Владислав Жеребьёв – Судьба Бригадира (страница 32)

Феникс недоверчиво посматривал на Мастера, тот в задумчивости чесал затылок.

– Что делать-то? – поинтересовался подрывник.

– Да пес его знает, – раздраженно буркнул Феникс. – К базе не подступиться, а он теперь внутри небось. Туда соваться себе дороже. Приступом не взять, измором тоже. Хитростью разве что.

– Ну, хитри, – пожал плечами сталкер.

– А и схитрю. Связь только нужна, спутниковая.

– Ну, связь-то будет. Аномалии, правда, глушат, так что бывают нешуточные помехи в эфире. И это тебе в кругленькую сумму обойдется.

Феникс полез в карман, достал пачку наличности, внутренне рыдая от того, как неуклонно уменьшается денежный запас. Рука Мастера потянулась к деньгам, но напарник покачал головой.

– Э, приятель, это не оплата за звонок. Сюда еще АК входит, БК к нему, по возможности снаряга, какую не жалко. Если не хватит, доплачу или позже компенсирую.

Мастер кивнул, дотянулся-таки до денег.

– Ты не подумай чего плохого, – произнес он, пряча наличку в карман. – Я же из собственных запасов беру. Не из воздуха стволы кастую. Я за периметром не скоро окажусь, а тут тоже на что-то жить надо. Ствол я тебе дам. Есть у меня хороший, пристреленный, а вот с БК засада, напряженка тут с патронами.

Связь с «меченосцами» и правда оказалась хуже некуда. В эфире было столько бьющих по уху помех, что приходилось морщиться и давить в себе желание отнести сотовый телефон подальше. «На проводе» опять был Бессон. Видимо, кто-то из старших решил назначить его координатором операции.

– Значит, увезли нашего? – в который раз поинтересовалась трубка.

– Забрали. Лезть не стал. Они кавалерию подогнали, кукушек рассадили по зеленке, все подходы в зону огня закрыли. Сунулся бы – сыграл в двухсотого так резво, как студентик на второй этаж женского общежития лезет.

– Лондон очень озабочен ситуацией с их парнем. Варианты шерстит. Есть канал.

– И какой же?

– В бункере, в инженерном отделе, некто Майкоп работает. В миру Алекс Фергюсон. Подрядился в «Армор» на халтуру за, как говорит, деньги большие, но должок за ним есть.

– И какой же?

– Да я почем знаю! Я тебе сейчас накидаю, как с ним примерно связаться, а вы уж дальше сами думайте.

С Майкопом связались через внешнее кольцо оцепления. «Борей» по внешнему периметру не дежурил. То ли охоты не было, то ли опыта, так что весь комплекс по кругу в первом кольце закрывали вольные сталкеры на особых бонусах. Платили им не то чтобы много. В основном это были отщепенцы и ренегаты, которых и в расход пустить не жалко было. Однако «Армор» заботился даже о фрилансерах. Забрасывали недурной харч, обеспечивали БК, снаряжением, радиоаппаратурой, средствами слежения и наблюдения. Нести службу полностью укомплектованным – всяко легче. Попадались и такие ухари, что, проходя минимальный отбор, набирали хабара полные карманы да пытались дернуть в Зону, в жаркие объятья аномалий, но их удивительно быстро находили и привозили на базу. Бронированные двери лабораторий захлопывались за ними, и дальнейшую судьбу их никто не знал.

Гонца нашли легко. В один из заходов Мастер повстречался с давно знакомым сталкером, что за долю малую, которая по бухгалтерии Феникса малой совершенно не была, обещал передать Майкопу крохотную записочку с просьбой о встрече. Ответ, что удивительно, пришел уже через два дня. Должник готов был встретиться на нейтральной территории в заброшенном дачном кооперативе, недалеко от реки, и обсудить условия сделки. Особой строкой там значилось, что услуга, оказанная им «меченосцам», в рамках той самой, еще несостоявшейся сделки будет последней, и он свой долг полностью закрывает.

Можно и не озвучивать, что вновь потребовались переговоры, и только после всей этой бюрократической проволочки центр в Лондоне дал добро.

Глава 30

И снова планы рушились, а ситуация становилась все хуже и хуже. Бригадир открыл глаза и понял, что оказался в полной темноте. Он лежал на какой-то гладкой холодной поверхности, руки и ноги были зафиксированы так, что даже пальцами пошевелить было невозможно. Что-то мешало поворачивать голову. Стальной обруч обхватывал горло, другой давил на лоб. Особого дискомфорта они не приносили, однако и радости от всего этого было мало.

Атлет с самого начала был предателем. Только общая физическая слабость и полное непонимание ситуации заставили сталкера довериться гребаному ренегату и попасть в такую бездарно расставленную ловушку. Все, что было до Зоны, теперь представляло собой большое черное пятно. Все, что в Зоне, тоже было пятном, но более или менее светлым. Будущее в понимании Бригадира теперь просто отсутствовало. Когда Атлет напал сзади, удар прикладом в висок принес, наконец, полную ясность. Именно Атлет настоял на том, чтобы идти той тропой, на которой убили Красного. Именно он выводил линии на карте, описывая ситуацию на закрытой территории, и уговорил-таки пройти в относительной близости от бункера «Артефакта», в котором, видимо, сам Бригадир сейчас и находился.

Очень скоро сталкер почувствовал, что в помещении он не один. Вспыхнул свет, позволяя рассмотреть не только очертания комнаты, больше похожей на операционную. Яркие лампы над головой, какое-то странное оборудование, гладкий причудливый инструмент, разложенный на столах. Сама комната была небольшая, метров пять, может, меньше. Внимание привлекла стена, большую часть которой занимала зеркальная поверхность, обрамленная в пластиковую раму. За ней, похоже, и находились наблюдатели. Очень понятная схема.

Из неприметных динамиков на потолке послышалось легкое покашливание.

– Кто тут?

Собственный голос даже Бригадиру показался слабым и каким-то сиплым, надломленным. Таким голосом разговаривают больные люди, давно уже прикованные к постели.

– А будто не узнал?

– Гриб.

– Он самый, – из динамика раздался беззлобный смех. – Пришлось выдергивать тебя с поля, когда память крошиться начала. Первичная разработка ни к черту.

– Что происходит, мать вашу? Что тут происходит вообще? – Слова будто нехотя выходили изо рта. В голове у Бригадира была полнейшая сумятица. – Почему я вообще голый?

– Ну, смотреть на голых мужиков, поверь, мне тоже радости не доставляет, – поделился Грибов из-за перегородки. – Упущение дежурной смены. Надо будет простынку принести. Нет, ты серьезно не понимаешь, что происходит?

– Вообще, – злобно выдал Бригадир и попытался освободиться, но куда там. Стальные обручи, прикрепленные к столу, держали крепко.

– Мой наниматель, компания «Айрон Армор», заключила подряд на разработку удивительной технологии.

– Что вы, Грибов, с ума спрыгнули? – вклинился вдруг чуть пришепетывающий разгневанный оклик. – Это же испытуемый! Вы хотите мне всю статистику порушить? Вы солдафон и идиот с раздутым чувством собственного достоинства!

– Полноте, Денис Петрович. Не ссы, как говорится, в компот. Все равно имплант доставать, так твои живодеры же корректно не извлекут, пустят такой образчик под нож. Ты вообще уверен, что схема обучения закончилась?

– Нет, но это лучший образец ИИ за последние три года.

– Да черт возьми! – Нервы Бригадира не выдержали. Голос его стал визгливым и жалким. – Что вам вообще от меня надо?

– От тебя – ну, в принципе, ничего особенного. – Грибов прокашлялся, и динамики захлебнулись в хрипе.

Глаза привыкли к яркому свету. Брайн внутри куда-то забился и не желал вылезать, хотя его помощь сейчас бы очень пригодилась. Бригадир попробовал нащупать признаки чужой сущности в своей черепной коробке.

– Не старайся. Глушилки тут. Вот только работают они наоборот.

– Не понял.

– Чтобы тебе стало все понятно, я, пожалуй, расскажу всю историю с самого начала. Это будет, ну, скажем, твое последнее желание. Хочешь правды, Бригадир?

– Последнее? – К горлу подступил комок. Накатила паническая атака, стало трудно дышать. Стены вдруг начали сходиться, готовые раздавить своей бетонной громадой заключенного внутри маленького человечка.

– Ну, вот видите, Грибов, у него давление подскочило. Посмотрите на показания приборов! Могли бы просто сделать укольчик, извлечь наш чип и отправить его на обработку в Лондон. Там же все пишется, все до последнего удара пульса, до малейшего изменения пульсовой волны и скачка по систоле.

– Ну, введите транквилизатор.

– Не могу. Хирург запретил. Говорит, что с анестезией может конфликтовать, а он по-живому резать не будет.

– Праведники, мать его. Как бабло лопатой грести, так все в очереди стоят, а как результат делать, так сразу принципы гуманизма. Ты же санкционировал протокол ИИ «Бригадир».

– Не тыкайте мне, молодой человек! Я вас старше на двадцать лет и требую к себе уважения.

– Ладно, ладно. – Голос Грибова чуть смягчился. – Не кипятитесь, герр доктор. Я же чисто по-дружески.

– Куда вы?!

Дверь в комнату внезапно открылась, и на пороге появился Грибов. На нем была черная форма, гладкая, почти блестящая. Шеврон с античным профилем бликанул под ярким белым светом хирургических ламп. Мягко ступая по гладкой плитке, боец прошел по комнате и остановился напротив прикованного к столу Бригадира.

– Здорово, сталкер.

– Я тебе кадык вырву, – дружелюбно сообщил Бригадир, не сводя глаз с противника. – Ты же, тля, один на один яйца выеденного не стоишь. Шваль, шавка корпоративная. Не будь я прикован…