Вячеслав Фролов – Правый Отпор (страница 2)

Но начать нужно с того, когда зародились понятия национализма и нации, да и были ли важны людям прошлого этнические, национальные различия со своими соседями?

Сегодня среди историков преобладает версия, что понятие нации, как таковое, да и разделение на них появились только в XIX веке, как результат Великой Французской революции и Наполеоновских войн. Мол, в средневековье и при раннем капитализме никаких наций не существовало, а своих и чужих определяли только по принадлежности к той или иной вере.

Лично я категорически не согласен с подобным утверждением. Не разницей в религии же себя отличали греки от персов во время греко-персидских войн, но принадлежностью к своей эллинской культуре, общему для всех греков языку! А если вспомнить лозунг римлян “За сенат и граждан Рима”? Он вполне характерен для гражданского национализма.

Русские до XVII века называли себя русью. Вряд ли только разницей в религии ограничивалось их понимание того, кто свой, а кто чужой, кого можно называть русью, а кого нет. И с немцами, и с монголо-татарами у них был опять же разный язык, была разная культура.

То же самое можно сказать и про Европу. И я готов согласиться с тем, что поначалу, когда германские племена не потеряли общей связи друг с другом, то у них был общий язык, что объединял и готов, и саксов, и лангобардов, и других. Но уже к началу крестовых походов народы Европы уже делились на различные народы, также появилась разница в языке. А к XV-XVI веку уже сформировался свой фольклор.

Исходя из всего вышеперечисленного, я не могу согласиться с утверждением, что наций раньше не существовало. Смотреть на это понятие нужно в широком, а не в узком смысле, как стараются сделать борцы с шовинизмом в любом его проявлении.

Но тут меня осадят те, кто считает, например, что в природе не существует такого народа, как русские. Мол, все уже давно перемешались. Часто с таким мнением сталкиваюсь, и особенно меня поразило подобное услышать от журналистки Ирины Шихман.

Давайте на секунду представим, что мы с этим доводом, мол, все со всеми перемешались, согласны. Тогда наступает резонный вопрос. А существуют ли евреи, как нация, либо они все уже давно перемешались? Их по Европе начиная с эпохи Римской империи гоняли тут и там. Многие отказывались от своей идентичности в пользу привилегий, что нёс отказ от привычного для евреев уклада жизни, их религии, культуры. Немногим удалось сохранить память о былом величии государства Израильского, иврит уцелел как язык лишь каким-то чудом именно благодаря таким немногим, что его хранили, но и они вряд ли могут претендовать на чистоту своего происхождения по крови. Так что есть ли сегодня чистокровные евреи? По логике Шихман такого этноса, получается, действительно нет.

И тут нам открывается настоящее раздолье для спекуляций, ведь если евреев не существует, тогда и нацисты евреев не истребляли, потому что нации такой нет! Отличное оправдание для сторонников идей чистоты арийской расы, которым выгодно отрицать Холокост, согласитесь. А коль и русских нет, то если какой другой народ пожелает провести геноцид русского народа, то у него всегда будет отличное оправдание для своих преступлений. Ведь русских же не существует, как народа, как нации, следовательно, и геноцида нет, как такового. А массовую гибель людей можно оправдать классическими сталинскими перегибами на местах и “головокружением от успехов”.

Разумеется, Ирина Шихман несёт полную ахинею. Разумеется, евреи, русские и все остальные народы существуют и никуда не исчезали, равно как их язык и культура, что не меньше (а, может, даже и больше), чем генетический код, определяют национальную принадлежность к тому или иному народу. Любые же разговоры о том, что каких-либо наций, народов, этносов не существует, считаю спекулятивными и даже опасными для будущего народов со стороны проходимцев и моральных уродов типа Адольфа Гитлера, что готовы вершить геноциды других народов во имя своих шизофренических идей.

Даже такая на первый взгляд искусственная (если рассматривать США с позиции этнонационалистов) нация, как американская, тоже существует. Но принадлежность к ней не определяется цветом кожи или генетическими различиями. Американца от другого отличает патриотизм, вера в Христа и любовь к демократии и свободе, свободной рыночной конкуренции – вещи, на которых строилась Америка. Хотя из истории США (рабовладение, сегрегация) мы и понимаем, что утверждение это спорное, но в идеале американский гражданский национализм выглядит именно так, и Обама, говоря об исключительности американской нации, вещает именно с позиций гражданского национализма. Да и вообще США это в своём роде это уникальное государство, где мы увидели воочию рождение новой нации, новой культуры. Лишь язык был заимствован у англичан. И то, если бы американскому английскому дали несколько сотен лет, чтобы перевариться в собственном желудочном соку, то он бы вполне переродился в язык новый, американский, как старославянский переродился в русский, украинский и белорусский.

А нужен ли сегодня национализм правым, либо же это атавизм, от которого нужно избавиться, чтобы не ассоциировать правых в общем смысле с нацистами, как это любят делать левые и современные либералы? А, может, национализм, это и правда, как молвят некоторые, просто замена христианства на новую религию (веру в нацию, а не в Бога)?

Как мне кажется, из всего вышеизложенного я объяснил, почему правым не нужно стесняться слова “национализм”. Отождествляющие националистов в общем смысле лишь с шовинистами и расистами, стараясь для удобства сузить рамки понятия национализм, являются невеждами, ибо понятие национализма в общем смысле слишком широкое, чтобы сводить всех националистов только к расистам и шовинистам.

Тут как пример можно привести национальные государства Южной Америки, нации которых строились далеко не по принадлежности к той или иной расе.

Назвать национализм новой религией (верой в нацию, в народ), что заменила в XIX веке веру в Христа, тоже сложно. Религия – это всё-таки вера в сверхъестественное. Нация же не является чем-то необъяснимым и фентезийным. Наоборот, принадлежность к какой-либо религии так же, как и язык с культурой и кровным родством, является составляющей частью любой нации. Национализм не заменяет религию. Наоборот, религия, как ещё одна объединяющая сила наравне с языком и культурой, дополняет национализм, как идеологию.

Таким образом, национализм не должен быть вреден правому, будь ты консерватор, либо классический либерал. Наоборот, национализм позволяет поставить правильную цель, к которой должен стремиться любой уважающий себя народ – богатство и процветание для каждого гражданина, являющегося представителем нации. Национализм даёт возможность консолидировать усилия нации для достижения этой цели и в конце добиться её.

И я категорически несогласен также с утверждением о том, что национализм – это идеология с левым уклоном, так как общей цели должен достигать коллектив. Наоборот, учитывая то, как современная мультикультурная политика в Европе уничтожает национальную идентичность европейских народов, наглядно видно, что национализм защищает индивидуальность гражданина своей страны, а не угнетает её, сопротивляясь космополитизму, культуре отмены и прочей ерунде.

Так что национализм необходим правым, неважно, консерватор ли вы, либо либертарианец, ибо личное ваше благополучие всецело зависит от того, благополучны ли люди, проживающие вокруг вас на определённой территории, или нет. Если да, то они и помогут вам сохранить ваше личное благополучие, вашу индивидуальность, вашу идентичность. Парадокс. Левые объединяются в коллектив, чтобы индивидуальность уничтожить. Правые – чтобы индивидуальность укрепить, как объединились, например, американцы в отряды минитменов, защищаясь от британского владычества во времена войны за независимость. Тему того, почему свободы и права человека и гражданина, демократия и децентрализация власти для правых лучше, чем монархия и авторитаризм, я раскрою позже.

А пока резюмирую всё тем, что, повторюсь: правым не следует стесняться слова национализм. Более того, я, возможно, даже неправильно сделал, когда выделил националистов в отдельную категорию правых. Как мне кажется, любой, кто смеет назвать себя правым, должен быть националистом.

Глава 3. Правые в России.

Сначала Февральская, а потом и Октябрьская революции, а также семьдесят лет времён СССР сделали своё дело. Правое движение в России сегодня не пользуется популярностью.

Хоть я и причисляю к себя правым, но далеко не являюсь человеком, что готов, например, оправдать ошибки последнего русского императора Николая II. Во многом именно его бездействие, а также просчёты его правительства и привели к тому, что на выборах в Учредительное собрание 1917 года правые партии получили всего 10 мест в парламенте, а сторонники монархии вообще не были там представлены, ибо были полностью дискредитированы действиями царя в ходе как русско-японской войны, так и первой мировой.

Потом было 70 лет, когда с одной стороны большевиков можно было назвать правыми по отношению к меньшевикам и троцкистам (подробнее мы об этом ещё поговорим), с другой, очевидно, что возрождение правых, как политической силы пришлось только на времена шатания и в дальнейшем распада Советской империи, вследствие её абсолютной нежизнеспособности в том виде, в котором она существовала. С этого момента правые в России официально начинают своё возрождение на политической арене страны.