До конца преданный зверь затерялся на площади, среди множества трупов врагов и соратников. Интерфейс не оставлял надежд, Барсик был мертв, как и большинство из тех, кто первым ворвался в крепость. Впрочем, сейчас нужно думать об ином. Впереди мне предстоял бой с возможно самым сильным противником из всех, что я когда-либо встречал в мире "Лендлордов". Стоило быть начеку.

Эту мысль я обдумывал уже находясь напротив дверей в донжон, створки которых были приоткрыты. И это выглядело очень странным — только глупец мог забыть о собственной безопасности во время штурма, а князь Инферно по определению был кем угодно, но только не глупцом — дурак попросту не мог подняться по вертикали власти демонов. Еще более настораживающим являлось то, что мое чувство земли выявило в холе донжона одно живое существо, неподвижно замершее подле входа. Это могла быть засада, хотя с другой стороны нападать на меня в ближнем бою было явной ошибкой. Лучше расстрелять заклинаниями издали, не позволив нанести ни одного удара.

Впрочем, все эти мысли не могли изменить одного — необходимости войти в сердце замка. Время в настоящий момент работало на врага. Каждая потерянная секунда грозила новым ударом магии, новыми потерями. Я должен был добраться до противника даже не затем, чтобы победить, но чтобы хотя бы отвлечь, дать время моим войскам расправиться с остатками гарнизона и прибыть к донжону. А значит кто бы не ждал меня внутри, не стоило откладывать с ним встречу.

Подумав так, я решительно вошел в донжон, готовый отразить любое нападение. Однако не увидел ни одной живой души. И при этом имелось несколько существ вполне мертвых — на полу лежало трое гвардейцев и суккуба со следами колотых ран. Однако чувство земли меня не подвело, точно указав нахождение «вероятного противника».

— Далин, с тобой совершенно не получается играть в прятки, ты жульничаешь! — прозвучал негодующий голос.

Мгновение назад совершенно пустое пространство у стены покрылось рябью и явило фигуру кицунэ. С обугленными волосами, ожогами, в броне, покрытой кровью и сажей. Девушка выглядела сильно потрепанной, но при этом была жива и демонстрировала весь свой непосредственный характер. Признаться, я испытал огромное облегчение увидев ее целой и почти невредимой. Насколько это возможно в условиях развернувшейся битвы.

— Как ты сюда пробралась?

— Решительную девушку не смогут остановить никакие запоры, — с улыбкой ответила кицунэ. — Особенно, если она достаточно стройная и гибкая для того, чтобы пролезть через окно.

— Превосходная работа! — ответил я, удивленно качая головой.

Дело в то, что достаточно широкими в донжоне были лишь окна выше второго этажа. Как Кацуми удалось быстро и незаметно подняться по стене и протиснуться внутрь, я не мог даже представить. Не говоря уже о том, что кицунэ смогла раньше всех остальных понять необходимость скорейшего захвата донжона и устранить все препятствия на этом пути. Увы, расспросить девушку о том, как она справилась я не мог. Не было времени. Следовало торопиться.

— Нам нужно спешить, держись на дистанции в пять метров. Если опасность будет слишком велика — отступай.

Что мне особенно нравится в Кацуми, так это то, что она может быть сколь угодно несерьезной, но в важные моменты всегда оказывается собранной и готовой к бою. Вот и сейчас, едва только девушка услышала изменение в моем тоне, как тут же переменилась. Взгляд кицунэ стал острым, сосредоточенным. Сама она подобралась, а на слова об отступлении лишь коротко кивнула. Ни возражений, ни вопросов, лишь готовность к действию.

Удовлетворенно взглянув на эту картину, я повернулся и бросился в сторону лестницы наверх донжона, стараясь бежать насколько возможно тихо. «Чувство земли» показывало наличие нескольких живых существ на четвертом этаже. Никого ниже не ощущалось. В связи с этим осторожность была излишней, намного важней являлась скорость. Чтобы не терять время, я уже на бегу наложил на себя и спутницу усиливающие заклинания. Наш запас жизней возрос, силы стали большими, затянулись раны. При этом самым сложным оказалось не споткнуться на ступенях, отвлекшись на применение магии.

Перед глазами стремительно пронеслись один пролет лестницы, за ним второй. Третий закончился небольшой площадкой, на которой и обнаружилось трое демонов. Двое из них были гвардейцами. Одна — повелительницей боли. Именно демоница первой сумела среагировать на угрозу в моем лице и ударила пылающим кнутом метя в глаза.

Я успел заслониться щитом и применил «рывок», буквально размазав о стену ставшего на пути гвардейца. Тут же сделал шаг в сторону суккубы и атаковал молотом. А когда она сумела уклониться, впечатал ногу ей в живот. От боли демоница не смогла удержаться на ногах, упала на колени, а следом ее череп встретился с тяжелым навершием молота. Большего не потребовалось, на пол упало уже мертвое тело. В тот же миг оказался сражен и последний гвардеец, получивший заряд остро отточенных игл. Не стоило ему поворачиваться спиной к лестнице.

Киваю Кацуми и подхожу к двери, ведущей в Заклинательный покой. Той, за которой скрывается всего одно существо. Сейчас еще можно отступить, не трогать вход, дождаться подкрепления. Однако душа сама рвется в бой, толкает сразиться с достойным противником. И я с готовностью иду на встречу своим желаниям, ударяя молотом в дверь.

Взрывные руны сносят преграду с пути веером древесных щепок. Которые спустя мгновение вспыхивают от нестерпимого пламени, ударившего из помещения. Я укрываюсь за щитом, однако пламя лишь усиливается, сжигая сам воздух вокруг. Остаться на месте значит сгореть заживо. Отступить невозможно, а потому я устремился вперед, использовав рывок в сторону обнаруженной «чувством земли» цели.

Короткое перемещение и удар. Молот наталкивается на преграду и сносит ее в сторону, а поток огня наконец иссякает. Это позволяет мне выглянуть из-под щита, оценивая окружающую обстановку.

Помещение, в которое я пробился, выглядело простым и аскетичным. Очевидно, Мейлин не стала вкладывать деньги в его совершенствование. Здесь были лишь голые стены с проделанными в них стрельчатыми окнами и каменный алтарь Источника. Стоило отметить, что несмотря на прошедший бой энергии в нем все еще было много. Ее вполне хватило бы на то, чтобы положить всю мою армию. Мана едва не истекала из алтаря, освещая комнату холодным голубым сиянием. И в этом свете мой противник выглядел особенно эффектно. Алая кожа, ткань и письмена на доспехе князя Инферно были подернуты мраком, почти сливаясь по цвету с черными пластинами брони. Глаза демона сияли багровым, а улыбка говорила об уверенности в себе. От противника явственно исходила сила, и я чувствовал, одолеть его будет не просто.