Владислав Жеребьёв – Позывной «Кот» (страница 36)

– К слову об обстоятельствах, ты мне вроде обещал еще в поезде, как приедем и устроимся, рассказать, а все молчишь.

– Забыл, – отмахнулся Федор. – Новости тебя не сильно обрадуют. Возможно, придется перейти на военное положение.

– С чего бы это? – поразился я.

– А вот с того. Помнишь черных и удивительно точную бомбу с часовым механизмом, от которой нам пришлось убегать?

– Как такое забыть, – еще свежи были ощущения от мощного осколочного взрыва в закрытом пространстве, и я поёжился.

– Ну, так вот, дело получило продолжение. Был я там с двумя приятелями, разгребали, так сказать, остаточные, ну и напоролись на прелюбопытную картинку. Трофеев поимели прилично, видеозапись сделали, да и сдали все это дело научникам в столицу, а те как увидели, что на пленке происходит, так за голову и схватились. Вот как дело было. Я и пара моих старых приятелей, Барин и Гном, тот самый, чей коньяк мы кушаем, подрядились вместе со мной на беспрецедентную акцию. Не охота это была, чистый сталкинг, да еще и неоплачиваемый.

Рассказ Федора я слушал с открытым ртом, то и дело перебивая и уточняя подробности, и к концу повествования уже в голове нарисовалась картинка того, чем может все это грозить.

– Думаешь, последние деньки свободно гуляем? – загрустил я.

– Пока я ничего не думаю, предполагаю больше. Одно дело, вести партизанскую войну с разрозненной и неорганизованной кучкой ходячих недоразумений, и совсем другое – противостоять серьезно подготовленной массированной атаке со стороны противника, располагая лишь приблизительными и расплывчатыми сведениями о предполагаемой угрозе и её последствиях.

– А что Минобороны думает?

– Да не думают они, а ждут. У научников сейчас такая мозговая активность, что, небось, дым из ушей идет от трения. Чем быстрее разберутся, тем лучше, но точно уже не будет так, как было. Хуже будет, опасней, больше начальства и директив, и скорее всего, оплату снизят. Работать-то придется не одним, а в спарке с военными, спецназерами или СОБРом. Мы – навигаторы, они – ударная сила, впрочем, и об этом рано говорить.

– Не весело, – признался я. – Может, ты ошибаешься?

– Самому бы хотелось, – признался Федор, – так хотелось бы, что зубы сводит, но пятой точкой чувствую, что прав, и от того еще тоскливее. Что там у тебя, кстати, с ведьмой?

– Да та еще котовасия, – я вкратце рассказал охотнику предновогодние приключения. Ярко, в красках, в лицах. На этот раз удивляться пришлось Федору.

– Чудеса чудесные, – наконец выдал он, – как вы, охломоны, живы-то остались, загадка. Нет, молодая была ведьма. Годков бы ей двести набросить, она бы вас как котят со всем вашим арсеналом в Неве утопила бы и сказала бы, что так и было, а тут нате, в рукопашную пошел. Рембо доморощенный.

– По-другому никак было, – устыдился я.

– Очень даже как, – Федор сплюнул под ноги и поднял ворот воротника. – Звать надо было спецов, типа Барина с Гномом. Они бы стерву в момент упаковали, не чета вашему пионерскому отряду.

– Пионерскому отряду, – хмыкнул я. – Ну да, похоже, только без галстуков.

За разговором и не заметили, как зашли в поселок, а затем и к дому Семена. В окнах первого этажа горел свет, а из трубы валил густой дым.

– Проснулся, – поделился наблюдениями Федор.

– Еще бы не проснуться, – хмыкнул я, – задубел, небось, вот и поднялся. Гляди, как дым валит, почти паровоз.

Пройдя в калитку, мы двинулись по тропинке, протоптанной в снегу. Не любил Семен уборку, да и лопатой махать не собирался, сугробов во дворе накопилось предостаточно. Расчищено было только несколько площадок: около входа в дом, сразу перед крыльцом да у дровяного сарая и туалета.

– Федор, ты, что ли? – послышался с порога осипший голос Семена.

– Я, – заверил хозяина охотник, обивая о ступеньки ботинки от снега.

– С тобой кто?

– Антон, практикант наш. Прошу любить и жаловать.

– Семен, – хозяин протянул мне руку.

– Антон, – представился я.

– Ну, заходите, заходите быстрее, – замахал тот руками, – весь дом мне выстудите. Вы когда приехали-то?

Обстановка в доме как по волшебству изменилась. За время нашего отсутствия Семен успел прибраться, выкинуть мусор и принести в нашу комнату чистое белье и матрасы с чердака. В большой комнате был накрыт стол: кастрюля вареной картошки, селедка и пара головок лука, разрезанных на четвертинки, а венчал все это запотевший штоф водки и нарезанный большими ломтями хлеб.

– Да ты мастак, – улыбнулся Федор. – Экую поляну холостяцкую накрыл, высший класс.

Местный бог микроэлектроники скромно потупил глаза:

– Да вы проходите, небось, опять копали целый день. И чего вам летом не роется, все норовите по зиме нагрянуть.

– Разнарядка, – расплывчато пояснил Федор и, скинув бушлат и ботинки, направился к столу.

– А ты чего стоишь? – кивнул мне Семен. – Тоже давай. Выпьем за приезд да за знакомство.

Расселись чинно, благородно, налили, чокнулись стаканами, выпили, закусили.

– Так когда приехали-то, говорю? – напомнил хозяин, потянувшись за долькой лука.

– Да в полдень, – Федор достал из общей стопки чистую тарелку и принялся накладывать еще парящий картофель. – Приехали, а у тебя тут хоть топор вешай, решили не будить.

– И то верно, – согласился Семен, а мне пояснил: – С похмела шибко злым могу быть, не разберу, что к чему, да в ухо и заеду.

– Он свирепый, – подмигнул мне Федор.

– И надолго у нас? – поинтересовался хозяин, разливая водку по стаканам.

– Я пропущу, – я в ужасе замахал руками на стремительно наполняющуюся посуду, – не могу так сразу и такими дозами.

– Да как срастется, – Федор отломил кусочек хлеба и, закинув себе в рот, отправил туда же обмакнутый в соль лук. – Может, день, может, два. Как получим результаты, так сразу и засобираемся.

– Да вы особо-то не торопитесь, – забеспокоился наш гостеприимный хозяин, – расценки старые, белье свежее, опять же, баньку можно истопить. Ты же знаешь, Федя, какая у меня банька, загляденье.

– Про баньку знаю, – улыбнулся охотник, – истопи, как руки дойдут. Деньгой тоже не обидим, чай, не проходимцы, а вот со сроками – извини. Как справимся, так сразу и в обратную дорогу.

– Жалко, – мечтательно протянул Семен, – я-то думал, на недельку у меня. Скучно тут, поговорить не с кем.

– А вы, Семен, в город переезжайте, – предложил я. – Федор говорит, что у вас золотые руки по части электроники. Вы же что угодно можете сделать, да оно еще и работать потом будет. Вас в городе любой на работу примет.

– Ну, вот так прямо и любой, – заулыбался смущенный Семен. – Да думал я уже, но на кого дом-то оставить? Он же от деда еще, а продавать рука не поднимется, да и гарь эта ваша да копоть городская, да суета. Не, не мое. Вот что здесь, сам полюбуйся. – Семен встал из-за стола и, подойдя к окну, отдернул занавеску. – Простор! Природа! А воздух, воздух какой! Слаще меда воздух, да и размеренно все, неспешно. В общем, всем хорошо, а поговорить не с кем.

– Ну и как же вы так, без собеседника?

– Мирюсь, – вздохнул мастер. – Приходится общаться с местными жителями на интересующие их темы. Коллизия, да и только.

За разговором засиделись за полночь. Федор то и дело поглядывал на мониторчик, но тот не проявлял признаков жизни, так что ближе к четырем утра решено было идти спать, и все разбрелись по комнатам.

– Затихарился наш клиент, – вздохнул я, усевшись на раскладушку.

– Возможно, – Федор растянулся во весь рост, скрипнув пружинами, и потянулся. – Ты не бойся, шарманка орать будет так, что мертвого поднимет. Не пропустим.

– Ну так что, спать?

– По очереди, сначала ты, потом я. Днем, если что, наверстаем.

– Вставай, вставай, – я судорожно тряс Федора за плечо. Консоль, оставленная им перед сном на столе, завывала почище пожарной сирены и мигала всеми огнями радуги. – Вставай, говорю!

Федор зевнул и, открыв один глаз, недовольно посмотрел на меня.

– Встаю, не ори так, хозяина разбудишь.

– Да нет его, ушел куда-то чуть свет.

– Все равно не ори. – Еще раз потянувшись и зевнув, охотник сел, свесив ноги, и принялся натягивать свитер.

Наконец одевшись, мы с Федором двинулись по направлению к вчерашней, так тщательно подготовленной ловушке. Он – с унынием, от рутинности работы, а я же с интересом и блеском в глазах. Еще бы, в первый раз увижу живого оборотня.

– Мы успеем? – подгонял я охотника. – Может, он уже назад обратился.

– Не части, – Федор уныло плелся вперед, засунув руки в карманы. Сразу было видно, что вчерашние возлияния не прошли для моего куратора даром. – Не факт еще, что это оборотень.

– То есть? – удивился я.

Федор хмуро глянул исподлобья.