Вячеслав Белогорский – Несгибаемый (страница 41)
Над головой затрещали перила. Посыпалась мелкая крошка. Трещина в стене от окна расползалась в разные стороны, предупреждая, что скоро рухнет. Всё это происходило в течение нескольких секунд.
Понимая, что тут больше находиться нельзя, я рванул вниз. Лестница под ногами задрожала, ускоряя мой темп. Сверху раздался рёв покорёженного металла – лестница скложилась словно карточный домик. Прибавив скорости, я уже прыгал в темноте через ступени, чувствуя, как рвутся мышцы ног.
Барри так и стоял прикованный к двери, держал в руках свой фонарь и светил мне прямо в лицо. Грохот уже стоял такой, что закладывало уши.
Твердила система. На последних ступеньках лестница всё же ушла у меня из-под ног, и я кубарем скатился вниз. Сознание отключилось, словно кто-то опустил рубильник питания. Я вырубился.
⁎⁎⁎
Звон в ушах перекрывал системное оповещение противным писком. Где-то издалека раздавались чьи-то голоса, которые то удалялись, то приближались. Рядом кто-то стонал. Гримби надрывно лаял. Все звуки смешались в единый гул.
— А если твой хозяин умер? – звучал чей-то глухой голос так, словно я находился под водой.
«Малой знать, Бэл жить», – твердил ему в ответ гримби, только вот собеседник, кажется, его не слышал, потому что снова и снова повторял одно и тоже.
— Я говорю тебе, отойди! Эта сволочь скорее всего мертва. Так головой об стену приложиться, – голос говорящего звучал крайне недовольно. – Посмотри, где мы из-за него: выход завален, на поверхности полно пустошников, дверь заперта, и единственную консоль управления твой тупой хозяин пробил головой!
Мои мысли, словно сонные мухи, еле шевелились, пытаясь уловить суть происходящего. Кажется, стон, слышимый мной, издавал я сам.
Повторила система. Понятия не имею, что такое коллизия. Слово вроде знакомое, но значение не припоминаю. Колизей помню, кажется, это арена такая, Артон что-то говорил про неё.
Я почувствовал, как шершавый язык гримби начал старательно вылизывать мне щеку. Не то чтобы это было неприятно, но от неожиданности я дернулся, и резкая боль пронзила каждую клеточку тела.
— Смотри-ка? Ещё дергается. Может, это конвульсии? – спросил мужской голос.
Всё никак не могу вспомнить, кому он принадлежит. Напрягаюсь, постепенно вспоминаю, как летел в темноте сбитый с ног ударной волной. А до этого мы с гримби, кажется, спустились в подвал. Потом была запертая дверь. Потом мы увидели Барри. Точно, этот голос принадлежит Барри.
Я открыл глаза, и первым, что смог разглядеть в темноте, был бетонный пол. Я лежал на животе лицом вниз. Попробовал приподняться. Вокруг всё поплыло, но это было терпимо. А вот то, что у меня были скованы ноги, стало сюрпризом. Значит, обломки лестницы всё же меня задели.
Напомнила о себе система. Однако мне было не до неё, и я только отмахнулся, не вникая в слова приятного женского голоса. Малой заскулил, крутясь рядом со мной. Попробовал перевернуться на спину. Не получилось. Ноги сдавило каменными глыбами, и свет, бьющий мне в лицо, никак не давал разглядеть полную картину. Барри как назло светил своим фонарем мне прямо в глаза.
— Убери, – буркнул я, прикрываясь рукой.
Вояка, хмыкнув, зло пробурчал:
— Живой все-таки, – но фонарь убрал, как раз подсвечивая завал на моих ногах.
Мда… Картина не вселяла оптимизма. Нижняя часть бетонной лестницы придавила ноги почти до колен. Усугубляла положение ещё и целая куча мелких осколков на моей спине.
«Малой поможет», – услышал я голос гримби, и зверёныш начал лапами сгребать мелкие камни на пол. Барри вальяжно подошел ко мне, присаживаясь на корточки и заглядывая в глаза:
— Ну что, герой? Какова пыль на вкус? - язвительно произнес он.
Отвечать, мне не хотелось, тем более, что гримби тут же подскочил к вояке и зарычал, оголив белоснежные клыки.
— Тише, тише! – подняв руки и чуть не отпрыгнув назад, бросил Барри, косясь на зверя, – может, я хочу помочь?
— Если хочешь, так помоги. Не стоит себе отказывать! – голосом человека, делающего одолжение, сказал я, глядя на Барри.
Тот поежился от моего предложения, кивнув на гримби:
— Пусть тебе твой зверь помогает, – буркнул он, садясь к стене. – Тем более мы всё равно тут все сдохнем. Какая разница как.
Фонарь Барри положил на пол так, чтобы следить за нами. Я особо и не рассчитывал, понимая, что друзьями мы точно не станем. Однако нужно было что-то делать. Ног я почти не чувствовал, а вот боль постепенно нарастала, и хотелось бы понять почему.
Малой старательно скидывал мелкие обломки камней с моей спины, так что мне удалось немного развернуться и помочь зверю. А вот с лестницей дела были плохи. Сама конструкция упала наискось, так что правая нога была полностью завалена частью бетона. Впрочем, вторая была свободна, но из нее торчал ржавый прут арматуры.
«Малой поможет», – повторил гримби, подойдя к задранной части лестницы и подставляя под неё спину. Поняв, что зверь хочет приподнять часть лестницы, я тут же его остановил:
— Подожди, Малой, – собравшись с духом, обратился я к зверю, – поднимай по чуть-чуть. Понял? – я боялся нового обвала.
«Понял», – донесся его ответ. Следующие минуты я боролся с болью, стараясь не отключиться. И всё-таки мне удалось вытащить ноги, подтянувшись на локтях вперёд. Кровь хлынула с новой силой, сквозь потревоженную рану. Пока я думал, чем можно её перебинтовать, к моему удивлению, кровь остановилась.
Меня этот факт привел в замешательство. Я пригляделся, заметив странные черные нити связывающие мышечные ткани между собой.
— Что это? – удивленно спросил самого себя.
Однако система, видимо, решила, что вопрос был обращен к ней, и тут же выдала новое сообщения грубым мужским голосом:
Погоди ты со своей авторизацией. Ответа я не удосужился. И хотя нити связывали мышцы, останавливая кровь, но собственная ткань не нарастала. Значит, всё-таки это не регенерация, а лишь слабая её замена. Я осторожно подвигал ногой. Малой, наблюдавший за мной всё это время, внимательно обнюхал ногу и вопросительно посмотрел на меня.
Боль в левой ноге прошла и при движении особого дискомфорта не вызывала. Только легкое покалывание изредка напоминало о ране. Вторую ногу я не чувствовал до тех пор, пока кровь не начала наполнять пережатые сосуды. Вот тут-то и началось веселье.
Казалось, её проткнули тысячи игл. Я судорожно растирал мышцы, стараясь побыстрее разогнать кровь по венам, дабы унять эту непрекращающуюся боль. Наконец, она начала утихать, и я смог немного расслабиться.
Барри всё так же сидел возле стены, не предпринимая никаких действий. Малой, словно заботливая мамаша, обнюхал все мои раны, и, убедившись, что я не умираю, улегся рядом со мной. Какое-то время я лежал с закрытыми глазами, приходя в себя и, кажется, даже ненадолго задремал, пока меня не разбудило новое уведомление от системы.
Произнес женский голос, и тут же ему в унисон добавил мужской:
Очнувшись, я столкнулся взглядом с Барри. Он по-прежнему сидел на своём месте, только вот его глаза неотрывно смотрели на меня. В руках он держал охотничий нож.
— Барри, может объяснишь мне, когда я тебе на хвост наступил? – вояка вздрогнул.
Сделав вид, что отрезает нитку на рукаве, он убрал нож в голенище сапога, а потом только вернулся к моему вопросу:
— Много чести общаться с тобой!
— Нам всё равно придется. Кто знает, сколько мы тут проторчим? – однако Барри еле слышно буркнул что-то себе под нос и, устроившись поудобнее, снова закрыл глаза.
«Ну и фиг с тобой, – подумал я, – мне хватает своих проблем, чтобы ещё пытаться травить чужих тараканов». Кстати, насчёт проблем. Уведомление системы начинало нервировать.
«Как пройти идентификацию?» – спросил я систему.
Странно. Раньше система такого не требовала. Почему же сейчас всё изменилось? Ну хорошо.
«Я не знаю никаких логинов и паролей», – система молчала и мне уже казалось, что ответа не будет, но вдруг я получил новое сообщение:
Далее перед глазами появился целый список методов идентификаций и единственный, который мне подходил, – «Биометрический».