Владислав Жеребьёв – Судьба Бригадира (страница 39)

Дальше же все было как в тумане. Бригадир жал кнопку, снедь падала в ящик, он доставал ее, срывал дрожащими пальцами обертку и отправлял еду в рот. Было совершенно все равно, шоколад это, орехи, желейные конфеты. В ход шло абсолютно все. Умом Бригадир понимал, что потребление такого количества нездоровой пищи после голодания может привести к самым печальным последствиям, но в тот момент он просто не мог себя контролировать. Он ел и ел, запивал бутилированной водой из того же аппарата. Гора пустой пластиковой тары и оберток росла, и под конец беглец все же смог остановиться, но только огромным усилием воли. Автомат почти опустел.

Встав, сталкер прошелся по столовой. Ощущения внутри были приятные, будто бы в опустевший до дна бак кто-то добавил хорошего топлива. Постепенно исчез тремор, отступила потливость, слабость истончилась и почти улетучилась. Остались лишь легкие намеки на усталость, но и они очень быстро проходили. Вопрос только – надолго ли. Бурной активности хватило самое большее на час. Возможно, полноценный отдых и приличное питание сыграли бы важную роль в восстановлении, но сейчас не было ни того, ни другого.

Коридор нижнего уровня, конечно же, вел вглубь комплекса. Пара комнат, встретившихся по дороге, были безошибочно определены как кабинет психологической разгрузки и общая комната отдыха, типа кают-компании. Дальше по коридору Бригадир наткнулся на медпункт, на дверях которого стоял не простой замок, а цифровой. Чтобы отворить его, требовалось иметь допуск, вшитый в карту, да еще знать цифровой код. Испытывать судьбу Бригадир не рискнул. Почти наверняка в медицинском кабинете хранились сильнодействующие средства, а нелегальное проникновение или попытка такового, скажем, по срабатыванию неправильной карточки и кода, скорее всего, сразу же провоцировало отправку на центральный пункт охраны тревожного сигнала.

Глава 35

Час на отдых выкроить все же получилось. Едва пришла сытость, сон буквально свалил Бригадира, но был он тревожный и обрывистый. То и дело сталкер просыпался, прислушивался тревожно, ловя каждый звук в коридоре: чьи-то торопливые шаги, писк считывателя, хлопок затворившейся двери.

В теле вновь появилась изматывающая ломота, будто от сильного переутомления. Состояние вялости осталось, но с ним можно было бороться. Все равно после таких испытаний, чудовищных потрясений и издевательств чувствовать себя хорошо было бы чудом. Бригадир проверил повязку на затылке. В самом начале своего путешествия на свободу он стащил ее со лба, спрятал под воротник. Шов позади намок, но не сильно.

Надо было выбираться, но первым делом осмотреться. Интуиция подсказывала, что стоит озаботиться информацией о том, что творится на нижнем уровне. Выйдя из столовой, Бригадир двинулся вперед по коридору и очень скоро остановился перед тупиком и двумя дверями по бокам.

– Направо пойдешь, коня потеряешь… – произнес он вполголоса.

На каждой двери висела табличка. На первой сообщалось о том, что за данной дверью находится отдел оперативного вмешательства и нейрокоррекции. За второй дверью, судя по надписи, располагалась лаборатория генной инженерии. Обе таблички были снабжены знаками биологической опасности и предупреждениями о том, что посторонним-то вход сюда точно запрещен. Будто тут могли быть посторонние.

Выбор стал очевиден, когда дверь в биолабораторию вдруг распахнулась и на пороге появился давешний лаборант. В руках он по-прежнему сжимал чемоданчик. Остановившись, парень с недоумением уставился на сталкера.

– Вы кто такой? – спросил он ошарашенно.

Ответом ему были удары в кадык и по затылку – и вот вход уже свободен. Теперь надо было не допустить, чтобы второй ученый лаборатории нажал на тревожную кнопку.

Влетев в помещение, Бригадир схватил ученого за ворот костюма и приложил маской о стену. Маска треснула, лаборант отключился. «Хлипкие они, – пронеслось в голове Бригадира. – По носу щелкни – и вырубаются. Впрочем, это только на руку».

В глубине помещения располагалась стерильная камера. Решив, что осторожность не повредит, Бригадир влез в один из костюмов, сняв его со стены, и в нерешительности остановился. Шлюз отделял лабораторию от остального комплекса. Кроме одной большой красной кнопки, на входе ничего не нашлось, и методом исключения сталкер решил нажать ее. Воздуха внутри костюма не хватало. Бригадир огляделся и заметил под потолком несколько длинных тонких шлангов с клапанами. Такой же клапан был без труда обнаружен сбоку на комбинезоне. Сам того не осознавая, сталкер прищелкнул клапан, надавил, после чего начал поступать кислород. В голове зашевелилась мысль: «А откуда я вообще это знаю?» Кнопка – шлюз открылся. Бригадир прошел и надавил на красную кнопку выхода, но двери внутрь так и остались заперты. Вернувшись назад, он затворил двери. Тут же все вокруг померкло, зажегся холодный синий свет, струи серого дыма заполнили все вокруг, но вскоре он убрался в вытяжную вентиляцию где-то под потолком и на уровне пола. Можно было выходить. Еще один шланг – на этот раз на ролике под потолком.

Пристегнув шланг подачи воздуха, сталкер двинулся дальше. Ничего интересного. Ряды колб, пробирок, неизвестного предназначения мигающие лампочками аппараты. Несколько мониторов в ряд, стол, на котором лежало что-то уродливое и давно уже мертвое. Запах, наверное, от него еще тот распространялся, но костюм прекрасно спасал от внешнего воздействия. На пути попался еще один лаборант. Даже через стекло маски Бригадир видел его удивленные и непонимающие глаза, когда кулак опустился на череп несчастного. Кругом были камеры, и Бригадир понимал, что скоро тут будет много народа, но вскоре нашелся выход.

В дальнем углу зала стоял сейф с узкими амбразурами пуленепробиваемого стекла. Подойдя ближе, Бригадир ухмыльнулся. Через толщу стекла были отчетливо видны промаркированные пробирки. Четыре из них, с жидкостью ярко-красного цвета, стояли особняком, отгороженные стеклянным колпаком. Первым порывом было взять пробирки из сейфа, но что-то подсказывало, что даже прикасаться к ним не стоит. Однако другая мысль созрела почти мгновенно. Такие же пробирки, только пустые, стояли на одном из столов. Взяв одну, Бригадир наполнил ее наполовину водой из-под крана, а затем прошествовал к лежавшему на полу ученому. Осмотрев все вокруг на наличие острых предметов, сталкер взял первую попавшуюся посудину и разбил ее о стол. Присев рядом с бесчувственным телом, Бригадир острым краем вскрыл перчатку ученого, вытащил палец бедолаги и уколол его. В то же мгновение посреди подушечки образовалась толстая красная капля.

Очень скоро вода в пробирке приобрела нужный темно-красный цвет, встал на место пластиковый колпачок. Бригадир поднялся, осмотрелся вновь, а потом уверенной походкой двинулся на выход.

Глава 36

Сталкеры не спешили внутрь периметра, а даже наоборот. Те из них, что находились в комплексе, уже собрали вещички и сейчас торопились на выход, да их особо никто и не сдерживал. Внутри же творилось что-то совершенно непонятное. Феникс и Мастер взобрались на смотровую вышку. Подрывник вытащил бинокль и направил его на вход, куда стягивались люди в черной форме. Входить им, видимо, резона не было. Все нехотя топтались на месте. Дверь в бункер открывалась, выдергивался человечек, под стволами автоматов у него что-то проверяли, а потом направляли волшебным пенделем в сторону собственных казарм.

– Сбежал у них, что ли, кто-то? – поинтересовался Феникс.

– Или проник внутрь, – сообщил Мастер, не отрывая взгляда от действа. – Чуйка моя вечная сталкерская говорит, что опоздали мы малость. Этот Бригадир-Дженнингс еще шуму наделает.

– Закусить бы надо, а то меня от бражки Вепревой до сих пор не отпустило. Нельзя на работе пить.

– А что делать, тут везде работа. Ни минуты спокойной. Вот, держи. – Мастер на ощупь вытащил из своего бездонного рюкзака банку тушенки. – У Вепря со стола прихватил, пока он бледного отыгрывал.

Банка перекочевала в руки Феникса. Тот поспешно потянул ключ, вскрыл консерву, подумал немного и, будто бы что-то решив для себя, запустил пальцы внутрь. Отправив часть содержимого в рот, поинтересовался:

– Ну что там?

– Да пока суетятся, будто муравьи, на чей муравейник помочились. Негодуют, значит. Встали в две колонны, пропускают гражданских. Ага, пропуска сверяют. Опа, зашевелились.

– Что там? – всполошился Феникс. – Мутанты?

– Та не. Мужик какой-то в костюме биологической защиты. Толкает перед собой мужика лысого в халате, руку вон поднял, сжимает что-то в кулаке. Ты погляди, погляди, как чернорубашечники-то заволновались. Нет, струхнули, я тебе говорю. Ты же знаешь, зачем черный цвет на форме нужен?

– Удиви меня.

– Затем, чтобы пятна на портках скрывать.

– Шутка, понимаю… Что за мужик-то?

– Да черт его поймешь. Лицо маской закрыто.

– Из-за него, небось, и весь сыр-бор. Только операцию мне рушит. Чего они его не пристрелят-то? Снайперы перевелись?

– Да есть, наверное, резоны. Думаешь, они первый день воюют. Знают, видимо, что делать.

Первый кабинет, попавшийся по ходу, был снабжен табличкой «Сенников Д.П.». Воспоминания о нем у Бригадира были самые противоречивые. Людей на этаже почти не осталось. Разве что мелькали в проходе черные рубахи.