Власта Бер – Разжигая страсть, не забудь огнетушитель (СИ) (страница 47)

Наш клубнично-банановый поцелуй прерывает гудение телефона. Отстранившись, Ян отвечает мрачным тоном. А я, вздохнув, убираю со стола, понимая, что работать по субботам придумали садисты.

После завтрака я следую за ним по коридору, и мы попадаем в гараж, где в отблесках белого света стоит черный БМВ-кабриолет.

Я, хлопая ресницами, стараюсь подавить восторженное «Вау!».

– А где Такис? – интересуюсь я, едва справившись с эмоциями.

– У него сегодня выходной, – отвечает Ян, открывая мне дверцу.

Я сажусь в низкую машину, с немым обожанием разглядывая черный кожаный салон и приборную панель.

– Ты его отпустил, несмотря на то что работаешь сам? А я думала, у тебя нет сердца.

– Он заслужил, после того как набегался за твоим демоном по всему городу. К тому же его семья и дети требуют много внимания.

Надо же. У Такиса есть дети.

– А ты, – я наблюдаю, как сексуально его руки сжимают руль, – не хочешь завести семью, детей?

– Нет, – не задумываясь, отвечает Яннис. – Я вырос в приюте, и у меня никогда не было семьи.

Ого.

– И ты не знаешь, кто твои родители? – осторожно спрашиваю я.

– Нет.

– Ты мог бы выяснить…

– Зачем? – резко перебивает он. – Они бросили меня. Кем бы они ни оказались, я им точно не нужен. Не вижу смысла тратить свое время на их поиски.

Его холодный тон показывает, что больше на эту тему говорить он не намерен.

А мне опять становится его жалко. Хорошо, что у него нет сердца, ему не станет грустно от того, что его никто не любит.

У него было тяжелое детство, и неудивительно, что он решился на сделку с демоном. Хотя будь у него любящие родители, вряд ли бы он вырос таким целеустремленным. Он не добился бы всего, что у него есть сейчас. В жестких условиях человеческий дух либо станет сильнее, либо сломается.

В неловком молчании мы добираемся до офиса, где, несмотря на выходной и прекрасный солнечный день за окном, работает пара человек. При виде Янниса они расправляют поникшие плечи и радушно улыбаются, делая вид, что стучать пальцами по клавиатуре в прохладном помещении намного приятней, чем изнывать от жары с коктейлем на пляже. Представив меня и обменявшись парой фраз на греческом со своими подчиненными, Ян просит высокую худощавую брюнетку подыскать для меня рабочее место. А потом отправляется в свой кабинет. Приветливо улыбаясь, Филлис усаживает меня за ноутбук возле двух мужчин, которые оживленно что-то обсуждают на греческом.

Я проверяю рабочую почту и разгребаю накопившиеся за неделю письма. Составив список задач, краем глаза замечаю, как один из греческих сослуживцев, Алекс, кажется, показывает своему полному коллеге, чье длинное имя я не запомнила, клип Шакиры. Тот, лениво откинувшись на спинку кресла, задумчиво кривит рот, попутно делая невнятные комментарии.

Вот так, значит, работают люди по субботам. А потом еще и получают овертаймы за переработку.

Заметив мой взгляд, Алекс натянуто улыбается и, игнорируя мой полный порицания взгляд, продолжает внимательно следить за танцевальными па певицы в коротком топике.

– Это новая песня Шакиры? – не выдержав, киваю на монитор. Пусть знает, что я знаю, чем он занимается, когда кое-кто работает в своем кабинете.

– Да. Изучаю материал для нового проекта. Нам нужно лицо для рекламной кампании, и мы с Лизимакхосом никак не определимся, что лучше – взять звезду мирового уровня или местную, популярную в основном в Англии.

– Однозначно местную! – внедряется в разговор второй с длинным именем. Коверкая слова сильным акцентом, он пытается убедить, что нет смысла переплачивать за раскрученное имя.

– А как же Уолтер Двейн?

– Наш инвестор? – удивленно приподнимает брови Алекс. – У него же выборы в мэры Лондона, поэтому он отказался. Сказал, что не будет тратить время, которого и так мало, на то, что не принесет пользы для предвыборной кампании.

– Да! – кивает толстяк и жалуется, что уже сегодня до конца дня требуется предоставить несколько вариантов презентаций для PR-компании.

– Понятно. Тогда не буду отвлекать. – Я поднимаюсь и направляюсь решительным шагом в кабинет Янниса.

– Можно тебя на минутку? – спрашиваю я, заходя в просторное помещение, напоминающее по дизайну его кабинет в нашем офисе. Такой же огромный черный стол, фотографии ночного города на белой стене и панорамное окно с солнечным греческим пейзажем.

– Да? – Оторвавшись от стопки документов, на которых он ставил подпись, Ян смотрит на меня с любопытством.

– Почему ты мне не рассказал, что Двейн отказался?

– А что поменялось бы? – Он хмурит брови, словно я сую нос не в свое дело.

– Как это что? Я могу попытаться изменить его решение!

– И как ты собираешься это сделать? – От его голоса веет холодом.

– Ну… Можно снова какое-нибудь зелье применить.

– Если ты хочешь избавиться от демона, то лучше больше не пользоваться его магией.

Он прав.

– Тогда, – я задумчиво пожимаю плечами, – может, попытаться убедить его без магии?

– Я тебя не понимаю, – жестко отвечает Ян. – Сперва ты возмущаешься, когда тебя просят просто привлечь его внимание, потом ты рыдаешь, что он тебя домогался, а теперь сама хочешь его соблазнить?

– Я не говорила соблазнить! – Хотя не буду скрывать, что подумала именно об этом. – Просто я хочу тебе помочь!

– Не надо! Если мне понадобится помощь, я сам попрошу. Твой энтузиазм мне ни к чему!

Поджав губы, поворачиваюсь на каблуках и ухожу. Ненавижу, когда на меня орут.

Несмотря на то что Яннис грубо отказался от моего вмешательства, я все же решаю написать Двейну в скайпе.

Уолтер, прости, пожалуйста, что не получилось с тобой тогда встретиться. Ты прав, мне надо было сразу отказаться от твоего предложения. Надеюсь, ты не обиделся на меня и твой отказ от участия в рекламе нашей компании с этим не связан.

Ответ приходит через пятнадцать минут.

Привет, Мэй! Я все понимаю и не обижаюсь, хоть и безумно расстроился. Мой отказ связан лишь с недостатком времени. Я собираюсь баллотироваться в мэры и должен создать идеальный образ публичного деятеля, а это требует больших усилий. Учитывая слухи, что я подпольно занимаюсь игорным бизнесом, мои инвестиции в десять миллионов лишь укрепят эти сплетни.

Суммы озвучивать не обязательно.

Проходит еще пара минут.

В любом случае участие в этом не принесет мне никакой пользы. Так что прости. Надеюсь, у твоего жениха не возникнет много проблем из-за этого.

Я нервно грызу ноготь, пытаясь придумать что-нибудь. И тут меня осеняет.

На самом деле наша компания может принести тебе огромную пользу. Вот уже несколько лет мы активно участвуем в разных благотворительных акциях, перечисляем деньги нескольким приютам. Мы можем правильно подать информацию прессе, заявив, что именно поэтому ты решил содействовать открытию нового офиса в Лондоне. Также часть прибыли мы можем направить на создание или спонсирование какого-нибудь детского центра или больницы. Думаю, это значительно улучшит твою репутацию.

Отправляю и, покусывая губу от волнения, жду ответа. И он приходит минут через пять.

Это очень хорошая идея, но…

– Майя, – передо мной внезапно возникает Яннис, и я быстро закрываю скайп, не успевая дочитать.

– Что? – Мой голос дрогнул, еще больше усиливая ощущение, что меня поймали на чем-то противозаконном.

– Пойдем пообедаем, – мягко предлагает он.

– Ну… Я как бы занята…

– Чем?

– Работаю. – Мне бы на конкурс «Мисс Невозмутимость», первое место было бы обеспечено.

Он хмурится и, пробормотав: «Ну, ладно», – уходит. А я снова открываю скайп, предвкушая радостные вопли Янниса: «Майя, ты лучшая!»

Это очень хорошая идея, но я впервые слышу, что ваша компания таким занимается. Если честно, я удивлен.

Я тоже слегка удивилась, когда узнала об этом в первый рабочий день. Но так как на этом не делался акцент и часто не обсуждалось, я не обратила внимания.

Это особо не афишировалось. Но упоминания об этом все же есть.