Вова Бо – Имперский Курьер. Том 4 (страница 7)

– Я и не спорю, дорогуша. Не спорю. Скажу больше, я в нем даже не разбираюсь и лезть не собираюсь.

– Тогда и вопрос закрыт.

– Не совсем, дорогуша. Понимаешь, игорные дома, да, собственно, и сауны, отличное место. Ты проделала прекрасную работу. Но я хотел бы, чтобы ты увеличила эффективность своих заведений.

– В каком смысле?

– Например, ты будешь предлагать своим клиентам во время отдыха мой товар.

– Я не занимаюсь наркотой.

– Тебе и не надо. Мои люди будут заниматься. В каждом заведении по одному человеку. Максимум два.

– Сначала два, потом десять, а затем там и моих людей не останется. Знаю, проходили. С наркотой я не связываюсь. Точка.

– Ну раз проходили, то ты должна понимать, что и выбора у тебя нет.

– Свет, – окликнул я ее. – Скоро уже «крайняя необходимость»? А то у меня еще своих дел по горло.

– Кстати говоря… – Рубин обернулся ко мне. – Насколько мне известно, это вы причастны к недавнему исчезновению моего элитного отряда.

– Они были «элитными»?

– Дорогуша, – Рубин повернулся обратно к Светлане, – не переживайте, вас я в этом не виню. Но вот вашему человеку придется ответить за содеянное. Это второе мое требование в нашем соглашении, помимо реализации товара. И, считайте, договорились. Будем работать рука об руку, дружно и долго. Кстати, у меня там в комнате все подготовлено для закрепления наших договоренностей, дорогуша.

Должен отметить, что со Светланой мы провели хорошую работу. Предложение Рубина выглядело вполне неплохо в обычных условиях. Отдать одного бойца, который даже не ее, по сути. Пустить людей на свою территорию, но зато работать под крылом главы города. Как ни крути, выгодно.

– Отказываюсь, – спокойно произнесла девушка, но я видел, как она вся сжалась. – Мы договаривались не об этом.

– Мы договариваемся сейчас. Напоминаю – выбора у тебя особо нет.

– Ой, да хорош, – устало произнес я. – Все, крайняя чё-то там. Конечная, в общем.

Я бы, может, и послушал еще немного, но таймер смерти однозначно намекнул, что мне не суждено узнать, чем закончится этот диалог. В целом ситуация уже давно понятна, потому я и встрял.

Я начал первым. Просто вытащил кольт и беглым огнем выпустил все шесть пуль. Грохот стоял знатный, но охрана Рубина оказалась не так уж плоха.

Первый не успел ничего сделать, получил лишнее отверстие.

У второго сработала пассивная защита, а может, какой-то артефакт, так что на него ушло две пули. Третий успел выставить магический щит, так что разглядывать фасад можно было сразу и через щит, и через тушку.

А вот с четвертым вышла накладка. Все три пули он отразил, покрывшись странной светящейся защитой в форме пирамиды. Пули просто срикошетили, выбив кучу пыли из колонн и продырявив стены ангара. Правильная защита от моих выстрелов, ничего тут не скажешь.

Одаренный оскалился, поняв, что у меня пустой барабан. В этот миг пронеслось черное пятно, которое смело последнего из четверки и, на полной скорости проломив стену, исчезло из ангара вместе с противником. Никто даже не понял, что произошло, но дыра в стене ангара была огромной, сквозь нее пролез бы даже очень крупный медведь.

Люди Светланы и пошевелиться не успели, слишком быстро все произошло. В итоге, Рубин остался стоять совершенно один.

– Ублюдки, – прошипел он. – Убить их всех! Я сказал: огонь!

В наступившей тишине послышался чавкающий звук. Это тело снайпера упало в люк на крыше и шмякнулось об пол. Не стоит за него переживать, он уже был мертв. Все задрали голову и посмотрели на улыбающегося Левшу, который сидел на крыше, свесив ноги в люк. В руках он держал окровавленный нож, которым методично срезал кожуру с яблока.

– У меня тут сорок человек, они вас всех убьют! – попятился Рубин.

– Бить людей плохо, – послышался голос из темноты.

– Бить плохих людей – хорошо, – вторил ему другой.

Вскоре из-за колон и перекрытий второго этажа показались мордовороты. Все сорок человек. Половина – те, кто недавно прошел интенсивный курс лекций «плохо-хорошо» в моем исполнении. Вторую половину я не знал, но парни были настолько избиты, что «студентам» пришлось их волочь на себе.

– Госпожа, вы сегодня прекрасно выглядите.

– Спасибо, – растерялась Светлана.

Я показал Вуферу большой палец, отчего он заулыбался.

– Молодцы парни. Этих тоже приводите на занятия в субботу, – кивнул я на побитых. – Кстати, это Светлана. Светлане нужны хорошие работники. Все же помнят про домашнее задание?

– Что тут происходит? – побледнел Рубин.

– Тот же вопрос, – произнесла Светлана.

– Договор о разделе территорий, – улыбнулся я. – Все как ты и говорила. Мы сейчас с господином Рубиновым отойдем в комнату для закрепления договоренностей, если никто не против.

Я подошел к ублюдку, просто схватил его за ухо и потащил за собой.

– Скажите, уважаемый Михаил Львович, у вас есть лимузин?

– А-а-а-а…

– Лучше бы был, – усмехнулся Левша, который непонятно каким образом уже стоял возле Светланы. – Яблочко?

– Только если в виде ликера. Охренеть…

Мы с Рубином зашли в комнату для закрепления сделок, как он ее назвал, и я аж даже присвистнул. Ладно кровать с бархатными простынями, но цепи, ремни, плети… А это что? Фу, гадость.

– Смотрю, ты любишь пожестче, – усмехнулся я, плотно закрывая дверь.

Рубина аж трясло. Хех. Все они сначала загадочные и крутые, а вот трясутся и боятся одинаково. Сколько раз я это видел.

– Что ты хочешь? Денег? Я дам в два раза больше, чем она. Нет, в пять раз больше… Давай поговорим?

– Скажи, тебе нравятся тентакли? – спросил я.

Пол в комнате почернел, а я уселся в кресло из шевелящихся щупалец. Рубин съежился от страха, вертя головой. Щупальца Хисы были везде. Некоторые уже принялись хватать плетки и цепи, развешанные повсюду.

– У меня б-большие связи в с-столице! Меня будут искать!

– Конечно будут, – ласково улыбнулся я, разглядывая обтянутую кожей дубину. – Да только не найдут. Его же не нашли.

В этот момент из черного зеркала поднялся идеально белый скелет, одетый в чистую одежду. Та хоть и была гражданской, но на футболке имелся знак имперской армии корпуса «Освободителей», а бряцающие жетоны не оставляли простора для вариантов.

Судя по лицу, Рубин превратился в кусок известняка. Весь такой побелел, обмяк.

– Кто… кто это?

– Один из трех твоих пограничников. Но не из тех, что пропускал грузовики с хитином без досмотра. А тех, кто пытал новичков-сослуживцев, выбивая из них жалование. Его тоже все искали. Как видишь, до сих пор ищут.

– За мной стоят большие люди, – дрожащим голосом произнес Рубин.

– И это будет большой проблемой для нас, – согласно кивнул я. – Но не для тебя. В желудке у Хисы у тебя уже не будет никаких проблем.

– Чего ты хочешь? Чего?! – Его голос сорвался на истерику.

– Вот, с этого и надо было начинать. Для начала, Светлане по статусу положен лимузин. А что касается статуса…

Тентакли зашевелились активнее, очень убедительно гремя разнообразными инструментами ведения деловых переговоров.

Всего пятнадцать минут мне понадобилось, чтобы решить вопрос. Так что вышел я с довольной улыбкой на лице.

– Как прошло? – напряженно спросила Светлана.

– Можем уже сгонять за пивом? – вставил Левша.

– Я говорил, что у меня врожденный талант к переговорам? – улыбнулся я. – Михаил Львович любезно пообещал завтра привезти и подарить тебе свой лимузин.

– О как. – Глаза девушки округлились.

Она все поняла. Машина – символ. И если смотрящий по городу дарит свою эксклюзивную тачку Светлане, это означает, что он дарит ей свой город.