Вячеслав Белогорский – Несгибаемый (страница 22)

— Я знаю тебя всего два дня и все больше убеждаюсь, что ты не так прост, как хочешь казаться, – сообщила мне девушка, - и твой гримби тоже не так прост. Кстати, у него есть имя? – спросила Карэн, кивая на рыжего зверька, спокойно шедшего рядом с моей лошадью.

— Я еще не придумал.

— Как это - не придумал? – удивилась она. – Ему уже где-то месяцев пять, и он до сих пор без имени?

Решив скрыть, что я подобрал гримби совсем недавно, быстренько придумал подходящую причину:

— Я хотел дождаться, когда он сможет наладить со мной ментальную связь, вот тогда-то мы вместе придумаем ему имя.

— Первый раз о таком слышу: что бы гримби сам выбирал себе имя.

— Всё когда-то бывает в первый раз, – улыбнулся я девушке.

Внезапно Карэн замолчала. Её взгляд на время померк, а потом она произнесла напуганным голосом:

— Отец не сможет нам помочь. Придется рассчитывать только на свои силы.

— Что случилось?

— В городе бунт, но я так и не поняла, кто бунтует.

В этот момент нас догнал один из солдат нашего немногочисленного отряда, взяв под уздцы спокойную лошадку девушки:

— Госпожа Карэн, есть предложение!

Мы остановились внимательно, слушая воина.

— Может, нам пойти в поселение? – предложил он, глядя на нас.

— Зачем? – запротестовала девушка.

Воин, немного замявшись, сначала с сомнением, а потом собравшись с мыслями спокойно сказал:

— Дело в том, что в городе сейчас не безопасно!

— Это мне уже и так сообщили. Ты сомневаешься, что мой отец не сможет подавить какой-то там бунт? – раздражённо заявила Карэн.

— Не в этом дело! – возразил воин, – В поселении, нет чипированных людей.

— И что?

— Бунтуют драгеры!

— Как драгеры?! – от такой новости у девушки задрожали руки.

— Они ни с того ни с сего все одновременно вскочили и стали нападать на людей. Складывается впечатление, что они кого-то ищут, но никак не могут найти.

Глава 12

Марк и Эйла, шедшие в самом начале нашего отряда, вдруг подали знак остановиться, и легкой рысцой направились к нам. По их выражениям лиц я понял, что ситуация в городе с каждой минутой ожесточалась.

Видимо, они получали сообщения от близких или друзей, а возможно, и от вышестоящего руководства, так как оба состояли на службе. Только я оставался в неведении и не понимал, что в конце концов происходит.

— Карэн, – взволнованно заговорил Марк, – нам нельзя сейчас возвращаться в город!

Эйла согласно кивнула головой, подтверждая слова Марка.

— Но почему? – запротестовала Карэн.

Марк, должно быть, хотел продолжить, но Эйла жестом остановила его:

— Карэн, у тебя на руках брат. Он очень болен и слаб. Тебе стоит сейчас в первую очередь позаботиться о его здоровье. И еще шесть раненых воинов также ждут от тебя поддержки.

Воин, что первым предложил Карэн повернуть в посёлок, согласно закивал, соглашаясь со словами Эйлы.

— Вы тоже считаете, что нам стоит отправиться в посёлок? – спросила Карэн у Марка и Эйлы.

В ответ оба кивнули:

— Посуди сама, – спокойно сказал Марк, – процент зараженных в городе сейчас превышает половину населения. Все врачи будут заняты только ими. Да и неизвестно, удастся ли их вернуть хотя бы в прежнее состояния.

— Думаешь, это из-за нового лекарства? – упавшим голосом спросила Карэн.

— Возможно! Не знаю! Но безопаснее всего сейчас будет в поселении, – добавил Марк.

Карэн спустилась с коня, отдав поводья стоящему рядом воину, и отошла от нас на некоторое расстояние. Я было дернулся следом за ней, но Эйла, как заботливая сестра, остановила меня:

— Оставь! Ей надо подумать. Очень сложно оставить своих родных, когда им так требуется помощь.

— Кто у неё там? – спросил я Эйлу.

— Мать, – ответила девушка-воин, – одна из первой волны заражённых.

Я понимающе кивнул. Карэн, оперевшись спиной на скалистую поверхность, долго смотрела вдаль рассеянным взглядом. Сложилось впечатление, что она всё это время с кем-то советуется через систему.

Выражение её лица постоянно менялось от негодования до полного отчаяния. Вскоре девушка, всё же приняв какое-то решение, уверенной походкой пошла в нашу сторону.

— Так, – заявила девушка, всматриваясь в наши лица, – хорошо - едем в посёлок.

Подкорректировав маршрут, наш отряд снова тронулся в путь. На этот раз Эйла ехала рядом со мной, и я решил воспользоваться случаем поговорить с девушкой, пока Марка не было рядом:

— А вы давно знакомы с Карэн? – спросил я, решив завести разговор издалека.

— Мы познакомились ещё в медицинском, во Власо, – сообщила Эйла, – она была самой лучшей на нашем потоке.

Название города Власо мне тоже было знакомым. Создавалось впечатление, что наши миры были похожи, как близнецы. Только вот в какой-то момент их пути разошлись, но они снова и снова пытались повторить друг друга. Например, взять тот же Лочлэнд. Оба города сгорели совсем недавно, с разницей в тридцать лет.

Да и Медицинский Университет Власо в моём мире был самым крупным и самым престижным. Чтобы поступить туда, нужно обладать хорошими связями и знаниями, а закончить - ещё сложнее. Я подразумевал, что в этом мире было практически также.

— Потом я осталась практиковать во Власо, а Карэн вернулась на родину, – продолжала рассказывать Эйла. – Мы снова встретились десять дней назад, когда была закончена разработка нового лекарства для драгеров. Каждый раз, когда появлялось экспериментальное лечение, она, как одержимая, неслась получить его, отдавая последние накопления.

— Это из-за матери? – предположил я.

— Да! – подтвердила девушка, – Карэн ни за что не бросит искать лекарство. Кажется, она готова пойти в самое пекло, лишь бы вернуть свою мать.

Вспоминая мрачные глаза лорда Тарнонда, провожающего нас с оружейной башни, и непомерное счастье на лице Дирка, когда странная сущность сулила ему все блага рая, в том числе вернуть маму, я сделал вывод, что когда-то их семья была счастлива. И теперь каждый старается внести свой вклад, чтобы снова стать одной большой семьёй.

Для меня такие отношения оставались загадкой. У меня никогда не было семьи или что-то похожего на семью в том понимании, в котором мы все привыкли это осознавать. И я никогда не стремился её создать.

Возможно, я просто не задумывался об этом. Очаровательная Линда неоднократно намекала мне на замужество ещё до того, как я убежал из своего посёлка с маленьким ребёнком на руках.

А возможно, у меня просто на это не было времени. Тот мой поступок перечеркнул всё, чего я достиг, забрав три года жизни. А в свете сегодняшних событий у меня осталось смутное предчувствие, что это далеко не конец.

Эйла зачем-то рассказывала мне про то, какая Карэн замечательная девушка и как все мальчишки в университете ухлестывали за этой неприступной отличницей, а мои мысли тем временем улетели, вернув к событиям сегодняшней ночи.

Этот файл не являлся вирусным. Он вносил обновление в операционную систему нейрочипа. А значит, тот, кто его написал, имеет более широкий доступ к редактированию самой операционки.

Шансы на то, что после даунгрейда исчезнут все следы полученного файла, вполне велики. Но пока Дирк не проснётся, выводы делать рано. Также меня настораживало, что файл был получен Дирком именно в тот момент, когда мальчик был в полном отчаяние. Как будто сама система предлагала ему выход из сложившейся ситуации.

— А в чем заключается лечение? – перебил я девушку, поющую дифирамбы Карэн.

Эйла от неожиданности такой быстрой смены разговора даже растерялась:

— А-а-а, э-э-э, – замялась девушка, – как бы тебе это объяснить? Конечно же, мы сначала должны удалить файл, – авторитетно произнесла Эйла, – а потом подобрать химический состав, чтобы нормализовать работу гипоталамуса. Эта такая часть мозга, которая отвечает за работу гормонов в организме человека, – пояснила девушка.

Ага, они тоже пришли к выводу, что идет нарушение гормонального фона. Вот только импульс, исходящий от чипа никуда не делся. А химический состав может подавить этот импульс лишь на некоторое время.