Владислав Жеребьёв – Судьба Бригадира (страница 35)

– Ты же сам говорил, что тут дефицит кадров.

– Ну, говорил, да Вепрь мужик не простой. Тут вообще придурков не держат, вот так и знай. Есть у него фишка одна: он всегда чувствует подвох, и если вдруг что заметит в тебе подозрительное, то на порог не пустит.

– Знаю я Вепря, – вдруг оживился Мастер. – На Кордоне встречались, в пункте приемки. Он мне тогда в карты продул три БК и ящик тушняка. Половину отдал, а потом пропал на просторах Зоны. Надо бы сходить, предъявить.

С Майкопом распрощались и двинулись на север, огибая периметр базы «Армора» по солидной дуге. Действовать приходилось осторожно. То тут, то там на земле виднелись уродливые выжженные пятна, иногда почва вспучивалась будто пузырь, попадались и глубокие ямы. Раньше здесь было множество аномалий, просто-таки сосредоточение ловушек, и местная сталкерская братия неплохо потрудилась, прежде чем расчистила все вокруг.

Миновали ветхий дачный домик, стоящий на отшибе. Сиротливо припаркованные у сарая «Жигули» были подняты на чурбачки, а рядом лежали истлевшие от времени колеса.

Феникс остановился, прислушался. Рядом встал Мастер, тоже весь обратившись в слух. Рука подрывника юркнула в карман, нащупала гайку. Примотанный бечевой к катушке, маркер полетел по параболе, уткнулся в мох, да так и застыл. Сталкер осторожно потянул за веревку и принялся сматывать ее назад на катушку. Так повторилось несколько раз, после чего подрывник уверенно зашагал дальше. Миновали чахлый подлесок. Феникс обратил внимание на то, что спрятаться здесь особо и негде. Участок метров в триста перед периметром тщательно контролировался и, похоже, отлично простреливался, так что таиться было себе дороже.

Едва завидев забор – тяжелые бетонные заграждения, по верху которых стелилась витками егоза, – Мастер достал белую грязноватую тряпицу и замахал ею над головой.

– Э-ге-гей!

– Ты кому орешь?

– Знамо дело кому – патрулю. Вон, видишь, часа на три, на крыше, прямо за забором, оптика блестит?

Остановились, закурили. Патруль не заставил себя долго ждать. Это были парни в горках, с натянутыми на брови вязаными шапками, в топорщащихся от боекомплекта разгрузках, со свисающими на ремнях автоматами. Взгляды настороженные, один из тройки чуть отстал, забормотал что-то в рацию. Тот, что вышагивал впереди, нахмурился, положил руку на цевье АК. Автомат у него был, кстати, не на ремне, а очень даже в руках, на изготовку, предохранитель поставлен на очередь. Все это, уже когда боец подошел, видно стало.

– Кто такие? – буркнул он.

– Мастер, Феникс. Вольные мы, – вышел вперед подрывник.

Два напряженных встревоженных взгляда встретились.

– Это закрытая Зона, – хмуро продолжил старший патруля. Угрозы в его словах не было, но и особой охоты общаться с пришлыми тоже не чувствовалось. – Тут частная лавочка, парни, так что разворачивайтесь и валите, откуда пришли. Ни хабара тут нет, ни других ништяков. Все давно уже выкосили.

– К Вепрю мы, – скривился Мастер. – Я и дружок мой закадычный, Феникс. Ты по говорилке-то своей импортной доложи сначала, прежде чем людей гнать. Мы порядков не нарушаем, к вам не лезем, костры в лесополосе тоже не жжем. Кругом порядочные и законопослушные. Скажи Вепрю, что Мастер тут. Он меня знает.

Рейдер пожал плечами, кивнул отставшему. Тот понял, снова забормотал в рацию. Пару минут пришлось подождать. Сталкеры местные чувствовали себя тут привольно: а что, вокруг тишь да гладь, опять же, снайперы по крышам – если что, быстро срубят приток ненужного энтузиазма.

Пара минут растянулись в вечность, пока старший наконец не получил отмашку от связиста.

– Стволы сдать, – хмуро посоветовал он. – Ножи, гранаты, активные боевые артефакты. Все отдадут по уходе. Нам чужого не надо.

Делать нечего, пришлось разоружиться. Оружие взял второй боец. Он же забрал и рюкзак Мастера, который подрывник отдал с большим сожалением.

– Двинули. – Охрана и сталкеры поспешили назад к базе, однако внутрь периметра их никто заводить не стал. Рейдеры остановились напротив ворот. Связист быстро удалился, появилась еще пара автоматчиков.

Ждали, пока снова появится связист, который сначала заспешил к старшему, что-то прошептал ему, едва шевеля губами. Стволы автоматов взметнулись вперед.

– Лапы за спину.

– Зачем? – возмутился Феникс. – Мы что, арестованы?

– Вроде того, – криво усмехнулся командир. – Вам же к Вепрю надо, а он гостей не особо любит. Особенно Мастера, говорит, потому что тот в карты мухлюет.

– Вранье! – В голосе подрывника послышалась обида. – Пусть ваш Вепрь сначала пики от черв отличать научится, а потом за стол садится.

Руки гостям сковали пластиковыми стяжками. Феникс дернул на всякий случай, но нет, пластик сидел крепко: чем больше руками дергаешь, тем глубже впивается в кожу, перекрывает кровообращение, а если затянуть такие потуже да походить подольше, можно и рук лишиться.

Конвоиры встали не так чтобы рядом, но если вдруг случилась бы нужда пленникам по затылкам прикладом съездить, то исполнить могли бы с легкостью.

Почти у забора вильнули, пошли дальше, добрались до бетонных блоков. А там… Вот те на, еще один проход, незаметный, так ловко затянутый сеткой, что и с десятка метров не определишь, а за ним – проход, такой узкий, что едва ли можно крупному человеку протиснуться. Не проход даже, а лаз. Две секции забора были стянуты с таким расчетом, чтобы пропустить можно было только одного бойца. Ни перепрыгнуть эти секции, ни снизу проползти под ними не получилось бы. Сам проход простреливался, оптика мерцала прямо по глазам, да так нагло, убедительно, что дурить совершенно не хотелось уже.

– Пошевелимся. – Не особо дружелюбный тычок кулака в спину, прямо промеж лопаток.

Феникс хотел было возмутиться, но поймал на себе взгляд Мастера, и слова сами застряли в глотке. Потянуло чем-то гнилостным. Сначала Феникс принял этот запах за отходы. Мало ли, сваливают их где ни попадя, мух привлекают. Но чем дальше продвигалась колонна в расположение гарнизона сталкеров, тем стремительней эта уверенность улетала. Сразу за забором тянулась еще одна линия заграждения – дощатая изгородь с колючкой по верху. Один провод тянулся к неприметному домишке, такому кособокому, будто из картона сбитому, из детского рисунка, исполненного на белом листе цветным карандашом.

Снова потянуло гнилью, на этот раз стала более или менее видна причина этой вони – здоровенная стальная клеть, так же закрытая сеткой, плотной, чтобы не видно ничего было сквозь прутья. Феникс кивнул в сторону источника смрада, к которому сталкеры тоже, похоже, не привыкли. Проходя мимо клетки, они морщились и воротили носы.

– Что у вас там?

Старший рейда покосился на клетку, повел плечами, не сбавляя шага.

– Мутант. Людоедина. Жрет честного бойца почем зря. Вепрь его транквилизаторами конскими накачал да на цепи дотащил до базы. Это вроде мотивации. Дернул кто с хабаром, на базе взятым, решил своих пацанов кинуть – он вот первым в расход и пускается. Пули не боится – то ли ворм, то ли какая другая дрянь, совершенно непробиваемая, квази там что-то с долгим присвистом. Вепрь на него ошейник с электричеством надевает, так и управляет им.

В доказательство слов сталкера в клети кто-то шумно заворочался, погнал чумные пары наружу, и стало совсем невозможно дышать.

Глава 32

Прямо напротив сторожки Вепря в землю были врыты четыре столба, нынче пустующих. Невысокие такие, метра полтора, и не особо толстые. Сами столбы выполнены были из стали, а уходящий в землю конец прилично так забетонирован.

– Рядом со столбами встаньте, – произнес кто-то из сталкеров. Феникс уж и не различал их особо. Чтобы поторопились, помогли пинком.

Старший подошел, в руках у него появились кусачки, хрустнула на запястьях пластиковая петля, и устремившаяся в пальцы кровь сотнями раскаленных игл ударила в ладони.

– Сели, ногами обхватили столбы. Руки за спину.

Феникс усмехнулся, почувствовал, как на исстрадавшихся запястьях снова сходится пластиковая петля. Сидя на земле, он отчетливо понимал, что вот таким вот манером ни подняться он не сможет, ни в сторону отойти. Ноги сходились впереди столба, и получалось, что он сидит почти по-турецки. Руками при посадке кое-как себе помог, а вот когда они за спиной, то подняться из такой позы совершенно невозможно. Ловкий ход и нехлопотный, сотни лет использовался, чтобы вот так пленника зафиксировать. Не подняться, не отклониться, не сбежать. Принимай как есть.

Вепрь появился часа через два, ближе к закату. Глянул на сидевших у столбов пленников, усмехнулся криво и прошел в дом.

– Ног не чувствую, – признался Феникс сидевшему неподалеку Мастеру.

Тот было попытался пожать плечами, мол, все в одной лодке, однако вышло у него это как-то неловко. Мешали связанные за спиной руки. Очень скоро в сторожке Вепря загорелся свет. Мимо прошел сталкер, сгибаясь под тяжестью подноса, накрытого одноразовой скатеркой. Из кармана камуфляжных брюк гонца заговорщицки выглядывало зеленое горлышко бутылки. Вернувшись от Вепря, парень остановился около пленников, достал нож и срезал пластиковые стяжки, сначала у Мастера, а потом и у Феникса.

– Командир ждет вас, – обронил он и, потеряв всяческий интерес к «гостям», поспешил куда-то по своим делам.