Вячеслав Белогорский – Несгибаемый. Во власти системы (страница 8)

Время тянулось день за днем, и постепенно я стал привыкать к обычной жизни. Я даже стал иногда мечтать о том, чтобы купить маленький домик в Тарнонде или ещё где-нибудь, где захочет Эйла, а самому поселиться поблизости, чтобы каждый день их навещать, глядя, как растёт дочка Марка.

В один прекрасный день Эйла вышла из своего заточения. В её глазах был заметен слабый луч надежды. Возможно, это из-за того, что уже подходил срок, и я радовался, что девушка наконец ожила.

— Принесёшь мне пирожных из лавки Морауса? – как-то раз попросила она меня.

Я, довольный её переменами, сорвался на другой конец города, скупив практически всё, что там продавали. Потом летел обратно и представлял её удивление всем сладостям.

И всё же какая-то странная тревога затаилась в моей душе. Быть может, именно она подгоняла меня поскорее вернуться обратно. В голове почему-то всё чаще всплывали слова Марка: «Спаси её, Бэл. Спаси, Эйлу».

— Тебе пришло сообщение от Карэн, – произнесла система, когда я уже подходил к больнице.

— Принять, – сказал я, удивленно вчитываясь в текст.

Это было первое сообщение от девушки за такой долгий период, и, честно говоря, у меня вдруг появилась надежда.

— Где ты?

На душе немного потеплело.

— Я возле больницы, – ответил я девушке через систему.

— Эйла с тобой?

Эйла? А что с ней? Я замер, вспоминая, что оставил с беременной девушкой Малого. Если Карэн ищет Эйлу, значит, её нет в палате. Может она вышла прогуляться? Последнее время она любила много гулять. Тогда нужно просто спросить гримби, где Эйла.

Я обратился к Малому. Некоторое время гримби мне ничего не отвечал. Мне уже начало казаться, что завернёшь меня не слышит, но потом я услышал очень слабый голос: «Малой в горах. Малой там, где встретил Бэла»

Ничего не понимая, ещё раз переспросил: «Где вы, Малой?». Мне снова пришел очень слабый ответ: «Малой в горах. Малой там, где встретил Бэла». В этот момент я увидел, как Карэн выходит из больницы. Окликнув девушку, я тут же поспешил к ней.

— Эйла ушла! – взволнованно произнесла Карэн. – Она сказала мне вчера, что знает, как вернуть Марка.

Вот тут-то пазлы в моей голове сложились. Эйла ушла в храм Хаоса. Именно там есть слабая связь с параллельными мирами. Оттуда пришёл я, и об этом знал только Марк, а теперь ещё и Эйла.

Марк умер в мире Нэвир-орбис, но, возможно, живет в других мирах. Сунув пробегающей мимо девчушке огромный пакет со сладостями, я объяснил Карэн в двух словах, что на самом деле произошло. Как ни странно, девушка сразу меня поняла, и мы вдвоём рванули в сторону гор.

Когда мы подъезжали к развалинам храма, небо уже было усеяно звездами. Мелкий дождик слегка начинал накрапывать, а проплывающие неподалёку тучи грозились перейти в продолжительный ливень. Мы застали Эйлу сидящую на том самом камне, рядом с которым когда-то сидел я, прислонившись к нему обожжённой спиной.

Она сидела неподвижно, глядя на восходящую луну. Малой лежал возле её ног.

— Эйла, – позвал я девушку. – Что ты тут делаешь?

Она не ответила, и даже не пошевелилась, продолжая сидеть словно статуя.

— Эйла, пойдём домой! – гладя по спутавшимся волосам, предложила Карэн.

Девушка подняла свои зелёные глаза и, словно завороженная, пробормотала:

— Я смогу его вернуть!

— Эйла, – пытаясь успокоить девушку, сказал я, – мы вернём Марка, но немного попозже. Ты же хочешь родить здорового ребёнка? Помнишь, – стараясь взывать к материнским чувствам, спросил я девушку, – мы говорили с тобой, как ты назовешь дочку. Ты уже придумала ей имя?

Девушка улыбнулась мечтательно, и ласково произнесла:

— Её зовут Аника.

Я невольно дернулся, услышав знакомое имя. Яркая голубая стрела молнии полыхнула между нами, и Эйла исчезла.

Я стоял, пораженный произошедшим, и наконец-то вспомнил, на кого была похожа Эйла.

— Нет… – тихо произнес я.

Глава 5

Я стоял, окруженный бесконечным потоком воды, и не мог понять, что происходит. Мир вокруг меня казался чужим, словно я совершенно в другом измерении. Я пытался вникнуть в суть происходящего, но все мои мысли и чувства были затуманены. Просто стоял и наблюдал, как мир вокруг превращается в серую массу.

Сегодня Эйла была одета в то самое платье, в котором я впервые увидел её в посёлке. Я вспомнил, как она, тяжело дыша, шла к жертвенному камню, прося прохожих о помощи. Как люди обходили её стороной, окидывая безразличным взглядом.

Я вспомнил всё. Вспомнил, как услышал первый крик Аники, держа её на руках. Как улыбалась Эйла, когда я поднес к ней дочку. Ее глаза светились счастьем и любовью. И как она тихо умерла, словно просто уснула, закрыв от усталости свои изумрудные глаза.

Карэн горько рыдала, еще больше этим разрывая мне сердце. Она сидела на коленях, сложив руки на груди, словно молясь этому холодному камню, на котором только что сидела Эйла. Я подошёл к ней, осторожно обнимая за плечи, и девушка бросилась ко мне в объятья.

Я успокаивал её как мог. Гладил по спине, по волосам, но мои мысли были далеко. Они были с Эйлой. На мне висела вина за смерть Марка. А теперь я не смог спасти его любимую. Неслышно подошёл Малой. Он ткнулся своей мордой мне в щёку, слизывая капли дождя. Я обнял и его, зарывшись лицом в рыжую шерсть. От гримби пахло мятликом.

— Через двадцать восемь часов портал снова откроется.

— Через двадцать восемь часов портал снова откроется, – сказала Карэн в один голос с системой. – Я знаю, что ты всё равно пойдешь, как бы я тебя не останавливала. Только обещай мне, что ты обязательно вернёшься!

Я заглянул в её карие глаза, аккуратно убирая прилипшие волосы с лица.

— Откуда ты знаешь? – тихо спросил я девушку.

Она не ответила, снова прижавшись ко мне всем телом. Я бы хотел её поцеловать, но не знал, как она к этому отнесется. Да и зачем дарить друг другу надежду, ведь Карэн права. То, что я пойду за Эйлой, я знал уже в тот момент, когда она исчезла, но никак не мог сказать, вернусь ли я обратно.

Лэвир-орбис слишком жесток. В нем правят Великие. Простой смертный для них всего лишь грязь под ногами.

— Ты не вернёшься, – прошептала Карэн мне в грудь, а я сделал вид, что не услышал её слов.

⁎⁎⁎

Двадцать восемь часов. Я проводил Карэн обратно в Тарнонд, поцеловал её в лоб, сказав на прощанье: «Будь счастлива». Она не ответила. Молча кивнула и ушла не оглядываясь.

Забрав свои вещи из больницы, я решил навесить Гордона. Мы пили всю ночь, но я не хмелел, а на утро просто вырубился от усталости прямо в лавке торговца. Очнувшись к вечеру, Гордона я не застал. Поэтому мы с гримби ушли, так и не попрощавшись.

Развалины храма встретили нас пронзительным ветром, который угрюмо подвывал и подбрасывал мелкую пыль прямо в лицо. При свете заходящего солнца холодный камень показался абсолютно обычным, и лишь руна Хаоса зловеще выделялась на нём.

Я положил цветы, собранные прямо тут, в расщелине, на могилу старухи и принялся ждать, прислонившись к камню спиной, обняв для надёжности зверёныша и, кажется, задремал.

Проснулся я от нестерпимого жара полыхающего вокруг меня жертвенного пламени. Под самым сводом огромной пещеры сидели, раскинув свои крылья, гарпии, готовые в любой момент броситься на нас.

— Малой, – потрепал я животное, протягивая руку к мечу.

Зверёныш сразу очнулся и вскочил на четыре лапы, готовясь к бою. Я встал, наблюдая, как огонь начинает медленно гаснуть, пропуская нас вперед. Гарпии с тихим шелестом тут же планировали вниз, обдавая нас теплым ветром от размахов мощных крыльев.

Я сделал шаг вперед, приготовившись в любой момент дать отпор. Однако их жрица не высказывала неприязни. Она спокойно подошла, склонившись перед нами на колени, и благоговейно опустила голову.

— Хаос закончил свой виток и начал новый! – прошипела она, протягивая мне тонкий кожаный шнурок с привязанным к нему прозрачным камнем, переливающимся лёгким светом.

Я удивленно уставился на него. Точно такой же камень я подарил когда-то Анике. И точно такой же нашёл в пещере старухи.

— Что это? – спросил я гарпию, не решаясь протянуть руку к её подарку.

— Камень душ, – с лёгким свистом произнесла жрица, не поднимая своей головы.

— Возьми его , – вдруг вмешалась система, и я решительно протянул к нему руку.

Отдав камень, жрица так и осталась стоять на коленях передо мной, не опуская протянутых рук. Я опасливо поднес его к глазам, но никакой слабости или голосов, как в прошлый раз, я не почувствовал.

— Отдай ей кинжал, – снова сказала система.

Удивившись её словам, я потянулся к кинжалу, так и висевшему всё это время у меня на шее. Жрица благодарно приняла его, прижав к белоснежной груди. «И всё же какие красивые создания», – подумал я, разглядывая человеческую часть гарпии с изящными формами. Кажется, система ехидно фыркнула у меня в голове.

Обойдя меня стороной, гарпия величественно прошествовала к жертвенному камню и аккуратно положила кинжал на холодный гранит, потом вернулась обратно. Пламя вспыхнуло и снова погасло, принимая в себя очередную жертву.

— Кинжал вернулся в Нэвир-орбис? – спросил я систему, однако на этот вопрос мне ответила жрица.