Вячеслав Игнатов – Белые Пруды (страница 1)

Вячеслав Игнатов

Белые Пруды

Глава 1 Завещание отца.

В кабинете графа Василия Васильевича Орлова-Денисова царила тишина.Он сидел в кресле, держа в руках карту. В этот момент в кабинет вошел придворный лакей Григорий Кузнецов. Григорий уже давно служил в доме своего господина.Он был одет в темно-синий камзол с золотыми пуговицами, белые чулки и черные туфли. Его волосы были аккуратно причесаны, а на лице всегда была сдержанная улыбка. Григорий был человеком среднего роста, с уверенной осанкой и внимательным взглядом.

В этот день, как и всегда, он тихо вошел в кабинет графа, держа в руках поднос с графином и рюмкой.

Григорий: – Ваше сиятельство, ваши придворные прибыли.

Василий Васильевич: – Зовите слуг, – сказал он, не поворачиваясь. – Не тех, что в холле, а тех, что знают, как держать язык за зубами.

Григорий, с достоинством поклонившись, вышел из кабинета, чтобы выполнить приказание своего господина. Его движения были плавными и точными, как и подобает опытному слуге.

Через минуту в кабинет вошли трое. Первый – Иван, седой, с лицом, будто вырезанное из дуба, в сером кафтане с выцветшими узорами на рукавах. Второй – Степан, молодой, но уже с морщинами на лбу, как будто пережил слишком много, – в темно-синем сюртуке, с ботинками, которые, похоже, не снимал с ног годами. Третья – Марья, сухая, с глазами, что видели все, – в черном платье, с белым кружевным воротником, как у монахини, но без молитвы.

-– Вы знаете, зачем я вас позвал? – спросил Василий Васильевич, глядя в окно, где сад был уже почти мертв.

-– Нет, – сказал Иван.

-– А я знаю, – сказала Марья.

-– Вы хотите, чтобы мы несли вести.

-– Точно, – кивнул он. – Позвать сына. Михаила.

-– Он в Саратове, – сказал Степан. Сказали, что возвращается через три дня.

-– Пусть приходит завтра. – Василий поднялся, медленно, как будто каждый сустав сопротивлялся. – И не просто приходит. Он должен прийти один. Без гонцов, без свиты. Без шума.

-– Зачем? – спросил Иван.

-– Потому что завещание – не для всех. Оно – для него.

-– А если он не придет? – спросила Марья.

-– Тогда пусть не приходит, – сказал Василий. – Но если придет – скажи ему : "Ты не наследник, ты – хранитель".

Они вышли, как тени. Иван снял шапку, Степан стукнул каблуком – не по привычке, по приказу. Марья остановилась у двери.

--Вы не боитесь, что он не поймет? – спросила она.

-– Боюсь, – сказал Василий. – Но боюсь больше того, что он поймет слишком поздно.На следующий день Михаил пришел. Он был не такой, как его отец – не в облике, а в душе. Высокий, с глазами, что смотрели вперед, а не в прошлое. Он не плакал, не пытался утешить отца. Просто стоял, как будто знал : это последний раз, когда он увидит его живым.

-– Папа, – сказал он. – Я пришел.

-– Я вижу, – сказал Василий. –Садись.

Он открыл ящик, достал пергамент, завернутый в льняную ткань.

-– Это – не просто завещание, – сказал он. – Это – приказ.

Михаил молчал.

-– Я завещаю тебе землю. Не ту, что у нас в Курской губернии, – нет. Там все уже съели. Там все уже сожгли. Я завещаю тебе новую.

--Где?

-– Вон там, – сказал Василий, указав на карту, держал под рукой. –В Белых Прудах.

-– Ты хочешь, чтобы я построил хутор?

-– Нет. Я хочу, чтобы ты построил будущее.

-– Но зачем?

-– Поэтому что там, – сказал Василий, – не будет ни крепостных, ни баринов. Там будет человек. Ты . И твои дети.

Михаил смотрел на него.

--Ты думал, я не знаю, что ты не любил меня? – спросил он.

-– Я любил тебя, – сказал Василий. – сказал Василий. – Только не так, как ты думаешь.

--Как же?

-– Я люблю тебя так, как любят тех, кто не может быть рядом.

Михаил не ответил. Он взял пергамент.

-– Я сделаю это, – сказал он. – Но не ради тебя.

-– А ради кого?

-– Ради тех, кто будет жить после нас.

Василий кивнул.

-– Тогда ты – мой сын.

И в этот момент, когда Михаил вышел, а Василий остался один, в комнате стало тихо.

Глава 2 Семейный совет.

В старинном доме Орловых-Денисовых, что стоял на окраине поместья, царила необычная суета. Слуги торопливо протирали пыль с фамильных портретов, на которых строгие предки в мундирах и парчовых платьях, казалось, неодобрительно взирали на суматоху. Горничные расправляли скатерть на большом дубовом столе, расшитую серебряной нитью еще бабушкой Анны Павловны. В камине весело трещал огонь – будто и он понимал важность грядущего события.

Михаил Васильевич Орлов-Денисов, высокий, с благородной осанкой и сединой в висках, ходил по гостиной, задумчиво поглаживая подбородок. На стене над камином тикали старинные английские часы – их мерный ход напоминал о том, что время не ждет.Сегодня он решил созвать семейный совет – дело нешуточное, ведь речь шла о переезде на хутор Орлов-Денисов, земли, доставшиеся ему по наследству от отца.

Ровно в пять часов вечера все собрались в гостиной.За столом расположились:

супруга Михаила Васильевича, Анна Павловна, с изящной прической и строгим, но добрым взглядом. На ней было шелковое платье цвета лаванды, а на шее – жемчужное ожерелье, подарок мужа на десятилетие свадьбы;

старший сын Петр, двадцатилетний юноша с горящими глазами и жаждой перемен.Он нервно барабанил по столу, поглядывал на карту поместья, разложенную перед отцом;

дочь Елизавета, семнадцатилетняя красавица с робкой улыбкой. Она теребила край кружевного платка и украдкой бросала взгляды на брата – ей явно были близки его стремления;

дядя Михаил Васильевич, старый полковник в отставке, любивший все подвергать сомнению.Он сидел в глубоком кресле у камина, попыхивал трубкой и время от времени покачивал головой, будто заранее не одобряя любые новшества.

Хозяин дома поднялся, обвел присутствующих взглядом и начал :

--Дорогие мои, я созвал вас здесь не случайно. Пришло время решить : остаемся ли мы в старом гнезде или переезжаем на новые земли, где очень много земли, на Медведицких Ярах. Земли там необжитые,отец оставил нам наследство, но есть другая земля, в Шиханах(Саратовской области).

Петр тут же вскочил с места:

-– Отец, это же прекрасная возможность! Мы могли бы разбить новый сад, устроить конный двор, как у деда! Я готов взяться за дело!

Анна Павловна мягко улыбнулась:

-– Милый, все это замечательно, но подумай : школа для Лизы, врачи, магазины – все здесь. На новом месте придется начинать с чистого листа.

Елизавета робко подала голос:

-– Мама, но ведь это приключение! Я бы хотела увидеть новые места, завести друзей…

Дядя, до этого момента молча куривший трубку, наконец заговорил:

-– Миша, ты всегда был мечтателем. Но подумай здраво :переезд – это траты, хлопоты, неизвестность. Может, оставить все как есть?

Михаил Васильевич слушал внимательно, кивал, делал пометки в блокноте. Когда все высказались, он поднялся и произнес: