Владислава Мека – Моя последняя игра (страница 31)

— Убить нас — склонив голову так, что выражение лица было не увидеть за зановесой волос, произнес Данте.

— Бинго, мой лживый поклонник. И не просто убить, я долго думала. Это игра на выживание. Выживет — один. Один из нас. Вот тут мы плавно переходим к следующему вопросу. «На кой черт я вам все это объясняю?» Раз награда ждет только одного?

— Вот именно! Ты все лжешь, помогая своему дружку! — глупышка — Натали, после Монти, который ее не один день «полировал» она стала очень нервной. Да и кто бы не стал, на ее-то месте?

«— Хозяин, ну пожалуйста, плиз, плиз! Я же никогда ничего не просил у тебя, ну дай мне с ней поиграть! — Монти коленями протирал пол, ползая у ног Людовика, который периодически носком ботинка пинал морду этого идиота.

— Не просил? А как же та шлюха — японка? Научись уже держать свой член в штанах! Ну на кой черт тебе сдалась это малявка? У нее ни титек, ни задницы нет! Тебя что на детей потянуло? — чисто для виду ворчал Людовик, ему была глубоко безразлична судьба этой дурочки, что забилась под кровать и тихо пищала.

— Да все у нее есть! Сам посмотри! — возмутился Монти и одним рывком вытащил из под кровати упирающуюся девчушку, она была старше меня на год — два, но выглядела и впрямь, как ребенок. Может, все дело в том, что я раньше оформилась, а может и в том, что с моей жизнью нет ничего удивительного, когда начинаешь выглядеть старше.

Монтер, в подтверждение своих слов, сорвал с девочки пижаму и ухватил за полушарие слегка оформившейся груди. Не спорю, она достаточно созрела телом. Но, для Монти явно маловата в размерах, хотя, какая разница? Все равно она — труп, пока правда, ходячий еще.

— Детка, скажи ему. Иначе мне придется разрешить — посмотрел на меня Людовик, я как раз вышла из ванной, где весьма звучно освобождала свой желудок от ужина. Скольких бы он не убил, стоит мне быть свидетелем этого, блевать тянет неудержимо. А сегодня он убил всю семью светловолосой девчушки, что сейчас пыталась освободиться от алчущих рук Монти.

Я знала, что нельзя, просто нельзя, перечить и пытаться защитить девушку. А еще я знала, что ничем хорошим мои увещевания не кончаться и не только для девочки. Но, с каждым разом. я все больше уверяюсь, что собственные ошибки меня ничему не учат.

— Монти, отпусти ее. Она еще ребенок. Можешь убить, но издеваться-то зачем? Тебе ее совсем не жалко? Сколько ей? Четырнадцать? Пятнадцать? Хочешь, чтобы последним моментом, что она увидит в жизни стала твоя оргазмирующая рожа? — Монти не хуже собаки скалился на меня, но молчал.

— Достаточно! Я, кое — что придумал! — захлопал в ладоши Людовик. Что и требовалось доказать, я снова подкинула ему идею.

— Что на этот раз? — вздохнула я и попыталась избавиться от запаха блевоты, засунув в рот полпачки „орбита“.

— Выплюнь эту мерзость! Если так хочется чем-то рот занять, я найду ему более достойное применение! — подставил руку Людовик к моему подбородку, я с неохотой выплюнула ему в ладонь жвачку.

— У меня на языке вкус желчи, я не могу от него избавится без жвачки…

— Тогда будем портить зубки вместе — Людовик положил на язык мой „орбит“ и притянув меня к себе впился губами в мои губы, тут же протолкнув язык с жвачкой в мой рот. Это не был поцелуй. По крайней мере такое поцелуем может назвать только конченный мазохист. Он кусал мой язык зубами, жевал губы и не давал избавиться от чертовой жвачки забивая ее мне в глотку. Это было очень больно и мерзко. Дышать ни ртом, ни носом не получалось. Я закашлялась, когда подавилась жвачкой и попыталась отпихнуть от себя Людовика. Только, когда я начала задыхаться от отпустил, я упала и сплюнула слюну вместе с ненавистным куском мятной резины. Хороший урок. Никогда не перечить и не оправдывать свои действия.

— Хозяин… — робко напомнил о себе Монти, вынуждая Людовика отвлечься от меня.

— А… Ты еще здесь. Делай с ней, что хочешь. Даю тебе, скажем, дня три, пока мы в этом городе. Если она не попытается сбежать, можешь оставить девчонку в живых. А сейчас, мне есть чем заняться помимо тебя. Пшел вон! Детка, на чем мы остановились?…»

Как показало время, Натали сбежать не пыталась или же она просто слишком понравилась Монти? Но факт остается фактом, он ее не убил и даже отпустил.

— Я тебя умоляю! Сколько можно лелеять прошлые обиды, будь выше — и вот они вогнали меня в то состояние, которое привил Людовик — «леди». Игривое, стервозное и слегка сумасшедшее.

— Не уходи от темы, для чего ты делишься с нами информацией? — Грин не дал нам с Натали пообщаться.

— Потому, что как не прискорбно мне это осознавать, но ваша шайка пополнилась еще одним участником — мной. Игра будет командной.

— Ты это серьезно? — он даже улыбнулся, крайне зло, надо заметить.

— А то! Я шутить не люблю и шуток не понимаю. Поэтому все, что сейчас скажу будет очень серьезно. Мы влипли. Это надо признать и подумать о другом. Как теперь быть? Один из вас, точно не я, иначе бы здесь не сидела, тесно связан с Кукловодом и один из вас уже запачкал свои руки в крови. Я даже могу сказать кто, без особой уверенности, но могу.

— Так скажи! — встрепенулся Ник.

— Не хочу — невинно просветила я.

— Ник, кому ты веришь? Этой чокнутой суки просто нравится потешаться над нами. Наверняка, она время тянет и скоро здесь появятся ее дружки! — Натали вскочила со стула и обвинительно ткнула в меня пальцем.

— Милая, успокойся, дыши глубже. Они мне такие же дружки, как и тебе. Уж поверь будь я с ними в хороших отношениях, никогда бы вас здесь не собрала. Но, мне некогда оправдываться. Тем более, когда кто-то из вашей «великолепной» пятерки общается с Кукловодом.

— Почему ты считаешь, что кто-то с ним связан? — занервничала Натали, оставив вендетту «на потом» и присев на парту.

— Потому, что было бы глупо не поместить в вашу компашку «крысу» и еще глупей оставлять вас без контроля и надзора. Вывод сам напрашивается — кто-то тут крысятничает.

— Разве, я не идеальный кандидат? — усмехнулся Данте и блеснул глазами из-под челки.

— Нет. Ты слишком прост. Создавать видимость и не зная, что творишь, рушить правила — пожалуйста, но настоящий Иуда не такой. Это паук, что уже втерся к вам всем в доверие. Так, как? Хотите поиграть по-взрослому? Или же до сих пор верите, что удача будет на вашей стороне?

— Я не против — после минуты тишины подал голос Ник — ребят не знаю, как вы, но я думаю, что с ней у меня по-любому больше шансов.

— Предатель! — рявкнула Натали.

Ник только руками развел и улыбнулся. В отличии от остальных, его история пострашней будет. И, наверняка, никто из них не знает, что на самом деле сделал Мэттью Фоулер, чтобы выжить. «Survive» — это его девиз по жизни. Он был бы подозреваемым?1 на роль Иуды, если бы я доподлинно не знала, что Людовик глубоко презирал этого парня и, как не странно, восхищался им. Мэттью убил отца и мать, чтобы самому остаться в живых. У него был выбор, умереть вместе с семьей или же убить семью и уйти. Он убил и… ушел…

Больше книг Вы можете скачать на сайте - Knigochei.net

«— Нет! Пожалуйста, нет! Только не Мэтти! Я умоляю вас! — эта тетка своими воплями выводит меня из себя. Как разоралась!

Вообще-то Фоулеры выглядели, как образцовая семья. Приклеенные улыбки, обеды всей семьей, походы по воскресеньям в церковь… А еще они были редкостными фанатиками, собственного сына за малейшую провинность стегали розгами. Мэттью, которого эта крикунья просила оставить в живых, забившись в угол со страхом и предвкушением наблюдал, как Монти методично избивает отца семейства. Я тоже наблюдала, только за Мэттью.

Людовик сидел на диване и щелкал пультом от телевизора переключая с одного религиозного канала на другой, периодически морщась. Меня он посадил к себе на колени и свободной рукой шарил под моим платьем, одетым на голое тело.

— Монти, заткни ее! Она меня уже достала! — не выдержал Людовик и выплескивая свое недовольство до крови прокусил мою шею, ниже затылка. Меня тоже стали раздражать вопли, не столько из-за крика, сколько из-за того, что доставалось мне, а не этой дуре.

— Без проблем, хозяин — оскалился Монтер и заехал тетке в челюсть, раздался характерный хруст и эта полоумная разоралась еще громче.

— Я попросил тебя ее заткнуть, а не заставить нас оглохнуть. И вообще пора закругляться. Какой у нас там план был, Детка? — а я почем знаю? Будто он меня в свои планы посвящает.

— Убить их? — предположила я.

— Как всегда милосердна — в голосе Людовика мне почудился упрек и я невольно вжала шею в плечи — нет, Детка план таков… Эй, ты, мальчишка? — повернулся Людовик к Мэттью.

— Д-да? — заикаясь паренек все же обратился к Людовику, смельчак.

— Хочешь жить? — скинув меня с колен на диван и попутно оголяя мои ноги, бедра, поясницу и часть спины, Людовик встал и подошел к Мэттью. Тот лишь на секунду отвел глаза, чтобы рассмотреть полуголую меня.

— Не пялься, малец, если не хочешь ослепнуть — предупредил его Монти, зная хозяйские замашки.

— Так, хочешь жить? — опять завладел всем вниманием парня, Людовик.

— Да — уже уверенней кивнул Мэттью.

— Тогда… Ммм, чтобы такого придумать?… О! Придумал! Убей своих родителей и будешь свободен! Ну, как, согласен? — улыбнулся от уха до уха этот псих.

— Насмерть? — я прыснула, он с такой наивностью смотрел на Людовика, будто тот ему поиграть предлагал, хотя, так и есть, предлагал.