Владлен Багрянцев – Железные Люди в Стальных Кораблях (страница 9)
— А еще мы говорим по-английски, — заметил Хеллборн.
Мисс Вульф рассмеялась.
— Только этот факт и заставил маму смириться с новым назначением. В Мексику ей и вовсе не хотелось ехать. "Сменить Лондон на эту ужасную и дикую страну", говорила она…
— Лондон? — машинально переспросил лейтенант.
— До недавнего времени отец работал в Лондоне, первый секретарь посольства… Так когда мы встречаемся?
— В восемь… — начал было Хеллборн. — Нет, в девять ноль-ноль.
— Любите поспать подольше? — Вирджиния скорчила забавную гримаску.
"1. Умная. 2. Красивый голос. 3. Острый язычок. Список достоинств растет прямо на глазах!" — коварный альбионец поспешил подвести предварительные итоги.
— Не в этом дело, — фыркнул Хеллборн. — Я должен взять машину, а прокатная контора откроется не раньше восьми. Где вы остановились?
— Я живу здесь, в посольстве. Гостевые комнаты все равно пустуют. Буду экономить, пока не устроюсь на работу…
"А за воду и электричество заплатят простые американские налогоплательщики! — мысленно покачал головой Джеймс. — Как нехорошо!"
— …и служба безопасности на этом настояла, — продолжила она.
"Это уже простительно".
— Зря они так, у нас одна из самых безопасных столиц на планете, — машинально отозвался Хеллборн. — Днем, по крайней мере… Если не секрет, кто вы по специальности?
— Инженер-химик, вторая степень, — мисс Вульф не хвасталась, она констатировала факт.
— Это же просто великолепно! — просиял Джеймс. — У нас вы легко найдете работу! На рудниках СТА, "Браун-Андерспейс" или даже заводах "Винил-Стирлинг"…
— Вы забыли отметить, что бОльшая часть должностей на этих замечательных предприятиях закрыта для иностранцев, — грустно вздохнула она.
— Да, конечно… — промямлил Хеллборн. — Вопросы безопасности… А зачем вам эта головная боль?! Попробуйте тот же "Антарес-Комбайн", пищевая промышленность. Уважаемая работа, никаких солдафонов над душой, и зарплаты у них высокие.
— Никаких солдафонов? — прыснула она. — Это вы так о своих коллегах-военных?
— Самокритичность — мое второе имя, — скромно признался Джеймс. — Значит, ровно в девять, мисс Вульф?
Наивный альбионец рассчитывал, что в ответ прозвучит стандартное "называйте меня просто Вирджиния". Но обладательница многочисленных достоинств не спешила вступать в ряды "сестер по оружию".
— Ровно в девять, мистер Хеллборн.
Хеллборн подъехал к воротам посольства в девять ноль шесть. И не угадал. Вирджиния уже сидела на ступеньках.
— Оформление бумаг заняло немного больше времени, чем я рассчитывал, — извинился он. — Но мы легко компенсируем эти минуты.
— Ничего страшного, — улыбнулась она.
От вечернего платья не осталось и следа. Мисс Вульф была облачена в джинсовый костюм, меховую куртку и высокие горные ботинки. Хеллборн одобрительно кивнул.
— Похоже, вы опытная путешественница.
— Облазила все шотландские горы на каникулах. И несколько валлийских холмов, — похвасталась Вирджиния. — Куда мне положить рюкзак?
— Бросайте на заднее сиденье, — неуверенно сказал лейтенант. — Только мы ведь еще сегодня вернемся…
— Да он совсем пустой! Фотоаппарат, запасная куртка, термос, бутерброды… — поведала мисс Вульф.
— Бутерброды — это лишнее. Неужели бы я оставил вас голодной?! Хотя… — задумался альбионец.
— Без обид, мистер Хеллборн — я не избалована, но иногда меня пугает ассортимент придорожных кафе… или что вы там захватили с собой.
— Стандартный армейский паек, — уныло кивнул Джеймс, и тяжелый "лендровер" плавно тронулся с места.
— Мы будем на месте примерно через час, — объявил он, сворачивая на соседнюю улицу. — Можно было и быстрее, но…
— …неприятности с законом нам ни к чему, — догадалась мисс Вульф.
— Как вам нравится наша столица? — спросил Хеллборн, поскольку не успел придумать ничего лучшего.
Вирджиния ответила не сразу. Бросила короткий взягляд налево, потом длинный — направо. Встречных и обгоняющих машин было совсем немного, если сравнивать с европейскими городами, но даже будь это не так, пробки Фрэнсисбергу не грозили еще много лет. По главному проспекту машины могли двигаться чуть ли не в шесть рядов. То есть в двенадцать, если считать оба направления. Движение в Альбионе было правосторонним, поэтому доминировали экипажи американских и континентальных марок. Людей на улицах было также немного, альбионцы серьезно относились к рабочему дню. Но, разумеется, люди и машины не были самыми интересными деталями наблюдаемого ландшафта.
— Просто другая планета, — очень удачно ответила она и обеспечила этому разговору блестящее будущее. — Ни в одной из наших колоний я такого не видела. Где бы не появлялись англичане, они старались принести с собой хоть немного родной архитектуры. Но здесь?…
— Ни в одной стране мира англичанам не доставалось такое множество пустых и благоустроенных домов, — заметил Джеймс. — И уже второе и третье поколение альбионцев не признавали другой архитектуры. Кроме всего прочего, она отлично подходит для нашего климата. Конечно, время от времени в Альбион прибывал новый губернатор с замашками великого строителя… Пока очередного из них не сбросили в Горячее озеро.
— Да здравствует Революция! — подхватила Вирджиния, и когда Хеллборн удивленно покосился на нее, напомнила: — Я ведь еще и американка.
— И какую из своих революций американцы сегодня считают самой успешной? — осторожно поинтересовался Джеймс.
— Все до одной. И пусть ни одна из них не дала полной независимости, но каждая прибавляла прав и свобод. Каждая нация гордится своими победами, — мисс Вульф пожала плечами.
"Через несколько дней у нас появится великое множество причин для гордости", — подумал Хеллборн и незаметно вздохнул.
— Обратите внимание, слева по борту Большой императорский дворец, — тоном профессионального гида объявил он.
— У вас до сих пор есть император? — Вирджиния покачала головой. — Удивительно…
— Сенат, консулы и так далее, — похвастался Хеллборн. — Отцы-основатели были большими поклонниками Римской республики. К их чести, они не стали копировать ее досконально и добавили несколько институтов из других времен и народов. Но система работает.
— Гражданские войны являлись частью системы? — ехидно уточнила она.
— Конечно, — убежденно кивнул Джеймс. — Одна из них превратила первого консула в императора, а вторая низвела императора до уровня важного, но рядового министра. В Конституции записано право народа на вооруженное восстание против тиранического или некомпетентного правительства. Понимаете,
— Хватит, хватит! — мисс Вульф энергично замахала руками. — Расскажите лучше что-нибудь о прежних домовладельцах. Неужели они все вымерли?
— Вымерли, были убиты, принесены в жертву, — уточнил Хеллборн. — Все было кончено максимум за пятнадцать лет. Уже четвертая по счету экспедиция не нашла в Альбионе ни одного живого египтянца.
— Египтянина? — переспросила она.
— Египтянца, — поправил Хеллборн. — Наши предки называли их "египтянцы". Не совсем грамотно с точки зрения толстых кембдрижских словарей, но именно это имя прижилось. Надо ведь как-то отличать их от "настоящих" африканских египтян. Уже в просвещенные времена кабинетные ученые мужи пытались приклеить к ним другие прозвища вроде "прото-альбионцы" или "антиподы", но потерпели неудачу. Египтянцы и все тут. Боюсь, их настоящего имени мы не узнаем уже никогда.
"Если только профессор не ошибся…" — промелькнула и тут же спряталась мысль.
— Но почему египтянцы?
— По той же причине, что и американские "индейцы", которые не имеют никакого отношения к Индии. По ошибке. Просто один из офицеров сэра Фрэнсиса Дрейка увидел пирамиды, у него в голове загорелась лампочка…
— Как вы сказали? — удивилась Вирджиния. — "Загорелась лампочка?"
— Ну, пришло озарение, просветление, — пояснил он. — Посетила гениальная мысль. Наш провинциальный жаргон, привыкайте, — улыбнулся Джеймс. — Так вот, начитанный был парень, слишком образованный для своего темного века. Увидел пирамиды и сразу вспомнил про Египет. И все, имя приклеилось навеки. Когда здесь правили испанцы… все шесть месяцев, — ухмыльнулся коварный альбионец, — на картах даже значилось "
— Я читала в какой-то газете про гипотезу, которая гласит, будто настоящие египтяне и в самом деле приложили руку к альбионским пирамидам…
— Желтая пресса! — лейтенант страдальчески застонал. — Глупости. Ничего общего. Совсем другая архитектура и планировка. Гораздо ближе к ацтекским и майанским пирамидам. Нас навещали опытные египтологи, они забили в гроб этой гипотезы еще несколько гвоздей. Кроме того, раскопанные антропологами скелеты однозначно говорят — египтянцы принадлежали к той же расе, что и американские индейцы. Скорей всего, они мигрировали в Альбион из Южной Америки. Потом начался новый ледниковый период, и все контакты с другими материками прервались вплоть до прибытия флотилии Дрейка.
— Если бы не этот случайный шторм… — задумчиво заметила девушка.
— В тех широтах часто штормит, — пожал плечами Хеллборн. — Удача могла улыбнуться еще Магеллану. Некоторые португальские националисты так и считают. Считают, что Новый Альбион был открыт Магелланом.
— А вы в это совершенно не верите? — поинтересовалась Вирджиния.