Вячеслав Федоров – Симбиот (страница 57)
После такого Карбышев уже не выдержал:
— Лейтенант! Связь со штабом батальона! Быстро!!!
Немного помявшись, Сенечкин проговорил:
— Связи нет, товарищ генерал-лейтенант.
— Как нет? — даже опешил военный инженер.
— Кабель глубокого залегания поврежден. Связисты восстанавливают, — и спустя пару секунд добавил: — Пятый месяц…
— Так установите связь по радио! Ведь у вас должно быть радио! Вон же оно в углу стоит!
— Это муляж. Ну, из него все запчасти вынули, только коробка осталась. Запчастей не хватает, вот и разобрали для радиостанций на НП. Да и не умеет у нас им никто пользоваться, товарищ генерал. Этим приданные связисты занимаются, а они все в расположении остались.
Уже готовый матерный вопль был неожиданно прерван вломившимся в помещение майором. О! Местное начальство пожаловало. Что-то быстро оно, видать, где-то совсем рядом были. Не давая никому проговорить и слова, я обратился к своему главному саперу:
— Дмитрий Михайлович. Я покурить выйду. А ты тут… продолжай осмотр.
И ломанулся на улицу, не желая участвовать в разборках местного масштаба. Из ДОТа Карбышев вылез минут через пять, весь красный, как рак, и донельзя возбужденный. Вновь опередив его слова, я произнес:
— Давай так, Дмитрий Михайлович. Я думаю, ты тут задержаться на пару дней хочешь? А с инспекцией мы с тобой через недельку другую нагрянем. А я сейчас поеду к своим танкистам. Вчера приехал Еременко. Знаешь Андрея Ивановича? Так вот, он назначен командующим 2-ой танковой армией в наш округ. Надо с ним поговорить…
С благодарностью выслушав мою речь, генерал произнес:
— Да… Засиделся я в своей Академии. Забыл уже, как оно у нас… бывает. Ну, ничего, я их в чувство приведу!
Глава десятая
Сто восемьдесят пять дней — это много. Сто восемьдесят пять дней — это целых шесть месяцев. А шесть месяцев — это… Много это… Хотя, все познается в сравнении. За ничтожное, с исторической точки зрения, время со мной произошло гораздо больше, чем за всю прежнюю жизнь. Хорошо это или нет, я утверждать не возьмусь. Теперь уже не возьмусь. Оглядываясь назад, нужно признать, что я представлял себе все несколько иначе.
Не берусь говорить за других, но сам, читая любую книгу, целиком погружался в воображаемый мир, пытаясь примерить на себя личину главных героев. Это не сравнить с фильмом или видеоигрой, где за тебя все решил кто-то другой. В этом мире ты сам творец и разрушитель, ангел и демон в одном лице. Так уж сложилось, что для простого человека — это одна из немногих возможностей побывать в том месте, в котором хочется. Сбежать от той серой рутины и безнадежности, в которой вынужденно прозябает большинство. В какой-то момент ты понимаешь, что время летит мимо с пугающей скоростью, с годами лишь набирая обороты. Еще вчера ты впервые поцеловал девчонку, сбежав с ней от надоевших уроков и нравоучений, а сегодня, скобля любимой бритвой закостеневшую щеку, ты замечаешь, как залысины плавно достигают вершины головы, а некогда густая шевелюра сменилась чахлой растительностью, разбросанной редкими рощицами по лысеющей голове. Все время кажется, что еще чуть-чуть, еще немного, и случится что-то необычное, что-то замечательное и трогательное, что-то такое, ради чего ты действительно существуешь. Но годы летят, а чуда все нет и нет. Окончил школу, поступил в институт. Получил диплом, пошел работать. Работа — дом, дом — работа. Раз в год законный отдых, в том месте, на которое хватило денег. Со временем ты понимаешь, что жизнь, в общем-то, из этого и состоит. Ты родился для того, чтобы продолжить род. Ты учишься, чтобы работать. Ты работаешь, чтобы выжить, а выживаешь ради продолжения рода. Круг замыкается. Но ты понимаешь это разумом, той его частью, что складывает и умножает, делит и вычитает. Той частью, что отвечает за рациональное. Но есть и другая, которая неустанно шепчет тебе: «Как же так? Неужели все так банально и просто? Неужели ты будешь лишь одним «из»? Одним из тех, на чьей могиле можно написать только слово «был». Как же так, ведь я такой уникальный!». И вот чудо происходит…
Ты на коне! Еще вчера ты мечтал получить должность мелкого начальника, заработать на пару копеек больше, ужавшись и затянув пояс потуже, купить новенькую машину, ну или хоть компьютер. А сегодня ты стал генералом, вершителем судеб и исторической личностью. Надев маску другого человека, своим трудом, знаниями или чем-то иным пробившего себе дорогу на самый верх, ты получил доступ к тому, чего хотел всю жизнь. Пользуясь чужими знаниями, добытыми потом и кровью, ты с видимой легкостью добиваешься поставленных целей. И каких Целей! Спасти! Сохранить! Преумножить! Их можно потрогать руками. Они близки и понятны. И ты увлекся. Работаешь день и ночь, не обращая внимания на мелкие трудности. Есть цель! Зримая цель, которую нужно достигнуть любой ценой! Ты даже знаешь, как делать не нужно! И все бы хорошо…
Но эйфория проходит. Рано или поздно. У меня вот, через шесть месяцев. Не знаю, много это или нет. Не суть важно. Главным было то, что в какой-то момент я понял, что здесь совершенно один. Совсем один. Я не понимаю людей сегодняшних, а они лишь делают вид, что понимают меня. Между мной и даже самыми близкими товарищами, которыми уже успел обзавестись, лежит бездонная пропасть. Одно радует, что хотя бы поздно, но я понял, что между мечтой и реальностью существует громадная разница. Нельзя просто взять и стать тем, кем ты никогда не был! Очень неприятно осознавать, что такой тихий и никчемный мирок моего прошлого, оказался мне гораздо ближе, чем бурная и многогранная действительность настоящего. Хорошо быть героем в своих мечтах, когда есть возможность из космической битвы или с тонущего корабля спокойно вернуться на мягкое кресло. А тут-то спасительного дивана нет!
Совершенно неожиданно, оказалось, что мне точно так же как и всем остальным сложно обходиться без простых житейских радостей. То, что казалось раньше обыденностью, здесь превратилось в несбыточную мечту. Попить пивка со старыми друзьями, поцеловать мать и пожать руку отцу. Пойти в кино и посмотреть очередной бессмысленный, но динамичный американский фильм. Прочесть еще одну невразумительную книгу, единственным отличием которой будут обвиняемые. Ну, в смысле, виноваты не евреи или англичане, а, допустим, китайцы или марсиане. Вся это оказалось мне гораздо ближе и важнее, чем война с Германией и спасение Отечества. Я ненавидел себя за это, сравнивая себя то с тряпкой, то с безвольной куклой. Раскис, расплылся, растекся. С огромным трудом, я еще удерживался от срыва на людях, ногами утрамбовывая собственных тараканов как можно дальше в душу. Но это лишь отсрочка неизбежного.
С чего вдруг меня так расплющило? Трудно сказать. Какое-то время мне казалось, что все замечательно. Я довольно спокойно пережил свой перенос в прошлое. Философски смотрел на свой возросший возраст. Казалось, что могу жить и без общения с родными и близкими. Ну, как же, ведь есть что-то гораздо более важное! Но как только исчезла непосредственная опасность для жизни, меня начало выворачивать наизнанку. Появилось время, которое я мог тратить не только на выживание, но и на жалость к себе. К себе, к себе — любимому! А уж как мы любим находить себе оправдания…
Выяснилось, что я вовсе не твердокаменный герой, лишенный чувств и эмоций. Ничто не проходило бесследно, а лишь откладывалось в долгий ящик для более подходящей обстановки. Ранее казавшееся несущественным отличие людей и их поведения, сейчас мутировало в непреодолимую преграду. Находясь в центре событий, я все равно чувствовал себя одинокой песчинкой в безжизненном вакууме. Скажите, вы часто видели на улицах инвалидов? Безногих, безруких? Нет? А тут их полно! Последствия войн? Если бы! Полиомиелит! Болезнь, о которой в наше время уже забыли, а здесь на улицах частенько попадаются сухорукие или… хм… сухоногие люди. Вы когда-нибудь видели двухметрового мужика с ручкой младенца? А я видел! Если вы повстречали человека с повязкой на лице, это еще не значит, что он не хочет дышать дымом от торфяных пожаров. Сифилис! Дикость для моего времени — обыденность здесь. И это только внешние отличия.
Что касается отличий внутренних, то выразить их конкретными словами и выражениями весьма сложно. Чтобы лучше понять это, попробуйте объяснить, чем отличается мировоззрение современного вам россиянина и не менее современного европейца. Признаюсь честно, к особенностям пресловутой «русской души», я отношусь с известной долей юмора, как и к богоизбранности и богоспосаемости российского народа. Относительно избранности на ум приходит только известная народная мудрость про то, как бог шельму метит. Ну, а по поводу того, насколько и от кого нас постоянно спасают, каждый волен думать в меру своей испорченности. И все же, что-то такое есть. Правда, тут я могу говорить только за себя или, в лучшем случае, за своих родных и близких. Есть что-то такое — нечто, что невозможно выразить словами, что не дает нам поставить знак равенства между нами и, допустим, немцами или англичанами. Мы чувствуем это, соприкасаясь с проявлениями их культуры, однако высказать это словами никак не получается. Во всяком случае, мне этого слышать не доводилось, и даже более того, мне кажется, что человек, которому это удастся, может смело претендовать на роль нового абсолютного властителя России.