Вячеслав Ипатов – С волками жить... (страница 9)

– Я вот что хочу спросить, а ты как, в лесу ориентируешься? – в это же время стена уже исчезла за переплетением листвы.

– Хороший вопрос, а главное, своевременный. Если говорить об опыте, то он ограничивается походами за грибами по знакомым местам.

– Я в деревне жил, но давно, – хмуро ответил гном. – Мы вообще сможем найти дорогу назад?

– Есть один вариант, как решить данную проблему.

С этими словами я вызвал окно Системы, отыскав то самое «знание», что приобрел сутки назад. Прежде, в иллюзорной комнате, проверить «звериный нюх» не получилось, за отсутствием запахов, даже активировать его я не смог, но сейчас этой способности было самое место. Мысленное желание, и мир преобразился.

Это можно было сравнить со взглядом художника. Он и обычный человек воспринимают один и тот же мир, но вот видят его каждый по своему. Художник учится различать оттенки цветов, форму, мельчайшие детали. Всё то, что зачастую ускользает от обычного человека. Я же в одно мгновение обрёл знания того, как подмечать оттенки запахов, выделить один единственный из множества. Чувства не стали острее, просто мне дали понять, как ими правильно пользоваться.

Немного придя в себя после нахлынувших открытий, я решил перевести их в практическую плоскость. Втянув носом воздух, постарался уловить один единственный запах из сонма иных – тот, что исходил от Дмитрия. С непривычки это оказалось не так просто, пришлось приблизиться к гному, обнюхать его, а затем присесть на корточки, выискивая след.

– Лёха, ты чего, головой ударился? – нервно спросил напарник.

Я лишь отмахнулся от Дмитрия, выпрямился, а затем прошел чуть назад по нашему пути.

– Алексей, мать твою, ты меня слышишь?

– Всё в порядке. Ты ведь помнишь, что я оборотень?

– Оборотень?!

– Ах да, я же тебе не говорил, – запоздало дошло до меня. – В общем, я не человек и на старте выбрал не только увеличение характеристик, но и одно знание.

Далее я поведал спутнику о своих возможностях и свойстве приобретенной вещи, а заодно подвёл итог собственным коротким наблюдениям:

– Кажется, «знаниями» они называются не зря. Я теперь чётко представляю, как использовать нюх, даже забыть этого не могу. Однако, чтобы перевести это в умение придется ещё поработать.

– Но из леса ты нас выведешь?

– Я смогу вернуться по оставленным следам. Так что да, выведу.

– Вот и отлично! – довольно потёр руки гном. – Тогда не будем медлить!

И мы вновь выдвинулись в путь. Впереди шёл я, стараясь уловить свежие звериные следы. Позади шагал Дмитрий. Двигались мы шумно. Со своим обостренным слухом я это отлично понимал, однако всё равно раз за разом нарушал тишину, о гноме и говорить не приходилось. Оставалось надеяться, что со временем нам удастся приноровиться.

Тихий лес, неторопливое движение, надёжный напарник за спиной – всё это подталкивало к размышлениям. Ими я и предался пока брёл через чащобу. Больше всего мою голову занимали размышления о собственных действиях. А точнее о том, на кой черт я вызвался идти на разведку? Было очевидно, что данная затея опасна. Крайне опасна, ведь даже в обычном земном лесу легко можно найти неприятности, что же говорить про инопланетный? Так на кой чёрт мне потребовалось рисковать собственной головой и напарником?

Отвечая на данный вопрос, я мог бы вспомнить необходимость получения очков, желание посмотреть на окружающий мир, отыскать в нём полезные ресурсы. Все это действительно влияло на моё решение. Более того, сидя в иллюзорной комнате и медленно сходя с ума от безделья и неопределенности, я выстраивал будущий план действий исходя именно из данных доводов. Однако, по факту они были лишь поводом. Настоящей причиной было то, что мне мучительно хотелось действовать. Сделать хоть что-то, лишь бы не сидеть на месте. Наверное, это попросту давало иллюзию движения к цели, возможность выбраться из ловушки. Порой я на полном серьёзе ловил себя на ожидании встретить за следующим стволом дерева портал в родной мир. Или еще какую-нибудь магическую аномалию, волшебным образом способную переместить меня домой. К сожалению, ничего подобного нам не попадалось. Был лишь странный лес, лёгкие незнакомые запахи и подозрительный хруст веток. И, тем не менее, надежда до конца не исчезала, толкая идти вперёд.

Вынырнув из собственных мыслей, я остановился и недоуменно покрутил головой. Нервы кольнуло чувство тревоги. Но из-за чего? Что-то уловило зрение, слух? Принюхавшись, я почувствовал сильный и острый запах, будто от сырой шерсти. Он доносился слева.

– Эй! Что случилось? – недоумённо спросил Дмитрий.

Вместо ответа я скинул со спины рюкзак и повернулся к зарослям, со стороны которых доносился запах. Затем попытался разглядеть хоть-что подозрительное. Гном, поняв всё без слов, повторил мой маневр, крепче ухватив копьё. Прошла секунда, другая. Атмосферу настороженности явно сменяло недоумение. А затем в глубине зарослей чуть шелохнулись ветки.

– Ты знаешь, кто там? – тихо спросил Дмитрий.

– Понятия не имею.

На деле там мог быть как матерый хищник, так и безобидное травоядное – я не знал значения большинства окружающих запахов. Тем не менее чувства подсказывали держаться настороже.

– Так что будем делать? – спросил гном.

Ответить я не успел, да и оказалось это ненужным. Ибо в этот самый момент кусты пришли в движение, а затем из них выскочил зверь. Он был похож на тигра, но отличался необычной, зеленой с черными полосами, расцветкой. От стандартного представителя кошачьих, его также выделяла более вытянутая морда с непропорционально большими челюстями. Травоядным он точно не был, ибо сразу решил воспользоваться своим богатым арсеналом.

Первым тигр бросился на гнома. Дмитрий атаковал копьём, однако хищник ловко сместился в сторону, так что острие лишь чиркнуло по шкуре. А затем лапа тигра обрушилась на грудь гнома. С приглушенным криком Дмитрий отлетел в сторону.

Лишь в этом момент в бой вступил я, ударив копьём в бок тигра. Однако в последний момент тот сумел сместиться, так что на шкуре осталась лишь неглубокая рана. Впрочем, даже это обстоятельство вызвало у зверя ярость. Тигр оскалился, продемонстрировав стройную череду клыков. Из его пасти раздался утробный рык.

Я крепче сжал зубы, давя страх. Мучительно хотелось броситься прочь, убежать от опасности. Однако было совершенно очевидно, что стоит показать спину, как её тут же пронзят когти. А затем будет лишь смерть. Да и Дмитрия бросать не хотелось. Нельзя было этого делать.

Тигр зарычал громче. Длинный хвост забил по бокам. Зверь прижался к земле, готовясь к прыжку, в свою очередь я также напружинил ноги. Можно было бы попытаться ударить, однако тигр представлялся слишком быстрым. Единственным моим шансом было поймать его в момент атаки.

Прыжок! Я начал двигаться в тот же момент, когда хищник устремился в атаку. Но всё равно не успел убраться полностью. Лапы тигра, метившие в грудь, лишь задели левую руку. Но и этого хватило, чтобы сбить меня с ног. Прокатившись по палой листве и кочкам, я тут же вскочил на ноги и отмахнулся копьем – неожиданно удачно. С воплем боли и ярости тигр отскочил прочь с окровавленной мордой. Через его левый глаз и нос пролегла кровоточащая рана.

Мы замерли, каждый на своём месте. Тигр уже не столь рвался в бой, неожиданно получив отпор. Я же старался перевести дух. Сердце стучало как бешеное, левую руку жгло огнем – её задели когти зверя. Казалось бы, счёт был в мою пользу, но я не обольщался. Тигр оставался опасен и единственное, что изменилось теперь – тот будет осторожнее.

Медленно, неторопливо, зверь сделал первый шаг навстречу. Я отступил, сохраняя дистанцию. Тигр взял правее, я зеркально повторил его манёвр. Мы описали половину круга в полной тишине, когда послышался странный щелчок. Тихий, тем не менее он был абсолютно чужеродным для леса, а потому привлек и моё внимание, и зверя. Однако понять ничего мы не успели. Ибо в следующий миг в бок тигра вонзился болт арбалета. Зверь покачнулся, но устоял на ногах. Однако даже этой заминки мне хватило, чтобы подскочить к тигру, ударив в его грудь копьем. Оружие вошло точно в цель, полностью погрузив наконечник в плоть. Однако это не убило противника. Раненый хищник взревел и рванулся на меня. Совершенно безрезультатно. Длинна древка стала моей защитой, а усилие противника лишь еще сильнее загнало наконечник в грудь. Тогда тигр попытался отпрыгнуть в сторону, но вновь безуспешно. Силы уже покидали зверя, а всё происходящее являлось лишь агонией. Спустя несколько секунд тот упал на пропитанную кровью землю.

– Вот ведь живучая тварь! – со смесью злости и восхищения проговорил Дмитрий.

Гном кривился при каждом шаге, левой рукой зажимая рану на груди. Однако в правой у него уже покоился заново снаряжённый арбалет.

– Рана серьёзна?

– Ерунда! Хотя не могу сказать, что бывало хуже. Со мной такая дрянь происходит впервые, – поморщившись, ответил Дмитрий. – Но всё же какого хрена наши похитители не выдали доспехов? Я тут едва не сдох просто из-за того, что был лишён брони! Да и тебе досталось.

Я кивнул и поморщился, чувствуя, как раненая рука стрельнула болью. А ведь она могла быть защищена не просто тканью, а нормальным наручем. Хватило бы тогда сил у «киски» добраться до плоти? Сомневаюсь. И к слову о ней. Бока зверя продолжали вздыматься. Тот всё ещё был жив.