Война Владимир – Отечественная война 1812 года (страница 2)
— Ваше величество, существует множество путей, — сказал Балашев.
— Например, шведский король Карл XII проходил через Полтаву.
Разумеется, Наполеон не мог не понимать, что это значит.
Визит Балашева во французскую главную квартиру не привёл к заключению мирных соглашений, и неприятельские войска вторглись в Литовские губернии. Русская армия под командованием Барклая де Толли была настолько малочисленной, что не могла противостоять Наполеону в открытом бою и была вынуждена отступить. Началась кровопролитная война, отголоски которой должны были потрясти весь мир, разрушить казавшиеся незыблемыми империи, укрепить могущество тех, кто считал себя на грани гибели, и изменить судьбу порабощённой Европы.
Глава 5: Первые дни войны.
Наполеон в Вильне Первые дни пребывания Наполеона в России были для него весьма успешными. Он всё больше убеждался в том, что сможет быстро завершить войну с Россией. В Литве проживало множество поляков, которые встретили Наполеона как освободителя. Когда французский император подошёл к Вильне, жители города радостно приветствовали его. Всюду раздавались восторженные возгласы. Польские девушки в белых платьях и венках вели под уздцы лошадь Наполеона. Представители местного университета вместе со студентами вышли встречать его и произнесли хвалебные речи. Горожане, стараясь превзойти друг друга, устраивали пышные праздники и балы в честь Наполеона.
Литовцы далеко не так дружелюбно встречали незваных гостей, как польское дворянство. Французы, останавливаясь в селах, часто обирали местных жителей. Бедные литовские крестьяне особенно жаловались на вестфальцев и баварцев, чьи полки находились вместе с Наполеоном. Крестьяне называли их «безпальцами» и «поварцами».
Наполеон провёл в Вильне более двух недель, хотя должен был быстро преследовать русских. Он считал себя полным властителем Литовского края и начал заниматься его внутренним устройством: назначил новых чиновников вместо прежних и даже думал о строительстве крепости в городе. Его приближённые полагали, что французская армия останется на зимних квартирах, и сам Наполеон однажды сказал: «Для 1812 года достаточно; остальное довершит 1813». Но вскоре он изменил своё решение и приказал войскам двигаться дальше.
Глава 6: Манифест о вооружении всего государства
Когда в главную квартиру государя пришло известие, что Наполеон вывел свои войска из Вильно и направляет их либо на Витебск, либо на Полоцк, наша 1-я армия двинулась к Полоцку. 12 июля государь подписал воззвания к Москве и манифест о вооружении всего государства. Александр Павлович призывал всю Россию ополчиться на врага. «Да встретит он в каждом дворе Лойолу, в каждом духовном Пальцына, в каждом гражданине Минина. С крестом в сердце и с оружием в руках, — говорится в манифесте, — никакие силы человеческие нас не одолеют».
Император решил посетить свою древнюю столицу. Утром 9 июля он прибыл в Смоленск. К нему сразу же явилось смоленское дворянство с просьбой разрешить вооружить и содержать на свои средства 20 тысяч войска для защиты Смоленской губернии от неприятеля. Государь поблагодарил смоленских дворян за то, что они первыми вызвались помочь отечеству, не дожидаясь приказа. Он наблюдал за войсками и обучал солдат боевым навыкам.
Затем, словно предчувствуя судьбу Смоленска, Государь пожелал осмотреть город и его окрестности. Он любовался видами и на каждом шагу восклицал: «Какой славный город! Какие виды! Какие окрестности!» Во время своего пребывания в Смоленске Государь получил известие из Константинополя о мире, заключённом Кутузовым в Бухаресте. В тот момент мир с Турцией был большим счастьем для России, так как это позволяло вернуть войска, которые вели боевые действия на Дунае.
Не помня себя от радости, Государь выбежал из кабинета, бросился на шею первому встречному в зале и сообщил ему радостную новость о заключении мира с Турцией. Человеком, удостоившимся такой чести, был городской голова, через которого эта новость была доведена до народа.
Глава 7: Александр I в Москве
11 июля Государь прибыл в Перхушково, где его встретил московский военный губернатор граф Растопчин. Император Александр, не желая пышной встречи, въехал в Москву глубокой ночью. На следующий день, в 10 часов утра, Государь появился на Красном крыльце. Зазвонили колокола, и вся площадь была заполнена московскими жителями. «Веди нас, отец наш! Умрём или истребим злодеев!» — кричали люди со всех сторон. Началось шествие Государя в Успенский собор. Народ пытался преградить ему путь, но полицейские чиновники расталкивали людей, а Государь сказал: «Не трогайте их, я пройду». Однако из-за толпы шествие постоянно останавливалось. У входа в собор его встретил преосвященный Августин с крестом в руках. В этот день должно было состояться благодарственное молебствие о мире с Оттоманской Портой; сам Император был благовестником мира.
Преосвященный Августин приветствовал его следующей многозначительной речью: «Ещё дымятся кадила на алтарях сих, ещё горят огни благодарственных молитв за славные победы, которыми Всевышний увенчал твоё оружие. И вот, наконец, гордый Оттоман склонил перед тобой побеждённую главу; на юге, покрытом тучами сражений, воссиял свет благословенного мира. Столица сия, подняв главу, покрытую славой династии, восхищается, взирая на распространение пределов России, — изумляется, внимая громам славы твоей. Россия готова воспеть хвалебную песнь Господу и тебе. Но вот на Западе поднялись бури, и ты, как исполин, идёшь на путь бессмертных подвигов и славы. От края небес до края небес твой путь. Там, среди мощных и храбрых ополчений своих, ты мечешь молнии на дерзкого врага, здесь воспламеняешь наши души любовью к тебе и отечеству. Там вы устрашаете громами, чтобы подавить злобу, а здесь пробуждаете и воодушевляете наши сердца на защиту любимой России. Там вы караете, здесь утешаете; там вы убиваете, здесь возрождаете. Государь, оружием вы победили тысячи, а добротой — тьму. Наша благодарность не имеет предела! Но ваша отеческая любовь к нам превосходит все наши чувства, усердие и признательность. Вы и над нами победитель, вы торжествуете над самими собой. Царь! Господь с вами: Он вашим голосом повелит буре утихнуть, и волны потопные умолкнут. С нами Бог! Разумейте, народы, и покоряйтесь, ибо с нами Бог!» Епископ и царь прослезились… Александр вошёл в храм, и певчие громко и стройно запели: «Да воскреснет Бог, и расточатся враги Его».
В тот же день была разослана повестка, чтобы дворянство и купечество собрались 13 июля, в 8 часов утра, в Слободском дворце. После прочтения дворянам Высочайшего манифеста граф Растопчин указал на залу, где собралось купечество, и воскликнул: «Оттуда польются миллионы, а наше дело — выставить ополчение и не щадить себя». Московское дворянство пожертвовало 80 000 человек. Купцы решили сделать общий денежный сбор, внося по известному числу рублей с каждой тысячи капитала, что составило около двух миллионов рублей. Когда Государь услышал об усердии дворян на благо отечества, он прибыл в залу и выразил свою благодарность следующими словами: «Никогда я не сомневался в усердии дворянства, но их рвение превзошло мои ожидания». Затем император Александр обратился с приветствием к купцам, которые единодушно ответили: «Готовы жертвовать тебе, отец наш, не только имуществом, но и собой». Государь был глубоко тронут; на глазах его навернулись слёзы. В тот же день он написал Салтыкову, своему бывшему наставнику: «Нельзя не быть тронутым до слёз, видя дух, оживляющий всех, и усердие и готовность каждого содействовать общему благу».
Во время пребывания Государя в Москве он получил известие от Салтыкова, что неприятель занял Митаву и переправился через Двину. Необходимо было принять меры для защиты Петербурга; для этой цели был назначен десятитысячный корпус, которому поручено занять Нарву, так как неприятель не мог пройти из Риги в Петербург иначе, как через упомянутый город. Начальником Нарвского корпуса был назначен М. И. Кутузов, недавно вернувшийся из Бухареста; ему были подчинены как морские, так и сухопутные войска, расположенные в Финляндии, Кронштадте и Петербурге. Император Александр провёл в Москве семь дней и выехал в Петербург в ночь на 19 июля.
Глава 8: Отступление русских армий
Мы оставили 1-ю армию близ Полоцка, но когда она расположилась у самого города, пришло известие, что неприятель направил путь свой на Витебск. Вследствие этого и наша армия под начальством Барклая-де-Толли потянулась туда же. 11 июля она прибыла в Витебск, куда должна была прийти и 2-я наша армия.
Солдаты 1-й армии, которым уже опротивело постоянно отступать, обрадовались, что наконец-то появилась надежда на скорое сражение, и вели себя молодцами в трёхдневных стычках с передовыми отрядами главной французской армии. Барклай-де-Толли уже готовился к генеральному сражению и только выжидал прихода 2-й армии, как вдруг совершенно неожиданно получил уведомление от Багратиона: его армия, будучи не в силах пробиться к Витебску, направилась к Смоленску. Не медля ни минуты, Барклай-де-Толли тоже приказал своему войску отступать по пути к Смоленску для соединения с полками князя Багратиона.