Вячеслав Ипатов – Инквизитор II (страница 14)
Но да, оставим эту тему и вернемся к имеющимся результатам. Всего, после разгрома темных, я приобрел три уровня, за которые получил прибавку к ловкости, силе магии и стойкости к откату. Из умений мне достались «Технологичность бронного дела», «Боевое братство» и «Магический щит». Первое повышало качество изготавливаемой моими кузнецами брони, второе устраняло разногласия среди сражающихся вместе солдат, ну а третье… Третье обладало сомнительной эффективностью, но явной эффектностью. Оно позволяло отбивать или же ослаблять наносимые по мне удары. Сила и частота использования варьировались от уровня навыка. На имеющемся первом можно было рассчитывать уберечься от выпада кинжалом, с интервалом раз в полчаса. И если при взятии я считал этот навык чем-то крайне полезным, то сейчас уже глубоко в подобном сомневался, хотя бы потому, что на тренировках щит большую часть времени был разряжен, а когда срабатывал, Гвинед прошибал преграду почти не замечая. Например, как сейчас, когда удар рыцаря оказался ослаблен вспыхнувшим барьером, но все равно пришелся по цели. Мало того, помеха еще и раззадорила Гвинеда, так что в следующую атаку он вложил всю душу.
— Вы там как сир, живы? — без грамма сочувствия поинтересовался Гвинед.
Я отвечать не спешил. Во-первых, потому что вопрос являлся риторическим — на ристалище умереть было невозможно, а во-вторых, из-за восхитительной палитры ощущений, оставленных рыцарем. Ведь пусть смерть здесь была не страшна, чувства площадка не отключала, так что я мог в полной мере насладиться ощущением от со всей силы ударившего по шее меча.
— Все, дальше я буду тренироваться с Йозефом.
— С собратом-инквизитором, серьезно? Сир, я конечно знал, что вам нравятся острые ощущения, но так желать встречи с моргенштерном…
— Да пошел ты…
Слушать мои напутствия довольный рыцарь не стал. Дорогу он уже и так прекрасно знал, чай, не раз получал напутствия. А потому убрался быстро. Что же касается меня, то пришлось делать над собой усилие и на самом деле идти к новому спарринг-партнеру. С едва сдерживаемыми проклятьями я поднялся и направился в сторону двух крепких фигур, сошедшихся в яростном поединке.
Итак, инквизиторы. Сейчас у меня их было двое. Один повышенный из охотников на ведьм, еще один — нанятые в той самой Церкви. И что могу о них сказать? Данные «слуги Господа» внушали. Двое высоких, широкоплечих молодца, один — блондин, другой с темными волосами и оба — с воистину сокрушающей силой. Эти парни были для меня прекрасным напоминанием того, к чему стоит стремиться.
К тому моменту, как я приблизился к инквизиторам, как раз определился победитель. Черноволосый воин сумел зацепить ногу своего противника, а затем и добить упавшего. После чего тут же обернулся ко мне. И как только смог заметить? Не в пылу же схватки, когда все внимание должно быть сосредоточено на угрозе? Хотя кто знает…
— Сир, — поприветствовал меня Йозеф, тот самый черноволосый победитель.
Его собрат откликался на имя Грегор и ограничился легким кивком, все еще переводя дух.
— Не против тренировки?
— Конечно, я буду только рад этому, — отозвался Йозеф.
— Не стану вам мешать, сир, я буду в Церкви, — ответил Грегор.
Надо сказать, отношения с первым и вторым были у меня очень разными. Грегор являлся ветераном, уже успевшим повоевать под моим знаменем. Плюс к тому, он оказался выбран из двух десятков собратьев-охотников, а потому был очень благодарен мне за оказанное доверие и отличный билет в жизнь. А вот с Йозефом отношения были куда как сложнее. Возможно, причина была в моем звании «иезуита», может быть я просто не слишком удачно начал знакомство, однако с новым подчиненным отношения складывались тяжело. В его четком следовании субординации и вежливости явно сквозила неприязнь, что сам Йозеф продемонстрировал, крайне жестко высказавшись против присутствия «ксеносов». Особенно сильный негатив инквизитора был направлен в адрес Марры. Йозеф на полном серьезе был готов стаскивать дрова для моей подчиненной, и только четкий приказ остановил его от дальнейших действий. Увы, нэкомата все еще считалась темной, а потому действовала словно красная тряпка на быка для всех фанатиков веры.
Из этого возникал вопрос — на кой черт я просил о тренировке Йозефа, а не куда более лояльного Грегор? Ответ на него был довольно прост. Инквизиторы являлись крайне опасными воинами, они были моей опорой. Каждый стоил сотни пехотинцев. И я не мог пренебречь ссорой с одним из них, а потому старался наладить отношения, раз за разом устраивая тренировки. Увы, на наши отношения эти попытки пока не влияли.
— Я готов, — сообщаю, вставая в любимую высокую позицию.
— Нападайте, сир, — ответил Йозеф, выставляя вперед щит.
На такое предложение оставалось лишь печально вздохнуть. Инквизиторы, я имею в виду нормальные инквизиторы, а не такие как я, являлись юнитами седьмого ранга. Что означало просто колоссальную силу и соответствующие навыки. Если конкретнее, характеристики Йозефа на текущий момент были следующими:
Таким образом, данный «отец церкви» являлся бойцом, имеющим равное развитие как в магическом, так и в физическом плане. Если сравнивать нас в банальных физических характеристиках, его превосходство было трехкратным. Встреть я подобного противника на поле боя — ушел бы в глухую оборону, надеясь выгадать секунды до прихода помощи. Однако мне предлагали атаковать, и пусть исход такой тактики являлся очевидным, отказываться от предложения не следовало.
Сменив стойку на «быка», с рукоятью у виска и острием, устремленным в лицо противника, совершаю выпад.
Эспадон был направлен в ключицу Йозефа, но, разумеется, встретил на своем пути щит. Сам же инквизитор немедленно совершил контратаку, от которой удалось увернуться лишь чудом. Хотя вернее будет сказать, снисхождением противника. Шагнув вправо, я ударил мечом с верхней позиции, но Йозеф вскинул щит, а затем сам перешел в нападение. Еще от нескольких выпадов я сумел уклониться, но итог оказался ожидаемым — шипастый шар врезался в район сердца, не только сбив ног, но и заставив прокатиться по земле. Остановиться я смог далеко не сразу, а еще дольше продолжалось вращение неба перед глазами.
В голове пронеслись слова Гвинеда. Возможно, рыцарь действительно был прав, и мне стоило тренироваться только с равными противниками? С тем же Роджером и остальными латниками?
— Продолжим? — вторя моим мыслям, прозвучал вопрос Йозефа.
Да, возможно Гвинед был прав, однако существовало несколько «но», помимо желания поднять свой авторитет перед конкретным подчиненным. Во-первых, я и так тренировался с равными. Более половины поединков проходило именно с латниками, где мне часто удавалось одерживать победу. Вот только тренировки были необходимы для того, чтобы научиться противостоять более сильным врагам. Требовалось если и не побеждать чудовищ, вроде приснопамятного оборотня, то приобрести умение держаться, выгадывая возможность для магической или любой иной атаки. И на этом поприще я обязательно сделаю успехи, потому что не собираюсь становиться обузой на поле боя.
— Сир, мы продолжаем?
— Да, продолжаем, — ответил я, в очередной раз вставая на ноги.
…
Все заканчивается, закончился и этот сеанс мазохизма. После чего пришел черед культурного мероприятия, а если быть точным — посещения утренней службы. Вообще, как «духовное лицо», я присутствовал на каждой такой проповеди, если находился в замке. Благо этого требовал не только статус, но и банальная необходимость — именно в это время происходило восстановление очков святости. Тем не менее, сегодняшнее мероприятие должно было стать особенным и крайне удачным для меня.
Само Ристалище было устроено непосредственно перед входом в донжон. Таким образом, я мог бы наблюдать за тренировками солдат прямо из окон, если бы регулярно не присутствовал на них сам. А вот утренняя служба, которую я намеревался посетить, должна была пройти в Церкви. Что оказалась возведена не в стенах замка, а в его предместьях. Две недели назад на той точке, где оно выросло, не существовало ничего, кроме травы и редких деревьев. Сейчас же здесь разрастался будущий город, который являлся предметом моей гордости.
Видел я обычные города игроков — сумбурные, хаотичные, лишенные плана и порядка. Мой же выходил стройным, с широкими улицами и продуманной застройкой. Заслуга в этом отчасти принадлежала мэтру Вильону, разработавшему проект и неукоснительно следившему за его исполнением, отчасти мне самому, поставившему ряд условий. Сейчас в предместье находились само здание Церкви, три десятка домов, рынок, Дом старосты. Здесь проживали люди, нанятые в том самом Доме старосты, выходцы из Камнеломки, а также приезжие из других деревень. К слову, стоило сделать себе зарубку в памяти насчет строительства гостиниц. Они и доход принесут и решат проблемы с обустройством важных гостей. То же появление Церкви должно будет изрядно увеличить число приезжих, ведь люди здесь в большинстве религиозные и потекут на службу из всех уголков моих владений. Пожалуй, лучше вместо «зарубки в памяти» сразу отдать соответствующий приказ, благо мэтр Вильон также должен был присутствовать на предстоящей службе, до места проведения которой, за время раздумий, я успел добраться.