Вячеслав Черемухин – Неутешительная аналитика. Выпуск. 2. Pax Urbanica (страница 2)
Сейчас – все иначе. В обществе на всей планете появился запрос на перемены. И этот запрос носит социальный характер, потому что на интуитивном уровне люди понимают – дальше жить придется по-другому, а, как было до – уже не всегда хочется. Большинство склонно это видеть через призму повседневных практик – от организации рабочего времени и пространства до решения бытовых вопросов, связанных с семьей и домом. Прогрессивное меньшинство, более глобально и тонко ощущающие перемены, придавая им больший масштаб, справедливо говорит об изменениях, которые должны последовать в связи с изменениями социума в целом. Появление мыслителей самых разных направлений в такой момент – обычное явление, которого не стоит бояться. Они всегда появляются после больших потрясений. Такова история человечества. Так было всегда. Например, появлений идей классических консерватизма и либерализма были напрямую связаны с ужасами Французской революции, а Эдмунд Бёрк писал о сохранении устойчивых элементов прошлого как раз боясь повторения французского опыта. Идея перемен для будущего (пусть уже и не встречающая оптимизма у большинства) нашла свою благодатную почву среди интеллектуалов. Именно об этом и говорили руководители Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ) Теодорос Гебреисус и Организации Объединенных Наций (ООН) Антонио Гуттериш в начале пандемии, голося «мир не будет прежним». Ситуация поиска будет определять наш мир неопределенное время.
Реанимация города в связи с этим идет медленнее. Экономически города способны быстро вернуться в период медленного развития, достигнув для себя показателей до периода изоляции, когда бизнес понес больше всего убытков, достаточно быстро. Однако, психологически реанимация идет гораздо тяжелее, но в зависимости от возраста горожан. Более осторожны и вместе с тем более привыкшие к пандемии молодежь и пожилые люди мечтают о разном, но схожем – о мире без ковида, но одновременно о безопасности, которая будет окружать каждого из нас. Неудивительно поэтому, что большая часть молодежи по опросам весьма не против ношения уже ставших привычными масок. А вот люди среднего возраста напротив – неуклонно стремятся вернуться в обычные условия проживания. По ним пандемия ударила больнее всех. И это не удивительно, потому что они главные участники и наибольшая группа трудоспособного населения.
Однако интеллектуальная элита, своим центром избирающая именно город, реанимировалась быстрее самого города и его жителей. В магазинах появляется большое количество новых сборников статей и журналов, книг и брошюр. Все пытаются переосмыслить себя и пандемию. Этот вал литературы, нередко весьма низкопробный, сам по себе характерен – обсуждение глобальных социальных проблем выходит в общественное пространство. Рефлексия о нас и пережитом нами – нормальное состояние человеческого разума, который привык жить «задним умом». В интеллектуальном дискурсе произошла смена нарративов и предмета постоянного внимания.
И все сказанное нами – явления городские – от экономики до изменения социальных практик. И в этой связи хочется назвать труды и сборники, на которые думающим людям следует обратить свое пристальное внимание. Их всего два (хотя печатается гораздо больше) – «Прощай, Covid?» (Издательство Института Гайдара, 2020), написанный еще во время первой волны пандемии в России, и «”Черный лебедь” в белой маске: аналитический доклад НИУ ВШЭ к годовщине пандемии covid-19» (Издательский дом ВШЭ, 2021), в котором сделаны промежуточные выводы о том, что произошло с миром и нами за прошедший год.
Представленный тремя статьями этот сборник исторический и урбанистический. Мы говорим о городе в трех его ипостасях – микрокосме военных поселений начала XIX века и дебатах о нем, интеллектуальном центре Юга России – Харькове в годы Гражданской войны столетней давности, испытывавший эпидемию тифа, и об изменении городского ландшафта сейчас – о Москве и процессах, которые меняют пространство нашей столицы и провинциальных городов.
Все это – города. Вчера, сегодня и завтра.
Как никогда проблемы урбанизаций приобрели свою актуальность. Поэтому нам, как специалистам-гуманитариям, крайне важно изучить эти явления, касающиеся каждого сейчас, как аналогичные процессы касались каждого всегда.
Вячеслав Черемухин
31 мая 2021г.
Эльмира Полатханова. Граф Алексей Аракчеев и военные поселения: дебаты историков
Первой яркой ассоциацией, связанной с деятельностью графа А.А. Аракчеева является события и мероприятия, связанные с устройством военных поселений в Российской империи. Историк О.В. Матвеев писал в своей диссертационной работе, что «Аракчеев и военные поселения в отечественной историографии стали почти синонимами, что не совсем верно»1. С одной стороны, сложившиеся впечатления и мнения у современников, ставшие частью историографии вопроса, подчеркивают роль графа в реализации данного проекта. С другой стороны, рассматривая графа как государственного деятеля и исполнителя решений монарха, речь идет о новой государственной задумке императора Александра I.
Действительно, организация военных поселений, начавшаяся еще в 1810 году, представляла собой масштабный государственный проект в эпоху правления императора Александра I и стала воплощением эпохи. Изучение данной проблематики позволяет не только рассмотреть взгляды самого императора Александра I на выбранный курс преобразований, но и выявить острые противоречия и общественно-политические процессы государственного строя первой трети XIX века.
Следует отметить, что тема военных поселений была актуальна во все периоды нашей истории. На каждом этапе определялись акценты на ту или иную сторону военных поселений, но имя графа никогда не сходило ни с уст современников, ни с текстов исследователей. При этом так и не изучена до конца роль графа А.А. Аракчеева в управлении военными поселениями в контексте государственной деятельности императора Александра I и эпохи в целом. Подчеркнем, что в периоды дореволюционной и советской историографии историки обращались к вопросу учреждения военных округов, как «темным пятнам» правления императора Александра I и его временщика А.А. Аракчеева.
Первые попытки рассмотреть историю организации военных поселений и ее внутреннюю структуру, вплоть до установления даты появления первых поселений, отражены в трудах дореволюционных историков. Среди них: А.Н. Петров2, Н.В. Путята3 и Г.Н. Александров4. В основном, исследователи сосредотачивались на причинах введения военных округов, хозяйственно-экономической стороне поселений. Кроме того, авторы давали в целом оценку данного проекта. Отметим, что помимо использования воспоминаний и мемуаров, дореволюционными историками был введен большой материал архивных источников.
Что касается изучения роли графа А.А. Аракчеева в управлении военными поселениями в дореволюционной историографии, то современный историк К.М. Ячменихин отметил односторонность в суждениях предшественников. «Определенную субъективную роль в этом вопросе сыграла односторонняя оценка военных поселений современниками, исходившая в основном из оценки личных качеств и деятельности их создателя – А.А. Аракчеева», – говорит исследователь5.
В советское время военные поселения воплощали в себе пример классовой борьбы поселян6 и государственной реакции7. На наш взгляд, не следует только видеть в советской историографии штампы и политическую конъюнктуру. Однако при этом отмечается власть образа жестокого реакционера и временщика.
Так, советский историк А.В. Предтеченский видел глубину проблемы в обстановке эпохи и назревавших внутренних противоречий: «советская историческая наука не может в характеристике военных поселений исходить из субъективного ощущения того зла, какое причиняла народным массам политика Александра I и Аракчеева. Это зло должно быть принято во внимание исследователем, руководствующимся марксистко-ленинским методом, но исходным моментом в его построениях оно быть не может»8.
Из этого следует, что предстояла обширная работа в исследовании как внутренних проблем Российской империи, так и политики императора Александра I. При этом многие вопросы остались неразрешенными – не изучены самые разные аспекты истории военных поселений. Не всегда проблемно рассматривался такой немаловажный аспект, как жизнь и быт поселенцев, вопросы образования в военных поселения и многие другие сферы деятельности.
Некоторые исследования начала 90-х гг. XX века, казалось, освобожденные от влияния политики, носят описательный характер, повторяют известные положения прошлых лет и даже носят фактические ошибки9. Так, историк К.М. Ячменихин, освещая подробно обзор литературы данного периода, писал, что работы представляются «преимущественно компиляцией ранее изданных работ и сводятся к частностям, оставляя проблему открытой»10.
В свою очередь важно подчеркнуть вклад в современную научную литературу следующих историков, как К.М. Ячменихина, Т.Н. Кандаурова, А.Ю. Коваленко, В.К. Ячменихина. В данных работах используются новые подходы и публикуются малоизученные материалы, позволяющие глубже рассмотреть сущностные вопросы создания и быта военных поселений и выявить новые проблемы и противоречия в этом масштабном государственном проекте.