Вова Бо – Возвращай Долги (страница 4)

Не считая соседей сверху, снизу, сбоку, вокруг и вообще.

Большинство из мутантов были псевдоразумны. Загрязненный эйб быстро добирался до мозга и лишал рассудка, оставляя в основном инстинкты с какими-то обрывками сознания. Он же не давал телам просто так сдохнуть.

В итоге получались довольно живучие монстры с зачатками интеллекта, которые при этом игнорировали все правила и законы мира глубины. Никаких звериных инстинктов и моделей поведения. Нет, эти твари вели себя как люди. Сбивались в общины, нападали, убивали, жрали, сражались только превосходящими силами и оборонялись все вместе.

Как они вообще выжили в глубине — отдельный вопрос. Если местные монстры хоть как-то умудрялись уживаться друг с другом, то мутанты нападали на всех подряд. Часто огребали в ответ, дохли, отступали и какое-то время не высовывались, но память у них короткая, так что вскоре все повторялось.

На ту же Огненную Саламандру мутанты только при мне нападали дважды. И оба раза отряды несли потери, а затем отступали с нулевым результатом. При этом я заметил такую странность, что местные монстры не особо агрессивны по отношению к мутантам. То есть сами первыми на них нападают довольно редко.

И такое поведение, насколько я успел изучить город, является для меня самой большой странностью. Ведь те же дайверы для местной дичи что-то вроде лакомого десерта.

Что касается лично меня, то другие монстры в высотку не суются, потому что для них тут нет ничего интересного. Я хоть и тот еще вкусненький пирожок, но сижу слишком уж высоко.

— А что насчет окон? Птары, Змеекрылы, Блады? — Айна с опаской подошла к пролому, держась при этом за часть уцелевшей стены.

— На крыше живет Гораций. Такая громадная птица, испускающая молнии. Она тут правит небом, так что другие летуны либо свалили, либо пошли ей на пропитание.

— Гораций? Громовая птица… Ты говоришь про Скайдера? — глаза девушки округлились, а руки затряслись. — Ты живешь под гнездом Скайдера? Это же… Это… У меня слов нет.

— Не парься, она сейчас не опасна. Главное не подниматься выше двадцать пятого этажа, а то статикой может шарахнуть. Пошли внутрь, а то я скоро до костей продрогну.

Вошел в свое убежище — большая квартира, в которой на месте были все стены, что редкость. Окна я закрыл, чем смог, так что внутри было довольно тепло, хоть и темновато.

Подошел к стеллажу с банками. Взял одну с надписью «Лампочка Вкл». Потряс. Огромный толстый жук недовольно застрекотал крыльями, пытаясь улететь, но как обычно лишь побился башкой о стекло. Поставил банку на шкаф рядом с большой кадкой. В ней рос странный хищный цветок с очень крупным бутоном, усеянным усиками.

Почуяв насекомое, цветок начал светиться, а усики — медленно подрагивать, завлекая добычу. Свет от бутона был мягким и теплым, его вполне хватало на то, чтобы не сломать себе ноги в темноте.

— Ты тут живешь что ли?

— Ну да.

— В глубине?

— Да.

— Я думала, что странники все время двигаются, чтобы выжить.

— А ты много странников встречала в своей жизни?

— Ну так. Одного. Вышел на нас во время рана, но мы особо не общались. Командир обменял у него некоторые артефакты на еду и воду, после чего он ушел.

Девушка уселась в старое протертое до дыр кресло, при этом постоянно оглядываясь по сторонам. Мебели у меня было немного, в основном столы, заваленные разным хламом, который я собрал во время вылазок.

Несколько шкафов с самодельными инструментами и расходниками для выживания. В углу огромный фильтр, собранный из пустых пластиковых баклажек. Шланги ведут наружу, там мне удалось присобачить тенты для сбора воды.

Спичками я разжег импровизированную печь, собранную из кирпичей прямо в центре комнаты. Дымоотвод провел в окно, а с топливом тут проблем не было, старой мебели на растопку на каждом этаже хватало.

Поставил на печь греться сковородку, а сам сходил в подсобку-холодильник. Вернулся с куском мяса в два кило.

— Уже запеченное, но лучше разогреть. Воду приходится собирать после кислотных дождей, фильтрую и кипячу. На вкус так себе, но так как ты спирит, то можешь пить без опаски.

Я протянул ей пластиковую бутылку с мутной жижей. Нарезал мясо ломтями и бросил на сковородку. По комнате поплыл умопомрачительный запах жареного.

Я довольный посмотрел на девушку, но у той от ужаса глаза были как эта сковордка.

— Р-рейн, — жалобно пропищала она. — Ты же говорил, что тут безопасно.

Проследив за ее взглядом, я медленно обернулся. В дверях стояла волкоподобная тварь, полтора метра в холке, вместо шерсти — стоящие дыбом шипы. Морда опущена, неотрывно смотрит прямо на меня, а с клыков медленно капает слюна.

Глава 3

Я просто хотел, чтобы ты посмотрела на мои помидоры

— Так, — я выпрямился во весь рост и ткнул ножом в сторону пса. Понял, что это была ошибка, убрал нож и ткнул просто пальцем. — Хватит слюни пускать, я задолбался за тобой убирать.

Волчара недовольно зарычал, обнажая клыки, морда припала к полу, а шкура ощетинилась острыми толстыми шипами. Сильная тварюка, четвертый ранг. Видел его в бою, даже со стороны смотреть страшно. Но в этом-то и проблема — страх показывать нельзя ни в коем случае. Дашь слабину — почует и перестанет уважать.

— И нечего тут рычать на меня, — добавил в голос суровости. — Мой дом — мои правила. И ты их прекрасно знаешь. Не нравится — можешь идти спать под дождем.

Монстр стандартно порычал еще пять секунд, чтобы я не расслаблялся, после чего спокойно прошел через всю комнату в свой угол. Там улегся на лежанку, зевнул так, что можно было все зубы пересчитать, и затих.

Только глядел на меня исподлобья недовольно.

— Десять минут, — произнес я примирительно. — Видишь же, сам только пришел, не успел приготовить, — затем повернулся к трясущейся Айне. — Это Суббота. Не парься, он не кусается. Ну, в смысле нас кусать не будет. Наверно. Пока не кусал просто.

Я уселся обратно на диван и продолжил делать мясо. Нарезал тонкие полоски для нас и просто обжарил с разных сторон другой большой кусок. Его в итоге и бросил в угол. Оттуда тут же донеслись чавкающие звуки и довольное рычание.

— Да не давись ты, никто не отберет. У тебя вообще хрен чего отберешь.

Сходил в подсобку, где складировал игрушки для Субботы. Выбрал большую кость, длиной с мою руку.

— Смотри, что для тебя притащил, — похвастался я. — Между прочим с самых окраин пер, — Волчара при виде кости встал в позу и зарычал. — На своем горбу пер, между прочим. — Рычание усилилось. — А где пожалуйста? Где спасибо? Где вообще твои манеры?

Монстр согнул лапы, готовясь к прыжку. Я лишь тяжело вздохнул и бросил ему кость. Никакого уважения к чужому труду.

Зато, поймав новую игрушку, он с победным видом удалился из квартиры. Ну все, на пару часов ему должно хватить.

— Что это было? — Айна сидела настолько бледная, что я начал беспокоиться за ее здоровье.

— Суббота, — повторил я. — У его стаи логово по соседству, но он иногда приходит сюда ночевать. Но спит на нижних этажах.

— Там же паразиты? Которые подчиняют всех.

— Не всех, а только тех, кого могут. Суббота четвертого ранга, они ему ничего не сделают.

— Суббота? Ты приручил Шипованного и дал ему имя?

— Я? Приручил? Его? Шутишь? — я натурально рассмеялся. — Ты видела эту глыбу? Двести кило мышц, шипов, клыков и самолюбования. Он просто приходит, сидит в лежанке, которая, между прочим, раньше была моим матрасом. Жрет мою еду и требует подарки. Так что это большой вопрос, кто кого приручил еще.

На самом деле звучит странно, но подкармливать Субботу мне нравилось. Сам факт того, что удалось наладить контакт с представителем местной фауны, внушал оптимизм. А еще задирал мою самооценку до небес.

Зверушку я нашел раненной в лагере мутантов. Те напали на тройку Шипастых, их стая пришла и перегрызла глотки всем мутантам. Я же пришел посмотреть, чем можно было поживиться и нашел Субботу. Раненный, еле живой, стая его оставила как безнадежного. Кое-как обработал раны, перевязал их, накормил мясом с высоким содержанием эйба, напоил. Повторил то же самое на второй день, а на третий монстра уже не было. На пятый он сам пришел ко мне домой и притащил дохлого ящера, размером с мой диван.

Так мы и подружились в каком-то смысле. И после этого я стал тщательно следить за тем, чтобы маскировать свой запах.

Суббота захаживал редко, раз в неделю, когда хотел полакомиться жаренным мясом. Ну или перед дождем. Слава синту, остальная стая не разделяла его увлечений.

— Ты дал ему кличку, — оторвала меня от воспоминаний Айна.

— И?

— А ящерицу назвал Франциской.

— Так ты ее характер видела? Мерзкая стерва, вылитая Франциска.

— Так… Кажется, это уже что-то личное пошло. Святая Флайва, куда я попала…

— Ешь давай. Поешь — и сразу полегчает.

Фарфора или керамики у меня не было, в глубине с посудой вообще трудно. Так что для тарелок использовал вогнутые листы металла. И мыть легко. Кинул в посудомойку — и подождал.

Посудомойка — это натянутая за окном сеть. Сегодня как раз должен пойти кислотный дождь, очень вовремя, а то чистой посуды почти не осталось.

— Все равно не понимаю, как ты тут выживаешь, — произнесла Айна, жуя мясо.

— Выживал я в городе. Здесь я живу. Притом довольно неплохо. У меня есть стены, тут довольно тепло. Саламандра вчера запекла Бульдозера на окраинах, но все в нее не влезло, так что я сделал хороший запас мяса. В той комнате у меня холодильник, так что не испортится.