Всеволод Цагараев – HOMOPIUS (страница 2)

На четвертом месяце беременности мамы ко мне впервые стали проникать извне первые звуки, в том числе и музыкальные. На шестом месяце беременности я мог шевелить головкой в ответ на включенную музыку, голоса или шум. А к последним месяцам беременности я смело различал голос мамы, вне зависимости от того, напевала она какие-либо мелодии или просто разговаривала.

Доказано – музыка повышает интеллект ребенка, звуковая стимуляция ускоряет созревание мозга, а “эффект Моцарта», заключающийся в том, что дети, слушающие музыку Моцарта во время дородового периода, повышают творческие и когнитивные способности. Музыку часто называют идеальным инструментом для укрепления связи между матерью и ребенком. Музыкальная терапия во время родов повышает толерантность к боли, увеличивает активность внутренних органов, а также сокращает продолжительность родов… Об этом и многом другом ни на минуту не забывалось.

И еще, cуществует множество клинических доказательств того, что материнская тревожность, депрессия и стресс, связанные с жизненными событиями во время беременности, влияют на развитие ребенка. К этим проблемам примешивалось и сильное беспокойство моей мамы из-за разрыва отношений с моим папой, несмотря на то, что было решено о нем забыть. Периодически возникали и другие проблемы , но мамин помощник всегда был рядом и решал эти и другие проблемы. Музыка, как лекарь, всегда была на первом месте.

И последнее; чтобы маму держать в тонусе, Мухаммед каждый день занимался с ней физическими упражнениями, релаксацией и не забывал йогу для беременных.

ГЛАВА II

Роды разрешились успешно. Я появился на свет 23 августа 2072 года и мама преподнесла в первый день моей жизни подарок, набор музыкальных инструментов: игрушечный барабан, погремушки, колокольчики, ксилофон и маракасы. До сих пор они находятся в моей комнате над кроватью, и я их берегу. Но не сбылось пророчество Мухаммеда, я не стал музыкантом, так как Аллах не наградил меня музыкальным слухом.

Тон моей жизни задал Мухаммед. Он где-то вычитал о том, что мозг человека в первые 1000 дней развивается крайне интенсивно, так, как никогда в другое время жизни ребенка, и подтвердил свои слова многими научными источниками. Мама заволновалась, но Мухаммед ее успокоил. «Не беспокойся, милая Лайла, -сказал он, -«мы легко решим проблемы развития и познания Азиза, но сейчас ты должна подумать о себе, своем здоровье и настроении». Слова, брошенные Мухаммедом относительно развития Азиза о первых годах его жизни, надолго засели в памяти Лайлы. Впервые она поняла, с этим шутить нельзя и стоит чаще прислушиваться к советам доброго Мухаммеда.

С первой недели после моего рождения я много спал. Отдыхала и мама. Все это время она пристально следила за мной, изучая мое поведение и слабости, приучая меня к правильному дыханию, особенно во время сна, и периодически клала меня на животик, чтобы я, поднимая головку в этом положении, приучался держать ее.

Всюду за мамой следовал Мухаммед. Его познания в области ухода за детьми не знали границ. Его возможности вести домашнее хозяйство, исполнять роль сиделки, обладать всеми знаниями медбрата, хорошо петь под собственный аккомпанемент на гитаре, рояле и прочих музыкальных инструментах, не знали предела, и все это лишь небольшая часть того, что он умел. Но для меня верхом его совершенства были полеты в пространстве, где он, превращаясь в трансформер с багажником за спиной и реактивным двигателем, взмывал ввысь и ориентируясь по навигатору, спешил в магазин, почту, рынок и другие места, в считанные минуты возвращался обратно. Сколько я просил его взять меня с собой, столько раз мне было отказано. Не помогали даже детские слезы.

Забот у мамы хватало: кормление грудным молоком и сцеживание молока, мои постоянные рыдания, казалось без всякого повода, распознавание голода, подгузники, прививки, и пр., пр., пр.

Незаметно пролетели пять недель и мама засобиралась выйти на работу. Ей необходимо было это сделать в соответствии с контрактом. Если бы я понимал, что я маму буду видеть значительно реже, я бы плакал круглые сутки. Но к счастью я ничего этого не понимал и поэтому все прошло спокойно. Маму заменил Мухаммед. Как- то незаметно вошло в привычку по вечерам собираться в комнате мамы и обсуждать вкратце итоги дня. Заканчивались эти посиделки колыбельными, которыми руководил Мухаммед. Наконец, мои глазки закрывались и он препровождал меня в мою комнату, всю ночь охраняя мой сон.

Почему я так скрупулезно останавливаюсь на этапах моей жизни и сопутствующих проблемах? Я понял, вырастить ребенка, не такая простая задача и она полностью ложиться на плечи родителей и государства. Мотивация родителей понятна – это их бесконечная любовь к своему чаду. В чем же мотивация государства и почему оно не жалеет средств для воспитания и ухода за детьми? Ответ очень простой, на каждый вложенный в ребенка доллар, ему, государству, возвращаются в 10 раз больше за их труд выращивания умных, толковых, образованных людей, способных изменять мир к лучшему. Это доказано. И как пример, подарок каждой семье чудо-робота, такого как мой Мухаммед.

Далее, если вам покажется скучным и неинтересным повествование о перипетиях моего будущего сложного взросления, не читайте эти строки, дабы не заснуть. Моя жизнь из месяца в месяц и из года в год представляла собой круговорот всяких событий, совершенно незначительных, но необходимых и интересных. Так, в свои полные четыре недели, я еще не мог играть со своими детскими игрушками, и для меня было победой хотя бы схватить игрушку, а привычка сосания большого пальца была моим излюбленным занятием. То, что мне нравилось, я непроизвольно запоминал и повторял – срабатывал рефлекс ощущений. Затем, между одним месяцем и четырьмя месяцами, процесс запоминания продолжился на те действия и поступки, которые происходили за пределами моего тела, например, однажды, потрясая погремушкой, я продолжал это делать в другое время из-за моей увлеченности этим процессом.

Впереди маячили и мамины тревоги: вакцинация от всяких болезней, правила поведения в ее машине – как и где сидеть, и не оставаться в ней одному, распознование по цвету стула состояние моего пищеварения и т. д. Жизнь частенько преподносит подарки и другого рода; лихорадку, кашель, затрудненное дыхание, рвоту. Но куда от них денешься. Главное, быть готовыми к борьбе с болезнями.

С пятого месяца жизнь мне улыбается – сыпятся на меня игрушки как из рога изобилия. Я кричу от восторга каждый вечер, когда мама и Мухаммед садятся на пол, кувыркаются и орут как сумасшедшие или запускают железную дорогу. Особенное удовольствие от соревнований по бегу на коленках мамы и Мухаммеда; я пытаюсь, но у мены ничего не получаеться; я совсем недавно научился самостоятельно сидеть. Взрослые устают, ложатся на спину и затягивают песни, длинные и мелодичные, а я ползая по их телам, пытаюсь им подпевать.

Я расту, увеличиваются мои дозы приема пищи. Мухаммед давно перешел к самостоятельному приготовлению детского питания, включая и твердую пищу. До просмотра мультиков еще очень далеко, так как Академия педиатрии пока не рекомендует из-за раннего возраста, и я довольствуюсь жужжанием пылесоса вокруг себя после каждого приема пищи, когда Мухаммеду приходится собирать остатки пищи с пола; сбрасывать все с моего обеденного столика остается пока моим развлечением. А что прикажете делать, если у меня прорезываются зубки. Хорошо, что рядом нет ничего колющего и режущего.

Мухаммед взвешивает на весах меня каждый месяц и отмечает, насколько я подрос. От этого он получает удовольствие и сообщает маме с великой гордостью. Когда мама на работе, мне не приходится скучать, я всегда занят играми за столом или на полу. После того, как Мухаммед рассказывает о сути той или иной игры, я вдохновляюсь и время летит незаметно. Но когда игра рассчитана на двоих и я проигрываю, мои слезы текут неудержимо. Утром и вечером мы, как правило, гуляем вместе наподалеку от нашего дома. Маршрут почти всегда одинаковый; сначала мы гуляем по набережной залива Золотой Рог, затем добираемся до места слияния залива с проливом Босфор и наслаждаемся живописными видами его противоположного берега, откуда начинается другая часть света, Азия, и восточная часть города Стамбула Чтобы в дороге мне не скучать, он поет, читает стихи или рассказывает сказки, всегда раэные и интересные. В конце концов я засыпаю в своей мягкой , слегка покачивающейся детской коляске.

Но иногда мне хочется его убить за нравоучения и советы, без которых как ему кажется, он не мыслит своей жизни. Так например, когда я ем, он просит жевать и глотать медленно и спокойно, или когда у меня полный рот того, что есть нельзя или не рекомендуется: изюм, попкорн, орехи, леденцы, виноград, отчего я даже один раз поперхнулся. Но ночью, когда я ворочаюсь во сне от той или иной боли и потому плохо сплю, он поглаживает мое тело и ласковым голосом говорит: «Все хорошо, Азиз, скоро все пройдет, это от того, что у тебя прорезываются зубы и ты растешь». Я успокаиваюсь и засыпаю.

Пройдут годы и впоследствии я узнаю, что в свои 8-10 месяцев я достигну интеллекта обезьяны, высшим достижением которой было и остается использование палки, чтобы добраться до банана и сьесть его. То же самое делал и я, когда, гуляя по скверу, пытался с помощью длинной тросточки приземлить воздушный шарик, неожиданно вспорхнувший из моих рук и застрявший между ветвями кустарника. Такое поведение говорит о намерении выполнить определенное действие и достичь цели. В это же время приходит понимание постоянства объектов, то есть они продолжают существовать, даже когда меня рядом с ними нет.