Владислава Мека – Революция Любви (страница 27)
-Не додумался!
-Может она нам на “бис” повторит?
Я натянув футболку, выскочила за дверь, треснув двоих особо любопытных по лбам этой самой дверью.
-Зачем на “бис”? Я могу кое-что получше для вас, мальчики, устроить!
...-А ты не слишком жестоко с ними поступила? – переспрашивал уже в сотый раз, бредущий следом за нами с Андреем, жалостливый Жора.
-Не слишком, я же их шмотье не выкинула, у двери оставила.
-Заботливо подперев эту дверь стулом – заметил Андрей.
-Каково им будет, когда их голыми найдут в одной кабинке? – продолжил страдать совестливый Жорик.
-Ничего! Переживут! Зато больше не возникнет желания подсматривать или чего хуже устраивать съемки!
-Злая ты!
-Тяжело быть хорошей девочкой, когда внутри живет маньяк – со знанием дела произнес Андрей.
-Это сейчас ты о себе?
-Нет, о тебе!
-Я не претендую на звание хорошей.
-Да? Не заметил.
-У тебя близорукость!
-Зато ты дальнозоркостью страдаешь, оттого и не видишь прямо по курсу Охотникова – фыркнул Андрей.
-О, черт – простонал Жора.
-Где, черт?
-Вон, черт!
-О, черт!
-Я не черт! Рогов у меня нет! – возмутился Охотников, подходя.
-Не переживай. Со мной – появятся! – усмехнулась я.
-Это намек?
-Нет, прямым текстом! Сначала я их тебе отращу, а потом обламаю! Козлина ты безрогий! Как ты мог такое у меня на спине написать?!
-Она хочет сказать, что хватать ее за зад был явный перебор – влез Жора со своей дипломатией.
-А, ты про это. Как узнала?
-Крылов просветил!
-С чего это он? Вроде не собирался?
-А с чего ему молчать фотки он уже сделал!
-Когда успел?
-Когда к стенки припер и раздел!
-Он что тебя раздевал?!
-“Раздевал”? Да он рубашку мне порвал и штаны снял!
-Переборщил!
-Ну еще бы!
-Чья тогда на тебе сейчас футболка? – разглядывая меня со всех сторон, поинтересовался Охотников.
-Давида.
-Раздевайся!
-И ты туда же?! Нет!
-Кому сказал – снимай!
-Не стану я ее снимать! Мне ее друг дал!
-Я тоже твой друг. Вот, возьми мою – второй стриптиз за сегодня в универе и все у меня на глазах. Сняв футболку с логотипом “Adidas” протянул мне Егорка.
-А чего они сейчас ругаются? Или не ругаются? – на периферии услышала я закадровый голос Жоры.
-Тебе не понять, Жорик – Андрея я из-за спины не видела, но была уверена, что он лыбится.
-Я не Жорик. Я – Георгий. И тебе жалко что ли? Ну, скажи!
-Это называется “взрослые игры”. Понятно?
-Нет.
-Не думал, что доживу до дня, когда увижу такую страсть...
-Я все слышу! – хором с Охотниковым рявкнули мы на Андрея.
-Жорик, нам пора уходить.
-Я не Жора. Я...
-Да-да, Георгий, пошли уже. Не будем мешать.
И эти двое смотались. Предатели! Мы с Егоркой уставились друг на друга. Я на него, как на врага народа. Он на меня, как на седьмое чудо света. Посверлив друг друга взглядами, продолжили:
-Снимай, кому говорю!
-Нет! Мне нравится эта футболка! Чего пристал?!
-Я тебя в таком виде к врачу не повезу!
-А кто сказал, что я собираюсь с тобой к врачу?
-Я сказал! Ты себя в зеркале видела? На зайца похожа!
-И что? На кого хочу на того и похожу!
-Ты снимешь эту чертову футболку?
-Нет! Чем она тебя не устраивает?!
-Да тем, что она сетчатая. И я не могу смотреть на это! – рявкнул окончательно взбешенный Охотников.
Ну, Давид! Ну, поганец! А я-то думаю, что он в кои-то веки раз проявил поразительное дружелюбие! А он, как всегда прикольнуться решил! Гад! Охотников даже не понял, как я выхватила у него футболку и переоделась. А ту пакость, что дал мне Давид, кинула на пол и потопталась на ней. С удовольствием.
-Ты настоящий друг! – расчувствовалась я и благодарно глянула на Охотникова.