Вячеслав Ипатов – Инквизитор III (страница 52)
…
Отец Клемент устал. Не физически, нет. Он устал морально. Несмотря на множество тягот, перенесенных в путешествиях, ему еще ни разу не приходилось видеть так много мертвецов, бывших его прихожанами, столь большое число раненых, кому прелат не мог должным образом помочь. Отвратительное ощущение — чувство собственной слабости, терзало душу. И при взгляде на истерзанное тело Гвинеда легче Клементу не стало. Пускай даже в отношении паладина прелат мог сотворить чудо.
Оруженосец осторожно опустил тело Гвинеда на землю, будто мог ему как-то навредить. А в это время Клемент уже погрузился в молитву, взывая к верным стражам Господа. И вот прямо перед ним показался он — небесный воин с совершенным ликом.
— Воскреси его, — попросил архангела прелат.
Крылатый посланник кивнул и тут же направил свет на искалеченное тело паладина. Его многочисленные раны в одно мгновение закрылись, а сам Гвинед судорожно вздохнул.
— А теперь, прошу, отомсти за нас. Уничтожь дирижабль. Лети в тот проход.
Большего говорить не потребовалось. Архангел помнил, что его время в этом мире ограниченно и тут же сорвался с места. Выбрав тот путь, что успел ему указать Клемент.
Считанные секунды потребовались крылатому воину, чтобы преодолеть туннель и отыскать дорогу, уводивший на поверхность. И вскоре архангел уже выбрался на простор, в чужое враждебное небо.
Выше, еще выше, к двум скользившим по небу силуэтам.
К сожалению, архангела заметили слишком рано. Со всех сторон в него ударил огонь, а пролетавший рядом орел попытался ухватить небольшую фигуру когтями. Он напрасно приблизился. Архангел легко уклонился от атаки, а затем взмахнул мечом, подрезав крыло птице. Рух понеслась к земле, сопровождая падение истошным криком, а небесный воин продолжил путь. К сожалению, тот стал только сложнее.
Маги врага поняли его опасность и маневренность, а потому ударили сплошной огненной пеленой. Рух теперь держали дистанцию, более не позволяя себе навредить. Архангел оказался атакован со всех сторон и вынужден был довериться скорость и собственной силе. Благо, они его не подвели. Пройдя сквозь огонь и опалив крылья, он все же достиг своей цели — борта одного из дирижаблей и тут же вонзил меч в его деревянный набор.
Лезвие вошло словно в масло, и так же легко обшивка подалась, стоило потянуть в сторону. Однако в этот момент противник вновь атаковал, на сей раз уклониться архангел не смог. В его тело ударили лезвия ветра, спрессованный до каменной прочности воздух. Перья и кожа, уже обожженные, покрылись кровью. Но даже это не могло остановить архангела. Тот ухватился за прорезь, и выдрал кусок обшивки, а затем бросил свое тело в образовавшуюся щель.
Внутри же… Внутри его встретили новые неприятности.
— Убей, убей его! — заверещал сидевший за рулем гремлин. Слова его предназначались мощному матовому голему, который немедленно постарался исполнить приказ.
Лезвие, закрепленное на правой руке механизма, бросилось к шее архангела, но тот отступил на шаг. Но только для того, чтобы упереться спиной в еще одного противника. Второго легированного голема. Дальнейшая же схватка стала похожа не на бой, а на грязную кабацкую драку. В ход оказались пущены колени, кулаки, локти, удары эфесом и плечами, бешеная, но абсолютно безмолвная схватка.
Гремлины, следившие за противостоянием, с каждой следующей секундой все с большим страхом наблюдали за разворачивающимися событиями. И причина была проста — дирижабль раскачивался, трещал, грозил развалиться на части. Лихие удары часто задевали то, что трогать совсем не стоило. Всего за секунды поле схватки оказалось разворочено в дребезги.
Но вот в противостоянии наметился победить. Один големов отлетел прочь, но сумел унести с собой оторванное крыло ангела. Сам же небесный воитель покачнулся, мутным взором, обводя пространство. Казалось, он прямо сейчас рухнет без сил, но затем глаза архангела вспыхнули, а сам воин в беззвучном крике замахнулся мечом… Чтобы метнуть оружие в одну ему видимую цель.
Гремлин проследил за полетом оружия и увидел, как меч вонзился точно в каземат, где хранились приготовленные к сбросу бомбы.
— Нет… — тихо прошептал рулевой. А затем дирижабль поглотил взрыв.
…
— Да! Да! Да! — бешено закричал я, глядя как обломки дирижабля падают на замок.
Еще один удар по противнику. Еще одна болезненная пощечина. Жаль только даже это не могло его остановить. Бросив взгляд вниз, я понял, что атака на донжон близка и совершенно неминуема, а потому наконец решился покинуть Заклинательный покой. На первом этаже мое присутствие станет куда полезнее. И пусть там приток маны будет слабее, но появится возможность вступить с неприятелем в открытый поединок. Руки так и чесались пустить меч в дело.
Я спустился по лестнице едва ли не бегом, перепрыгивая через ступени и вскоре оказался уже в холе, где увидел должный уровень дисциплины. Воины уже выстроились в стройные ряды, напротив двери, готовые в любой момент встретить неприятеля. Часть носили сверкающую броню, демонстрируя, что за весь день еще ни разу не побывали в сражении, другие выглядели закопченными, с разводами крови на доспехах и усталостью в глазах. У многих настроение было подавленным. Пусть мы давали должный отпор. Но отступали, отступали раз за разом. А это не могло не повлиять на боевой дух.
Нужно было как-то подбодрить подчиненных, сказать нечто веское. Но вот что и как? В душе всколыхнулись противоречивые чувства. Наружу полезли сомнения. Но все эти были подавлены и выброшены к чертям. Сейчас было не место слабости.
— Воины! — крикнул я, стараясь, чтобы голос разошелся на все помещение. Получилось, как и удалось привлечь внимание подчиненных.
— Не буду врать, наше положение тяжелое. Я вынужден это признать. Враг оказался крайне сильным. Слишком многочисленным. Четыре противника, четыре владения против нас. Силы были не равны изначально. Но все же мы достигли многого. Мы защитили верующих в Господа, увели их прочь от лап нежити. Мы заставили врага заплатить стократ больше того, что он собирался отдать за эту землю. И сейчас я предлагаю вам не умереть. Нет. Этого делать нельзя. Это только обрадует ублюдков. Нет, я говорю вам дать им должный отпор, каждому из нас положить неприятелей столько, сколько хватит сил. Так сделаем это? Дадим еще один бой сволочам?
Меня поддержали криками согласия. Ну а затем, словно только этого и дожидаясь, стены донжона дрогнули от мощного взрыва — противник с помощью взрывчатки проторил себе путь.
Сразу вслед за этой атакой, пришел черед другой. Внутрь здания ворвалось пламя. Сила и напор его оказались столь велики, что дотянулись до рядов солдат, специально стоявших на большом отдалении от входа — это явно ударил паровой голем. Но все же расстояние было велико, а потому серьезных последствий атака противника не принесла. Раненых солдат из первого ряда убрали в тыл, на их места встали свежие бойцы. Именно они и встретили ворвавшегося внутрь противника.
— Во имя Господа! — прокричал один из выживших инквизиторов.
А затем в ход оказались пущены мечи. Толпа неприятелей влетела в железную стену и оказалась отброшена. На пол рухнули первые трупы. Новый натиск.
Я принял на щит копье наги, шагнул вперед, коротким уколом прогрузив острие меча в ее горло. Отступил назад, разминувшись с саблей ракшаса. Закрылся щитом. Тут же на кошколюда налетел воин в закопченной броне, едва не разрубив того надвое. Однако сам противник оказался умел, отразив выпад паладина. Мне оставалось только с облегчением выдохнуть — против такого противника я бы не продержался и несколько секунд.
Между тем врагов прибавилось. В холл влетел сонм духов. Причем не только слабых созданий, но и баньши, а самым последним в дверь сумел протиснуться даже призрачный дракон. Их появление не осталось незамеченным.
— Экзорцизм, сейчас! — проорал хорошо знакомый голос Гвинеда. Да какого черта он здесь забыл? Понравилось помирать?
В бешенстве я направил белую волну в толпу, вплетая ту в пять других заклятий. Результат оказался превосходным. Самые слабые духи исчезли в одно мгновение, половина баньши, издав крики, больше похожие на отчаянье, сгинули следом, добитые нэкоматами. И только дракон остался абсолютно цел, временно обратившись в форму тумана.
Увы, вслед за успехом, пришла расплата. Со стороны входа в проем влетел насыщенно-красный шар, стремительно пронесся по холлу и врезался в стену за нашими спинами. Где и взорвался, брызнув в стороны ударной волной и жаром.
Сила чар оказалась невероятно. Ближайшие воины сгорели дотла за секунды, другие получили сокрушительные удары и тяжелые ожоги. Враг же вдохновился этой атакой, нахлынув на нас с новой силой.
Я почувствовал сигнал тревоги. Кто-то сообщал об опасности, но где — понять было невозможно, да и не к времени. Именно в этом момент мне едва ли не чудом удалось убрать голову с пути кулака железного голема. Кромкой щита я откинул его в сторону и тут перед моими глазами встало сообщение Системы. Такое, что невозможно было игнорировать.