Владлена Быйыксыз – Чужая (страница 8)
Она решила сбегать в магазин. Незаметно, если это вообще возможно в её случае. Разве что натянуть чёрный капюшон и обмотать лицо шарфом.
«Иногда ненавижу привлекать к себе внимание. Трудно оставаться незамеченной в Китае, когда ты стройная рыжая большеглазая девушка! – Ей самой стало смешно от своих мыслей. – Ладно, потерплю. Лучше не ходить поздно. Завтра куплю всё необходимое. Завтра надо приехать к Мэй Син на фотосессию и поддержать её», – заключила она.
Мэй Син стала настоящей подругой для Олимпии. Оли очень дорожила их дружбой. Мэй Син много раз помогала ей. Но как вытерпеть её надменного звёздного жениха, Оли не знала. С этими мыслями она легла спать.
«Свет в её комнате погас. Значит, она уже спит. На улицу не вышла».
Послышался шум отъезжающего от её дома мотоцикла…
Весь день Олимпия чувствовала усталость.
«Не знаю почему, но я плохо спала», – думала она.
Еле досидела до окончания занятий. Потом пришло сообщение с адресом фотостудии. Олимпия не стала задерживаться и быстро спустилась в метро, в котором уже хорошо ориентировалась.
В студии её встретила администратор и проводила в зал, где проходила фотосессия.
Олимпия увидела прекрасную Мэй Син в красном платье с изысканными украшениями в волосах и её жениха, улыбающегося в камеру. Но искры между ними не было. Чувствовалось какое-то напряжение.
– Думаю, достаточно. Мне нужно ехать на встречу с режиссёром, – сказал Фэн Вэй.
Фотограф и администратор тут же расплылись в улыбках:
– Да, да, конечно. Фотографий достаточно. Я вам всё отправлю через неделю.
На Мэй Син даже не взглянули, словно её здесь и не было.
Олимпии стало невыносимо жаль подругу. Она не выдержала и обратилась к фотографу:
– Невеста тоже хочет выбрать фотографии! Ей не хотите отправить?
В комнате повисла тишина. Никто не ожидал такого вмешательства. «Или меня не поняли из-за моего акцента? Мне неловко, но не стыдно. Я хотела заступиться за Мэй Син».
За спиной раздался мужской голос:
– Вы не расслышали девушку? Вам следует извиниться перед моей сестрой.
Обернувшись, Олимпия увидела брата Мэй Син. Какой же он красивый, когда смотрит так грозно!
– Да, да, извините, Ли Мэй Син! Отправим всё вам в первую очередь, – пробормотал фотограф, переводя взгляд с возвышающегося над ним брата невесты на удаляющегося из студии Фэн Вэя, который даже не посчитал нужным попрощаться.
Он не нравится не только Оли, но и брату Мэй Син. Олимпия заметила, как тот сжимал кулаки.
– Скажу тебе честно, Мэй Син, если бы не дядя и не дед, я бы твоему жениху давно набил морду. Он кретин! То, как он себя ведёт – недопустимо! – быстро и громко говорил Ли Лэй на китайском.
Олимпия поняла не всё, но ей понравилось, что он защищает сестру.
– Мне тоже всё это не нравится. Но ты же знаешь, у нас нет выбора, – тихо сказала Мэй Син.
Ли Лэй был в ярости.
Оли решила подойти ближе, чтобы разрядить обстановку:
– Эй, привет. Извините, что вмешалась. Просто меня раздражает, когда люди ведут себя так неуважительно, поэтому я и сделала им замечание.
– Спасибо тебе, Оли.
– А, скажите, меня кто-то понял, когда я говорила по-китайски? – улыбнулась она.
– Я понял тебя, – сказал Ли Лэй и посмотрел Олимпии в глаза.
– Правда? Я думала, что говорю очень плохо и меня никто не понимает.
– Я понял каждое твоё слово. – Он смотрел на неё так пристально, что, кажется, сам смутился и тут же отвернулся, сказав Мэй Син, что будет ждать её на улице. И добавил, уходя и чуть повернув голову: – Спасибо!
– О, кажется, ты нравишься моему брату, Оли! – воскликнула Мэй Син с улыбкой.
Оли решила перевести всё в шутку:
– Да нет, он просто образованный молодой человек. Очень вежливый.
– Он? – Мэй Син рассмеялась. – Ты просто не видела, как он может одним ударом разбить лицо. Ой, кажется, лишнее сказала – Она схватила свою сумку и побежала переодеваться, оставив подругу в полном недоумении.
После съёмок они пошли в какой-то ресторан, где очень вкусно готовят, как обещал Ли. И Олимпию разыграли: она думала, что подали не острое мясо, а оказалось, что мегаострое, хорошо, что маленький кусочек взяла. Это было ужасно!
– У меня горит всё: горло, рот, живот! – У Олимпии текли по лицу слёзы.
– Ой, извини, пожалуйста! Я не думала, что тебе будет так плохо, – извинилась Мэй Син, а Лэй принёс воды и риса, чтобы Олимпии стало полегче.
После вышли на улицу погулять по набережной. К Оли несколько раз подходили, просили сфотографироваться вместе. И она заметила, что когда подходили парни, у Лэя менялось выражение на лице: ему явно это не нравилось. И в итоге она оказалась права: он не выдержал и выгнал очередного желающего сделать общее селфи. Это было мило. Был вечер, пора было возвращаться домой. Оли вызвала такси, её проводили до машины, и Оли уехала.
«Осталось мало времени до свадьбы Мэй Син. Мы больше не виделись. Тут так много разных традиций, что я даже не стала ничего уточнять, ей сейчас не до меня. Потом как-нибудь всё расскажет, когда всё будет позади. Брата её я тоже не видела. Да как? Мы же общаемся, только если я вижу Мэй Син. Вот, теперь мы встретимся только на свадьбе, в ресторане. А я сама, наверное, не должна ему писать, что он подумает?» – написала Олимпия подруге Лене (из её города), с которой общение было в записях дневника Оли.
Олимпия смотрела телевизор: преподаватели советовали смотреть больше телепередач и фильмов на китайском, чтобы слова запоминать. Снова показывали криминальные сводки. Репортаж был об убитом полицейском. Что с ним случилось, она не поняла, но сказали, что, похоже, его пытали, жуткая какая-то история. И она переключила на другой канал.
Макс и Кэт уехали на неделю на остров Хайнань в Южно-Китайском море отдохнуть и посмотреть на его красоты. Олимпия осталась одна, созвонилась со своими родителями, которые давно звали её вернуться, они не разделяли любви дочери и её непонятную влечённость и заинтересованность этой страной. Говорили: «Посмотрела, и домой».
А Олимпия пока сама не знает, на сколько она здесь останется…
Вечером Олимпия решила прогуляться по району. Ей нравилось наблюдать за жизнью города, за уличными торговцами, за спешащими куда-то людьми. В одном из переулков она увидела небольшую чайную лавку. Запах жасмина и свежего чая манил войти. Она решила заглянуть.
Внутри было уютно и тихо. За столиками сидели пожилые китайцы, неспешно пили чай и вели беседы. За прилавком стоял молодой парень, он приветливо улыбнулся Олимпии. Она заказала жасминовый чай и села за свободный столик у окна. Наблюдая за жизнью за окном, Олимпия почувствовала умиротворение.
Внезапно её внимание привлёк разговор за соседним столиком. Двое мужчин говорили о каких-то долгах и угрозах. Олимпия невольно прислушалась. Один, судя по всему, был должен другому крупную сумму. Тот, в свою очередь, не скупился на угрозы. Олимпии стало не по себе. Она почувствовала себя неуютно.
Она быстро допила чай и поспешила покинуть лавку. Выйдя на улицу, Олимпия почувствовала облегчение. Но неприятный осадок остался. Ей казалось, что она случайно стала свидетельницей чего-то опасного.
Глава 9
Олимпия вошла в пышно украшенный ресторан, где вовсю праздновали свадебный банкет. В руках она держала два конверта: один с приглашением, другой с денежным подарком. У входа администратор проверил её приглашение, сверил со списком гостей и проводил к столу с табличкой «Олимпия». За столом сидели гости, Оли оказалась среди них единственной иностранкой, никто не говорил на другом языке. Она улыбнулась, поздоровалась и заняла своё место. Дальнейший ход торжества был ей неведом, и она принялась ждать, наблюдая за происходящим вокруг. Гостей становилось всё больше, и её персона то и дело привлекала внимание – почти каждый бросал на неё мимолётный заинтересованный взгляд.
«Боюсь, долго я тут не высижу», – подумала она, мечтая вырваться на свежий воздух. Вдруг над самым ухом раздался тихий мужской голос с безупречным английским:
– Не уходите. Скоро всё начнется, – и он сел рядом с Оли за тот же стол.
Это был Лэй, брат Мэй Син. Олимпия была приятно удивлена. Во-первых, его знание английского означало, что он понимает её и она может свободно с ним общаться. Во-вторых, он был здесь, рядом, за одним столом с ней. Ей было легко и спокойно в его присутствии, словно неведомая сила тянула её к этому человеку. Она не знала, как это объяснить, и пока не могла понять, взаимно ли это чувство…
Олимпии понравилось, что свадьба прошла довольно быстро. Никаких надоевших конкурсов (огромный плюс!), шумных танцев (хотя от них она бы, честно говоря, не отказалась). Была лишь официальная часть, где гости могли поздравить жениха и невесту, вручить красные конверты с деньгами. Мэй Син блистала в роскошном красном платье, расшитом золотыми нитями и бисером в виде феникса и дракона – потрясающее традиционное дизайнерское творение! Птица и дракон, к слову, символизируют женщину и мужчину, это священные символы гармонии. До банкета было ещё несколько обрядов: поклонение небу и земле, родителям и старшим в семье, а также друг другу; единение чаш – церемония, во время которой молодожёны обмениваются вином из одной чаши, что, по китайским поверьям, сулит им долгую и счастливую совместную жизнь; и чайная церемония, на которой они угощали чаем родственников жениха. После последней церемонии Мэй Син одарили множеством подарков.