Вова Бо – Химера-3 (страница 6)

Пришлось расслабить тело и сжаться в комок. Наномашины спешили зарастить тонкие борозды в броне, перераспределяя доступные запасы генома.

Со всех сторон раздались крики, ко мне бежали люди, замотанные в тряпки, словно капуста. Все были вооружены трубами и какими-то палицами, рассматривать которые не было времени. Первый удар пришелся в плечо, отчего меня пронзило болью.

От удара раздался такой звон, что у меня заложило уши прямо сквозь броню. Но за первым человеком подбежали остальные и принялись лупить лежачую химеру, кто во что горазд. Один из них орудовал ржавой трубой с приваренными на конце запчастями для веса.

Когда труба погнулась после очередного удара, человек ошарашено замер. Я примерился и лягнул его ногой, пусть и не смог нормально разогнуть ее. Но ублюдку хватило, он так и осел мешком вдоль стены.

Подбежали еще двое, волоча по земле за собой какие-то толстые веревки с крюками на концах. Я извивался и лягался, как только мог, еще одному мешковатому прилетело ногой, но скорей всего выживет.

В какой-то момент я понял, что сеть мне не разорвать. Сжавшись в позу эмбриона под градом ударов, я сосредоточился. Надо выпустить эфирное пламя и спалить тут всех нахрен.

Пластины брони на ладонях начали расходиться в стороны, превращаясь в раструб огнемета. В этот момент подбежавшая двойка накинула свои крюки на меня, которые тут же запутались в сети. Только это оказалась не веревки, а толстые кабели.

Стоило мне осознать, что сейчас произойдет, как где-то неподалеку раздался гул и треск. А следом меня выгнуло дугой от разряда электричества, проходящего по телу. Гул нарастал, треск усиливался, а меня корежило от боли и судорог. Перед глазами все заплясало и в какой-то момент я решил, что отключусь, но нет.

Треск перешел в грохот, где-то что-то явно взорвалось и я наконец смог вздохнуть. Когда тело перестало биться в судорогах, я с трудом смог вздохнуть. Раскрыл ладони, чтобы пальнуть эфирным пламенем на всю улицу, как понял, что на мне больше нет брони.

Я удивленно смотрел на свои пальцы, а следом скорее услышал глухой удар, нежели почувствовал его. Голова дернулась, а сознание погрузилось во тьму.

Глава 3. Резня

Пробуждение не из приятных, потому что сначала появляется головная боль, а затем уже всплывает сознание.

Сразу повеяло ностальгией, когда такое утро было для меня вполне обыденным. Но тогда стакан чего покрепче нивелировал любые неприятности. Сейчас же от раскалывающейся головы лекарства не было.

Открыв глаза, уставился перед собой. Какой-то куст пожухлой травы, растрескавшаяся сухая земля. Из трещины выбежал жук, поводил усиками и скрылся обратно. Я рефлекторно дернулся, но понял, что не могу пошевелиться.

Зато тело тут же напомнило о множественных ушибах, полученных от ударов тех ублюдков. Я с трудом смог оторвать взгляд от земли, но зря это сделал. Перед глазами все поплыло, так что я чуть было не провалился обратно в спасительное забытье.

Все болит, кажется еще и сотрясение. Но боль ноющая, а не острая, значит обошлось без переломов. Броня сдержала удары, но заброневое воздействие никто не отменял. К горлу подкатил ком, но я сдержал позыв. Точно сотрясение.

Получается, я провалялся без сознания не так уж и долго. Судя по запасу эфира, наномашины еще не раскрутили на полную процесс реструктуризации поврежденных участков организма.

Тяжело дыша, я медленно поводил плечами и вновь опустил голову. Спиной ощущал что-то твердое, а грудь полностью оплетена тонкими цепями. Я к чему-то привязан.

- Не советую принимать боевую форму, - раздался голос сбоку. – Ты примотан к столбу. Дернешься и они пустят ток.

Мне потребовалось минут десять, чтобы картинка перед глазами перестал плясать. Руки нещадно ныли, связанные за спиной. Пальцы практически онемели, язык распух.

С трудом повернув голову, увидел незнакомого мужчину, который тоже был обмотан цепями. За его спиной возвышался скорее не столб, а толстый металлический стержень, от которого тянулись толстые кабели проводов.

Человек не походил на ублюдков, что схватили меня. Одежда в пыли и запекшейся крови, местами рваная, но не обноски, как у местных. Судя по качеству материала, что-то очень дорогое. А самое главное, это ботинки. Высокие, добротные, на толстой подошве и с хорошей шнуровкой. Такая ценность редко встречается в пустошах, странно, что еще не сняли.

Лицо у незнакомца спокойное, не смотря на его положение. Судя по засохшей крови и грязи, сидит он тут уже давно, но спину держит ровно, смотрит тоже прямо, с вызовом. Хоть сейчас портрет с него рисуй.

- Ты еще кто такой? – прохрипел я. Горло саднило, а голос срывался.

- Хард, - произнес человек. – Мэр Канопуса. А ты?

- Восьмерка, - пожал я плечами.

- Это имя такое?

- Это имя, - кивнул я. – И прозвище, и статус, и ругательство. Восьмерка, это все. Как смысл и суть жизни.

- Крепко тебя приложило, - вздохнул человек. – Ничего, пройдет.

- Я так понимаю, ты ко мне на встречу шел, да? – усмехнулся я сквозь зубы. – Предупредить о каннибалах?

- Ты король химер? Из нового поселения?

- Никакой я не король, не верь всему, что рассказывает этот придурок из Чикибау. Я просто уставшая старая восьмерка.

- Ну да, конечно, - усмехнулся человек.

А я отметил про себя, что мэр примерно такой, каким я себе его и представлял. В Канопусе слабаков нет, это город вечной осады. Город солдат. И править там тоже должен был не мэр, а генерал.

И этот ублюдок соответствовал слухам о нем. Статный, гордый, волевой. И явно знает, как бить рожи. В общем, сразу располагает к себе.

- Откуда про боевую форму знаешь?

- Разведка сообщила, что группа химер и гражданских во главе с Черным Дьяволом…

- Я не про это. Откуда знаешь, что шандарахнут? – я кивнул на столб за спиной, отчего в голове сразу помутнело.

- Пробовал уже, - понял он о чем я. – Я тоже Черный Дьявол.

- Вот так встреча, - усмехнулся я. Почему-то этому человеку сразу веришь на слово, чтобы он ни сказал. – Я думал, что последнего грохнул.

- Был еще кто-то? Еще один боевой проект?

- Был, - кивнул я, интонацией поясняя, что не хочу поднимать эту тему. – Еще был биомод Джаггернаута. Его я тоже убил. И еще много кого в том же духе.

- Их ты тоже убил?

- Не всех, - оскалился я. – Не делай из меня чудовище. Не люблю этого.

- Не хотел задеть, - тактично ответил он. – И не в свое дело лезть тоже не собираюсь.

- Расскажи лучше про наши с тобой дела. Что это за твари? И чего они хотят? Сожрать нас?

- Не похоже. Они охотятся на людей в районе Канопуса. В основном нападают на собирателей, иногда караулят караваны снабжения на трактах. Я думал их тут человек пятьдесят, не больше.

- А их?

- В этом лагере насчитал не меньше двух сотен. И они явно ждут подкрепления.

- У них все хорошо с тактикой, должен признать. Да и вооружение местами удивляет.

- Тоже заметил. Эти ублюдки каким-то образом закалили металл. Или создали какой-то новый сплав. Я не могу порвать их цепи и сети даже в боевой ипостаси.

Дальше разговаривать было тяжело, да и не о чем, если честно. Потому я просто постарался расслабить тело, дожидаясь, когда травму регенерируют. Скорей всего полное исцеление займет пару дней, но мне хватит и нескольких часов, чтобы прийти в боеспособное состояние.

Раз прямо сейчас меня никто убивать не собирается, значит можно и подождать. Заодно и послушать.

Закрыв глаза и усилив остальные органы чувств, пытался понять, что происходит вокруг. Итак, мы в каком-то лагере пустынников. По поводу двух сотен сомневаюсь, значит, тут не все собраны. Тем не менее, самое главное я услышал.

Вернее, как раз не услышал. Я не услышал ни одного знакомого голоса. Скорей всего на мой лагерь они не нападали, но отсутствие голосов еще ни о чем не говорит. И тем не менее, дышать стало немного легче.

Через полчаса к нам пришла первая делегация местных. Как и предыдущие, эти были замотаны в тряпье так, что только глаза виднелись. У многих даже руки замотаны тканью на манер бинтов.

Меня напоили грязной вонючей водой из такой же грязной пластиковой бутылки. Плевать, вода есть вода, а остальное отфильтруют наномашины. Пожрать не дали, да и не рискнул бы, если честно. Мясо жрать даже в Альтаире было опасно.

Пока пришедшие поили Харда, я разглядывал их фигуры. Сначала решил, что мне просто показалось, затем уверился, что зрение меня подводит. Но нет, проморгавшись, уставился на пустынника, который стоял рядом.

Под ворохом тряпья, где-то в районе спины, у него что-то там шевелилось. Как будто ползало под одеждой. И на ветер это не спишешь. Пригляделся ко второму, который стоял, оперевшись о заостренную арматуру. У этого тоже одежда шевелится, будто на плечах сидит… Что-то.

Сидит и пытается выбраться из-под вороха тряпья.

Когда они ушли, я принялся сосредоточено вслушиваться в разговоры. Говорили они тихо, чаще шептались, склонившись друг к другу. Так что слов разобрать было почти невозможно. Из обрывков фраз, я понял, что все ждут какого-то Прозревшего.

По крайней мере, именно это слово чаще всего удавалось вычленить в разговорах. И оно мне совсем не нравилось.

Прозревший прибыл в лагерь лишь к вечеру, судя по возбужденным перешёптываньям. И правда, с севера к нам подходила большая процессия, человек пятьдесят, не меньше. С моего места их было довольно неплохо видно, наши столбы располагались как раз на окраине лагеря.