Вячеслав Федоров – Симбиот (страница 38)

На сегодняшний момент, реальными итогами работы артиллеристов стали рекомендации по разработке и принятию на вооружение дуплекса из модернизированной сорокопятки и новой полковой пушки на едином лафете. В этой реальности М-42 и ОБ-25 появятся гораздо раньше. Львиная доля внимание была уделена бронебойным снарядам всех калибров. По сути, это была единственная проблема, за решение которой я не беспокоился. Трудности, конечно, будут, но их решат, я уверен! Ведь в моем прошлом ее решили, пусть и не своевременно. Уже сейчас было ясно, что тактику и организационную структуру артиллерии ждут большие перемены. Но, окончательно оформиться и приобрести хоть какие-то разумные рамки, они никак не могли. А часики-то тикают!

В целом, организационную и штатную структуру частей и соединений, во всех без исключения родах войск, ждут перемены. В основной своей массе они коснутся тыловых и ремонтных служб и подразделений. Общим направлением движения стали улучшение эффективности управления, а также повышение огневой мощи, прежде всего на уровне батальон-полк. Наибольшее внимание было уделено противотанковой составляющей. Застаревший вопрос о необходимости немедленного принятия на вооружение противотанковых ружей или чего-либо, обладающего сходными возможностями, встал во всей своей красе. Уже несколько лет эта тема была любимой мозолью Наркомата обороны, на которую не наступал разве что ленивый. Но воз и поныне ни на сантиметр не сдвинулся с места. К этому моменту уже существовало и прошло все возможные циклы испытаний противотанковое ружье конструкции Рукавишникова. Но начать массовое производство этого чуда техники так никто и не решился. Аргументов против было не просто много, а дохр… эм… очень много. Вес, сложность конструкции, но самое главное — это патрон. Советская промышленность никак не могла наладить производство патронов с металлокерамическим сердечником, а ныне существующий Б-32 со стальным сердечником, не позволял достигнуть требуемых характеристик. Долгое время серьезную конкуренцию ПТР, по крайней мере виртуально, составляла чудо-пушка конструкции товарища Таубина, правда в моей реальности этот эксперимент закончился плохо и для страны и для конструктора — пушка так и не заработала, а автор отправился поднимать целину на Колыме. Но сейчас были все основания полагать, что ПТРС и ПТРД, пусть и не хватающие с неба таких звезд, как чудо системы Руковишникова, но пригодные к производству в деревенской кузнице, появятся в войсках в больших количествах еще ДО войны. Мне стоило больших усилий удержаться от предложения о создании ручного противотанкового гранатомета. Никаких непреодолимых технических сложностей на пути создания РПГ не существовало. Но, спокойно подумав, я пришел к выводу о том, что не немцам Москву брать, а нам Берлин. Не нужно считать их за дураков. Разобраться с тем, что это за ручные пушки у комиссаров, фашисты смогут в течение нескольких дней, а наладить по настоящему МАССОВОЕ производство этого нехитрого изделия, они смогут в считанные месяцы. В первое время РПГ здорово поможет РККА в борьбе с фашистами, а вот потом… Свят, свят, свят… Не будет этого!

Теперь по технике. Насчет других ведомств, мои познания были весьма отрывочны. Например авиаторы пришли к выводу о немедленном снятии с вооружения истребителей И-15 всех модификаций, как полностью утратившего боевую ценность. Что они собрались с ними делать, ума не приложу — это головная боль руководства ВВС. Серийное производство И-153, являющегося глубокой модернизацией И-15, так же уже остановили, даже несмотря на нежную любовь Иосифа Виссарионовича к этой машине. Краем уха слышал про концентрацию усилий на модернизации бомбардировщиков СБ до модификации РК. Что есть это такое, могу только догадываться. Больше никаких сведений об авиаторах у меня не было. Чем богаты, тем и рады…

Вокруг флота и его монструозных проектов, типа серии линкоров «Советский Союз» и линейных крейсеров «Кронштадт», каждый из которых по стоимости сопоставим с танковой армией, я кружил как голодный стервятник, ожидающий мгновения, дабы урвать хоть кусочек такой сладкой тушки. Я просто мечтал сорвать хоть жалкий клочок шерсти с облезлой овцы, столь любовно охраняемой и лелеемой товарищем Кузнецовым. Вот только, как это сделать??? Это я знал, что боевая ценность ржавых лоханок, на которые вбухано безумное количество народных миллионов, приблизительно равна нулю. Разумеется, не всех. Легкие силы флота, внесли неоценимый вклад в победу. А вот линкоры… Если честно, я просто не мог понять, для борьбы с кем их строили? Ну не может СССР позволить себе флот, способный в открытом бою справиться даже с Французским. Нет у нас для этого ни финансовых, ни производственных возможностей! Тогда с кем же будут воевать эти корабли? С Чили, али с Бразилией??? Впрочем, мое негодование мало кого интересовало, тысячи тонн высококачественной броневой стали неудержимым потоком уплывали в песочные дали. Ничего с этим поделать я не мог.

Ну уж в своей конторе я развернулся! Со средним танком, вроде все ясно, как заядлый игрок, способный спустить в казино все, до последней рубашки, я сделал ставку на новую машину Кошкина, которой, хотя бы до опытного образца, предстояло пройти длиннейшую дорогу. Кстати говоря, Кошкин помирать не собирался, уж и не знаю чем это вызвано, но выглядел он не в пример лучше, чем пару месяцев назад. Может на него так моя карма подействовала, кто знает-то? Мое желание найти хоть какое завалящее применение для тысяч наштампованных Т-37 и Т-38, с треском разбилось о скалы реальности. Корыто, оно и есть корыто, как ты его не крути. После долгих шаманских плясок, «иногда» плавающим танкам, лишенным башни и подбашенной коробки, с безжалостно выдранными водоплавательными причиндалами, была уготована участь скромных транспортеров минометов и легких ПТ пушек. Лучше плохо ехать, чем хорошо идти! Ну и пару сотен наиболее новых машин отдадут десантникам, чтоб им жизнь малиной не казалась. Зато бальзамом на душу пролились проекты легкого самоходного орудия и самоходного миномета на шасси Т-26. Забыв о скромности и не желая довольствоваться малым, конструкторы установили на самоходку столь не любимую всеми Ф-22. Внешне машина была невероятно похожа на румынскую САУ ТАСАМ, ходовая часть, конечно, другая, а вот все остальное точнейшая копия. Глядя на эту машинку, я облизывался как кот, до отвала наевшийся сметаны. Оставалась мааааааленькая проблемка — нужно раскулачить ГАУ на пару-тройку тысяч стволов Ф-22. Какая мелочь, право. Да и самоходный 120-мм миномет, вряд ли испортит обедню.

А вот с разработкой новых легких танков, пришлось наших кулибиных завернуть. АБТУ, в моем лице, места этим машинам на поле боя не видело. Я предложил им сконцентрировать все усилия на разработке семейства самоходок на базе Т-40. Очень мне хотелось иметь в войсках СУ-76 и ЗСУ-37. Правда про то, что мощностей для производства этих машин в стране пока нет, я тактично умолчал. Почему нет? Хм… И опять я предпочел дятла в жо… эм… журавля в небе, синице в руке. В моей реальности, с началом войны большинство мощностей автомобильной промышленности было направлено на производство легких танков, самоходок и броневиков. В результате, за все годы войны советская промышленность произвела автомашин меньше, чем за первое полугодие 1941 года. Острая нехватка транспорта была покрыта за счет «помощи» союзников, обошедшейся СССР в такую копеечку, что расплатились мы за них аж в 2003 году! Получение столь «бескорыстного дара» меня совершенно не устраивало и не только по финансовым причинам. В конце концов, пожалейте техников и снабженцев, которым нужно вовремя доставить и установить детали аж на 30 (!) моделей автомашин, поступавших по ленд-лизу.

Чтобы избежать распыления сил, АБТУ предложило сконцентрировать все доступные ресурсы государства на производстве теперь уже основных боевых танков и машин на их базе, а также на производстве собственного автотранспорта. Небольшим отступлением от этого правила был Кировский завод, которому было поручено наладить выпуск тяжелых САУ и танков. Все силы автомобильной промышленности должны быть сосредоточены на доводке и развертывании производства полноприводных грузовиков и… бронетранспортеров. Советская наука и промышленность уже успела создать опытные образцы полноприводных автомобилей: двухосные ЗиС-32 и ГАЗ-63 и трехосный ЗиС-36. Однако, было одно огромное НО. Наладить серийное производство ГАЗ-63 смогли только в 1948 году. ЗиС-32 за все годы войны произвели в количестве 70–80 штук, при этом за каждую собранную машину, сборочная бригада получала премию в 2 000 рублей. А наладить выпуск ЗиС-36 так и не получилось. Вот на эти «не смогли» и «не получилось» я и сменял самоходки. Если ничего из этого не выйдет, пули в голову будет маловато… Проекты БТРов, в кратчайшие сроки подготовленные объединенными усилиями конструкторских коллективов ЗиСа и Ижорского завода, были просто великолепны. Легкий двухосный бронетранспортер, внешне точнейшая копия БТР-40, и трехосный бронетранспортер, ничуть не уступавший послевоенному БТР-152, несомненно были громадным шагом в будущее. Несущие корпуса, рациональные углы наклона брони, забронированное сверху (!) десантное отделение и, на закуску, дизельный двигатель ЗиС-Д-7. Мечта! А, забыл добавить, в моей реальности этот двигатель так нормально работать и не начал! Так что, как только мы наладим выпуск чудополноприводных машин и чудодизельного двигателя, БТРы у меня в кармане!