Всеволод Глуховцев – Рой: Битва бессмертных (страница 40)

Когда очутились в полутемном зале, поначалу снова затаились, осматриваясь. Вроде и здесь все цело, прилавки не перевернуты, витрины не разбиты, даже кассовые аппараты на своих местах.

Капитан показал рукой: берем все сохранившееся — набиваем пакеты…

Бойцы принялись за дело. Все, что не испортилось, летело в «маечки», взятые тут же, на кассе, — шоколадные батончики, чипсы, орешки, бутылки с вином и водкой, пивные баллоны и банки, рыбные и мясные консервы, тетрапаковские упаковки с соком. В дальнем отсеке набрели на коробки с кашами и макаронными изделиями. В колбасный даже не совались — запашок оттуда шел характерный.

Когда затарились, потащили все к выходу. Крикнули столовских — помогайте… Тут и выскочил один из этих уродов-зомби.

Впоследствии Подольский, вспоминая это, зло скрипел зубами: прозевал! Он, вояка из вояк, разведчик, который должен чуять все вокруг на сто метров, мимо которого и мышь не должна проскочить, — не заметил опасности! Как лох последний!..

Да разве он один? А его бойцы, все насквозь профи, — разве они что-нибудь почуяли?.. Да ничего! Эта тварь возникла, как джинн, из ниоткуда, будто посылом чьей-то злой воли.

Лохматый мужик, коренастый, длиннорукий — джинсовую куртку так и распирали тугие мышцы без малейшей жировой прослойки, — с диким ревом выскочил из двери подсобки, вроде бы уже проверенной. Да вот — плохо проверили, спецназ, мать нашу! Лоханулись на все сто, и монстр, сжимавший в лапище мясной тесак, с ходу снес голову одному из поваров, засадил лезвие второму меж лопаток. И со страшной силой харкнул в одного из бойцов — но тот успел увернуться.

Ну, тут герои спохватились, открыли огонь со всех стволов — вмиг превратили врага в решето.

— К трупам не подходить! — крикнул Валера, отдуваясь и перезаряжая оружие.

— Вот, блядь… дерьмо!.. — дрожащим голосом бормотал один из столовских, оказавшийся рядом с окровавленными телами. — Харкнул-то как, сволочь… Зачем это он?!

— Ясен перчик, чтобы заразить нас, — хмуро бросил Подольский. — Эти микробы чертовы, они у них в выделениях…

— Да?.. — пробормотал повар, судорожным движением сорвал маску, тут же его вывернуло наизнанку.

Командир велел ему отойти в сторонку и привести себя в порядок, а прочие начали грузить пакеты с продуктами в свободный грузовик.

Парень доковылял до скамейки неподалеку, сел, трясущимися руками положил респиратор, достал сигареты и закурил. Вытер рот и только тогда заметил, что весь забрызган чужой кровью. Чьей — своих товарищей или этого монстра?.. Он решил ничего не говорить начальству, а то еще затаскают в медпункт, начнут колоть ему всякую хрень…

Он выкинул недокуренную сигарету и быстро вытер руки и лицо платком. Ни он сам, ни кто другой в разведгруппе даже не предполагали, что эти несколько минут изменили судьбу сотен людей… Пока еще людей.

Вскоре машины продолжили путь.

Прикрепленного к столовке бээсника, недавно вернувшегося из продовольственной экспедиции, звали Марат. Первую ночь после поездки он никак не мог уснуть — кошмары замучили. Все виделось, будто монстр из супермаркета харкает ему прямо в лицо сгустками крови. А кровь эта вроде как кислота серная — тут же кожу разъедает. И боль, адская боль…

Он просыпался в холодном поту, потом сидел с сильно бьющимся сердцем и снова пытался задремать. А затем все начиналось по новому кругу — кошмар за кошмаром. Слава богу, на следующий день у него был выходной. Он шатался по зоне, вяло перекидывался с корешами односложными фразами. Его не трогали, уже знали, что там произошло и чего он натерпелся.

А под вечер ему стало плохо. Внезапно возникло ничем не объяснимое желание спрятаться. Схорониться от всех. Марат стибрил у дежурного ключ от автомастерской, проскользнул туда никем не замеченный, закрылся изнутри… Долго стоял, тяжело дыша, осматривался в полутьме. Отчего-то плохо соображалось. Мысли ленивыми валунами ворочались в воспаленной голове. Он поймал себя на том, что тихонько подвывает, а с губ стекает слюна.

«Бешенство! — запоздало сверкнула догадка, и словно молотом ударило в голову: — Заражен! ЗАРАЖЕН! ЗА-РА-ЖЕН, ебит твою мать!!!»

Больше стоять на ногах не было сил. Он опустился на холодный цементный пол, пополз, словно раненая собака, в дальний угол, забился туда. Сжался в комок, ибо холод начал сковывать его.

Сколько он так просидел — в каком-то забытьи, дрожа как осиновый лист на ветру, этого он не знал. Постепенно холод отступил, волнами начал накатывать жар. Через некоторое время он весь горел.

Дальнейшего он уже не понимал: как катался по полу, как бредил, бессвязно выкрикивая полную чушь. Как его несколько раз вывернуло и он мордой елозил прямо по своей блевотине. Внезапно он ощутил запах гниения и затхлости. Снова почувствовал позывы к рвоте, но внутри уже ничего не оставалось — даже капли желудочного сока.

Потом был провал. Черная ночь, бездна….

А после вернулось понимание. Импульсами, толчками пробивались слова… или не слова, а образы…

И возникло видение. Бескрайнее пространство — непонятно, то ли пустыня, то ли голая, выжженная степь. Размытая кромка горизонта смыкается с темным краем бездонного колодца неба. И оттуда, издалека приближается нечто неясное, призрачное. Колышущееся… Вот ближе. Нет, оно не колыхалось, а вертелось — быстро-быстро. Крутящаяся воронка, смерч, отсвечивающий багровыми сполохами изнутри. Смерч рос и вскоре занял все пространство. Это был… РОЙ!

Он был подхвачен, как пушинка, и втянут внутрь этого багрового смерча-роя. И растворился в нем без остатка.

— Рой, — прошипели пересохшие, растрескавшиеся в кровь губы, — это Рой. Я — рой! Мы — РОЙ!!!

Утром на смену он пришел раньше обычного. Поставил баки на огонь, принялся резать овощи. Постепенно стали подтягиваться остальные.

— Эй, Марат, — спросил его товарищ, — ты чего сегодня ни свет ни заря?

Он лишь пожал плечами.

Подошел старший повар. Работа закипела, и вскоре в баках забулькало. Дождавшись, когда все вышли покурить, повар по имени Марат подошел к плите, надрезал палец на левой руке и принялся капать кровью в густое варево, не забывая при этом помешивать. И так во все баки.

Когда вернулись остальные, он уже резал хлеб. Вид у него был сосредоточенный.

— Марат, — окликнул его старший, — ты же палец порезал, у тебя кровь течет. Иди в лазарет, перебинтуй, а то заразу еще какую подхватишь…

Он молча кивнул и неспешно потопал на выход.

Супец получился наваристым, несколько сот человек остались довольны. Начальство и спецура из пятого отряда питались отдельно…

На следующий день Подольский делал свой обычный обход территории. Такая привычка у него была с давних пор — на других надейся, а сам не плошай. Валера с детских лет усвоил одно простое правило: люди могут подвести, по-любому подведут… Поэтому рассчитывай лишь на самого себя.

Они на каждый день назначали дневальных из числа надежных, испытанных людей. Но не помешает и свою задницу оторвать от стула или кровати и проверить, все ли в порядке на зоне. Вот он и проверял…

За полчаса Валера успел обойти правую половину промзоны, далее двинулся против часовой стрелки к баракам — везде был полный порядок. Последним пунктом на пути к Управлению оставалась столовая.

Внутри столовки тоже царил порядок — даже полы блестели, надраенные бээсниками. Вот что делает с людьми осознание свободы. Если это твой дом — будешь заботиться о чистоте, если не твое — ну, тут обычно по принуждению…

Повара сновали меж дымящихся на плитах баков и разделочными столами. Старший смены, заметив начальство, приветствовал капитана. Тот кивнул с улыбкой в ответ и уже стал поворачиваться к двери, как вдруг краем глаза зацепил что-то не вписывающееся в привычную обстановку. Он притормозил, покашлял в кулак, украдкой осматриваясь. Что же такое?..

Ага! Вот оно: один из поваров уже пару минут, пока Валера находится здесь, стоит на одном месте и тупо размешивает в котле варево — механические такие движения, как у заведенного автомата. Ну, стоит себе и стоит, крутит половником — может, задумался о своем или…

Подольский громко заговорил со старшим поваром. Подошел поближе. Стал интересоваться — че там сегодня на обед ребятам? Ох ты, щец сварганили мужики! Молодцом, ничего не скажешь: щи — это дело. Дай-ка гляну…

Он приблизился к подозрительному мужику, ненароком заглянул к нему в глаза… и сразу ожгло. Едрит твою малину! Просрали, еще один!!!

Тот как будто догадался, бросил половник и устремился к выходу.

— Стоять! — заорал капитан, бросаясь за ним.

Зомбированный взревел и, расшвыряв, как пушинки, стоявших на пути мужиков, кинулся к двери.

Валера выхватил пистолет, передернул и выстрелил навскидку. Пуля пробила шею, алым фонтанчиком брызнула кровь. Зомби зарычал, но не остановился. Бабахнул еще один выстрел — вторая пуля вошла в затылок. Беглец споткнулся и рухнул навзничь. Валера подпрыгнул к нему и произвел контрольный в голову.

Твою мать! Утер со лба испарину. Еще раз посмотрел на труп, убрал оружие и скомандовал:

— Котел освободить, вымыть и прокипятить. Надеть плащи, перчатки, маски. Жмурика положить на клеенку и оттащить в мусоросжигательную. Здесь все тщательно вымыть и продезинфицировать — «Белизны» не жалеть. Действуйте!

Он быстро шел в администрацию и матерился про себя. Проморгали зараженного — а сколько их еще может быть?