Вячеслав Гот – Попаданец. Сжечь их звёзды (страница 6)

– Это чертежи флота. Планы обороны.

– Да. И они отправили их прямо сейчас, пока мы слепы в варпе.

– Нужно сообщить Соколову.

– Нет, – я остановил её руку, тянущуюся к микрофону. – Если мы сообщим сейчас, Драк узнает. Он мониторит внутреннюю связь. Он поймет, что мы знаем, и уничтожит доказательства. Или нас.

– Тогда что делать?

– Пусть отправят. – Я посмотрел на графики. – Но я уже скопировал сигнал. Я знаю частоту получателя.

– Ты можешь отследить, куда ушел сигнал?

– В варпе сложно. Но… – я улыбнулся. – У меня есть идея. Если они используют эту частоту снова, когда мы выйдем из прыжка…, я смогу послать им ответ.

– Ответ?

– Вирус. Не тот, что уничтожает системы. Тот, что заменяет данные.

Волкова расширила глаза.

– Ты хочешь подменить координаты, которые они передают врагу?

– Именно. Пусть думают, что мы будем в точке «Зенит». А сами мы встанем в точку «Омега». Пусть враг стреляет в пустоту.

– Это рискованно. Если они заметят подмену…

– Они не заметят. Потому что я использую их же протокол шифрования. Я видел его в архивах будущего. Они будут думать, что связь надежна.

Я начал писать код. Это было опаснее, чем снимать ограничители реактора. Это была прямая диверсия внутри своего флота. Измена изменникам.

Время шло. Оставалось два часа до выхода.

Я чувствовал, как потеют ладони. Если меня поймают сейчас, трибунал будет мягким приговором. Расстрел на месте.

Но я видел перед глазами горящие города будущего. Я видел стекло вместо океанов.

– Готово, – сказал я. – Ловушка установлена. Теперь ждем. Если «Стриж» попробует отправить еще что-то при выходе из прыжка… данные уйдут неверные.

Волкова кивнула.

– Я прикрою тылы.

Варп-туннель начал рассеиваться. Фиолетовый свет сменился чернотой космоса. Впереди зажглись звезды. Сектор «Дельта-9».

– Выход из прыжка завершен, – доложил штурман. – Флот перестраивается.

Я посмотрел на тактическую карту. Зеленые точки наших кораблей выстраивались в линию. Точка «Зенит» была в центре построения. Там должен был встать «Стриж».

Но мой вирус уже работал. В их навигационных компьютерах координаты точки «Зенит» были слегка смещены. На пару тысяч километров. Для обычного глаза – незаметно. Для дальнобойных орудий врага – фатально.

– Капитан-лейтенант Воронов, – голос Соколова прозвучал спокойно. – Доклад о состоянии систем.

– Все системы в норме, товарищ капитан. Готовы к учениям.

Я солгал. Мы не были готовы к учениям. Мы были готовы к войне.

Я посмотрел на темную пустоту впереди. Где-то там, за горизонтом событий, уже шли корабли врага. Они думали, что знают, где мы будем. Они думали, что мы беззащитны.

Пусть думают.

Флот был обречен на гибель в истории, которую я знал. Но история пишется теми, кто выживает.

– Начало учений через пять минут, – объявил командир.

Я коснулся панели. Вирус активирован. Ограничители сняты. Предатель раскрыт.

– Пусть начнется, – прошептал я.

В глубине сектора «Дельта-9» что-то дрогнуло. Датчики засекли гравитационную аномалию.

Это были не учения.

Они пришли раньше.

Глава 5. Призрак будущего в штабном терминале

Тревога взвыла не сразу. Сначала замигал красный индикатор на панели дальнего сканирования. Потом загорелся второй. Через секунду весь мостик погрузился в багровое мерцание.

– Контакт! – гаркнул оператор сенсоров. – Неопознанные объекты! Появление внезапное! Дистанция – пятьдесят тысяч километров!

– Это часть учений? – голос Соколова дрогнул. Он посмотрел на хронометр. – Сценарий не предусматривал выхода противника на этой векторе.

– Товарищ капитан, – я поднялся из кресла, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Сигналы объектов не соответствует нашим учебным мишеням. Энергетический профиль… черный. Поглощение излучения вместо отражения.

В зале повисла тишина. Черные корабли. В досье разведки их не существовало. Но в моих архивах, в воспоминаниях из будущего, они были описаны подробно. «Стиратели». Их обшивка была изготовлена из материала, который не существовал в периодической таблице человечества XXI века.

– Открыть огонь? – спросил старший артиллерист, рука уже зависла над кнопкой залпа.

– Стоять! – рявкнул Соколов. – Не стрелять без приказа! Вдруг это гражданские суда? Или ошибка системы?

– Это не ошибка, – сказал я. Я подошел к своему терминалу. Экран жил своей жизнью, потоки данных неслись водопадом. Но для меня в этом хаосе был порядок. Я знал этот паттерн.

В будущем, через десять лет после начала войны, ученые Земного Флота расшифруют запись первого контакта. Они назовут это «Песней Смерти». Специфическая модуляция гравитационного поля, которую издавали корабли врага перед атакой. Сейчас системы «Непреклонного» считывали это как помехи. Для меня это был четкий сигнал.

– Капитан, – я повернулся к Соколову. – Это не учения. Это боевой профиль. Они блокируют наши частоты связи. Посмотрите.

Я вывел на главный экран график. Белая линия связи с флагманом стала прерывистой.

– Помехи естественного происхождения, – возразил оператор. – Гравитационные аномалии сектора.

– Нет, – отрезал я. – Это глушение. Целенаправленное. Они не хотят, чтобы мы предупредили флагман.

Соколов посмотрел на меня внимательно. В его глазах читалось сомнение, но также и понимание ситуации. Он был ветераном. Он чувствовал запах крови лучше любого сенсора.

– Воронов, вы уверенны?

– На сто процентов, сэр. Если мы не откроем огонь первыми, через тридцать секунд они будут в пределах эффективной дистанции их плазменных ланцетов.

– Откуда вы знаете про ланцеты? – спросил он тихо.

– Анализ энергопотребления их кораблей, – соврал я. – Они заряжают оружие.

Соколов кивнул.

– Боевая тревога. Щиты на максимум. Орудиям – целеуказание по ведущему объекту. Огонь на поражение.

– Есть!

Мостик ожил. Люди метались по своим местам, но делали это слаженно. «Непреклонный» был готов. Благодаря моим изменениям в системе энергораспределения, щиты вспыхнули ярче обычного, насыщенные дополнительной мощностью.

– Они открывают огонь! – крикнул оператор.

Из темноты вырвались тонкие лучи. Не лазерные. Они оставляли за собой шлейф искаженного пространства.

– Уклонение! – скомандовал Соколов.

Корабль дернулся. Гравитационные компенсаторы взвыли. Луч прошел в километре от корпуса, но даже на таком расстоянии обшивка зашипела. Металл терял структуру.