Вотит Нирагаг – Красный мир. Астероид (страница 13)

Все подняли руки.

– Отлично, а теперь все присутствующие идут по домам. И ближайшие три дня чтобы на рабочем месте никого из вас не видел. Это приказ. Свободны, – командным тоном сказал Курбанов и направился к выходу.

Я вернулся к себе в кабинет за курткой и направился домой. Мы запланировали слетать в Шерегеш с Сергеичем и Аркашей, и полностью отдаться горнолыжному спуску.

– Нужно очистить голову, – сказал я себе, набирая номер Сергеича.

***

Через неделю, возвращаясь с обеда, я размышлял о предстоящей поездке в Тунис. Отпуск пришлось перенести, а у Влада и вовсе не получилось поехать, но я решил, что отказываться от него нет смысла, отдыхать тоже нужно. Поездка в Шерегеш прошла великолепно, и я понял, что очень хочу отдохнуть полноценно.

У кабинета меня ждала неожиданная встреча. Это был Наталья Владимировна Клочкова. Я не видел её больше десяти лет. Она была преподавателем по электротехнике в вузе, а ещё идейной коммунисткой. Как она сама не раз утверждала:

– Если бы не Алпан, я сама бы перевернула этот мир и поставила на коммунистические рельсы, – выразительно сообщала она студентам.

Из-за такой эксцентричности его считали, как минимум странной. Но она была просто сногсшибательной красоткой. В свои тридцать пять лет она давала фору двадцатилетним студенткам. По ней сохла вся мужская часть университета. Некоторых даже не останавливала разница в возрасте, и студенты пытались приударить за ней. Наталья Владимировна отшивала всех – как студентов, так и преподавателей.

– Вы бы лучше учёбой занимались, а не этими глупостями, – отвечала она горе-почитателям. – Да на одногруппниц смотрели, а не на преподавателей.

И сейчас, когда ей уже сорок пять, её красота нисколько не померкла.

– Как ей это удаётся? И вообще, что за год такое, событие за событием, – искренне удивился я, а вслух произнёс. – Добрый день, Наталья Владимировна.

– Привет, Дима. Давай сразу перейдём на «ты», нам теперь вместе трудиться. Поэтому просто – Наташа, – сказала Наталья и протянула руку.

– Хорошо, – ответил я, пожимая красивую, но на удивление сильную руку Натальи. – А как же преподавание?

– Подождёт. Астероид сейчас важнее, к сожалению, – грустно сказала Наталья. – Я попросилась к вам в НИИ, хочу участвовать более ощутимо в решении проблемы астероида. Вот меня и перевели.

– Но мы тут не занимается астероидом, – удивлённо сказал я.

– Это пока. Сейчас комиссия всё просчитает, и все будут заниматься астероидом, прямо или косвенно, – сказала Наташа. – И многие захотят перевестись на какое-нибудь производство. Вот я и подсуетилась сразу. Я, кстати, не знала, что ты тут работаешь, но приятно удивлена. Увидела табличку на двери и решила подождать. Мне сказали, что ты на обеде. Мой лучший студент группы 12П-50.

– Ты помнишь, – смущённо сказал я.

– Конечно, – ответила Наталья. – Никогда не жаловалась на память.

– Может, пойдем выпьем кофе? – предложил я.

– Нет, не сейчас. Мне нужно обустроиться, времени не так много, – ответила Наталья. – Позже.

– К чему такая спешка? – удивился я.

– Много организационных вопросов, думаю, ещё пара месяцев и всё будет бурлить, пока не перестоимся на новые рельсы. Ладно, я пошла в отдел кадров, увидимся. До встречи, – она изящно помахала рукой и пошла в сторону отдела кадров.

– До встречи, – проговорил я, провожая взглядом бывшую преподавательницу.

Вот так встреча. И как теперь работать? Я был одним из тех, кого отшили не сразу, а после довольно печального пояснения, что разница в возрасте сильно большая, поэтому не стоит даже начинать. Тогда я, конечно, даже не стал вникать, просто согласился. Но сейчас старые струнки снова тихо зазвенели, и просто отмахнуться от их призыва пока не получается.

Вечером я вышел из здания и двинулся к остановке, занятый размышлениями о Наташе.

– Могу подбросить, – весело окликнул его незнакомец.

– Здравствуй. Спасибо, конечно, но кто ты? – спросил я, отвлекаясь от мыслей.

– Моя фамилия Кириллов. Я следователь по особо важным делам милиции Дубны, – представился мужчина средних лет с острыми чертами лица.

– А имя у тебя есть? – машинально спросил я, привыкший к обращению по имени. Обращение по фамилии всегда казалось каким-то неправильным.

– Называй меня Кириллов, не люблю своё имя, – ответил Кириллов явно не в первый раз.

– Так его можно сменить, – почему-то меня развеселила эта ситуация.

– Можно, но зачем? Мне нравится фамилия, – таким же весёлым тоном ответил Кириллов.

– Так, стоп, – тут до меня дошло, что передо мной милиционер. – Что от меня нужно следователю, да ещё и по особо важным делам?

– Не от тебя, а от всех в этом здании. Наше общество открыто, даже слишком, – хмыкнул Кириллов. – Но сейчас наступают другие времена. Информацию прятать не будут, но будут дозировать. Поэтому меня назначили к вам.

– Как это? – удивился я.

– А вот так. С этого дня за все заявления общественности отвечаю я, – ответил Кириллов. – Сообщу об этом сотрудникам через Курбанова. Даже дома не нужно распространяться. Паника нам не к чему.

– Какая паника, люди не будут паниковать, – уверенно сказал я, но тут же осёкся. А с чего это я так уверен в этом?

– Ещё как будут. Не все такие стойкие, как ты, – настроение Кириллова походу ничего не могло испортить.

– Ты мне не нравишься, – прямо сказал я, чувствуя странную опасность от Кириллова.

– А я и не должен нравиться, – ответил Кириллов. – Но спасибо за прямоту. Это я люблю. Предлагаю выпить чаю, познакомиться, нам предстоит долго работать вместе.

– Я не хочу чай.

– А я хочу. Пойдём.

Я понял, что это было предложения, от которого нельзя отказываться, и мы направились в ближайшее кафе.

***

Верховный совет был в полном составе, что случалось довольно редко. Согласно регламента было достаточно восьмидесяти процентов представителей для принятия решений, поэтому последний раз Верховный совет в полном составе собирался на голосование о начале строительства космического ускорителя, поскольку для этого требовалось использовать ресурсы всего общества.

Но летящий в сторону Земли астероид был существенно важнее даже ускорителя, поэтому Верховный совет был в полном составе.

– Добрый день, уважаемые товарищи, – начал свою речь председатель.

В этом году это был бразилец, поэтому его русский язык оставлял желать лучшего. А говорили на заседании только на русском языке, поскольку после мировой социалистической революции он обрёл невиданную популярность. В той или иной степени его знали более четырёх миллиардов человек.

Изучение языков в мире после года Кровавых рек в целом вышло на новый уровень. Сегодня для человека знание четырёх языков – это норма. Из-за такого ажиотажа вокруг изучения разных языков даже была приостановлена разработка всеобщего языка. Многие учёные согласны с теорией, что такой всеобщий язык сам появится, как следствие смешения нескольких самых популярных.

– Думаю, все ознакомились с повесткой заседания и сопутствующими документами, поэтому приступим сразу к делу, – продолжил председатель. – Астероид летит к Земле, это факт. Предложения по решению проблемы рассмотрены на всех уровнях. Самый эффективный, а главное, реализуемый способ – столкновение с «Бандитом» какого-либо «Камикадзе». Названия уже прижились в процессе обсуждения, поэтому не вижу смысла их менять. Итак, у кого-нибудь есть вопросы или предложения, может быть замечания по принятию данного метода к реализации?

– У меня есть вопрос, – начал говорить сразу же после вопроса представитель от Австралии. – Почему даже в предложениях отсутствует вариант строительство бункеров на территории Австралии? Наш материк довольно удалён от просчитанного места падения, а значит, удар по нему будет минимален. Переселение населения целой планеты на один материк, конечно, титаническая задача, но тоже реализуемая.

– Данный вариант бы признан неэффективным, поскольку после столкновения Земля минимум на сотню лет станет непригодной для проживания одиннадцати миллиардов человек, и когда это будет понятно населению, начнётся резня. Мы скатимся в хаос за пару лет, и потекут такие океаны крови, что год Кровавых рек покажется маленьким ручейком, – ответил представитель от Европы. – Мы понимаем, что вы лично радеете за этот вариант решения нашей глобальной проблемы, но, к сожалению, он провальный.

– К тому же, – продолжил председатель. – Строительство бункеров на территории Австралии всё-таки будет. Там будут архивы. Это решение пока не выносилось на всеобщее обозрение, поскольку не относится к уничтожению «Бандита», а скорее является посмертным монументом человечества, в случае провала операции «Бильярд».

– «Бильярд»? – переспросил представить Китая. – Мне нравится. Хорошо описывает нашу задумку.

Поскольку все ознакомились с повесткой дня, а обсуждения и вовсе не прекращаются с момента обнаружения астероида, долго рассуждать не пришлось. Спустя всего пятнадцать минут председатель произнёс:

– Тогда, ставлю вопрос на голосование: кто за принятие в работу плана «Бильярд», а именно – смещение траектории малого астероида «Камикадзе» для столкновения его с летящем к Земле астероидом «Бандитом»? – спросил председатель.

В течение двадцати секунд на экране появились результаты. Рядом с колонкой «За» стояло число сорок один, около «Против» – ноль.