Владислав Жеребьёв – Бригадир. Судьба «Артефакта» (страница 2)

– Чего орешь? – поинтересовался Бригадир, выцеливая пришельца в прореху в стене. Видно его было достаточно хорошо. Бить в корпус смысла нет, мазануть можно. В голову тем более, хоть и незащищенную. Да и прошляпил он рекрутера, что тоже нехорошо. Пару лет назад на подступах бы его запеленговал, а тут он почти у порога. Старость.

– Бригадира ищу.

– Многие ищут. Те, что плохие, так давно в топи обосновались, двухсотыми.

– А хорошие? – В голосе пришлого послышалась ехидца. Не боялся он Бригадира. Он, похоже, тут вообще никого не боялся. Не то чтобы был героем – наверное, герои тоже в большинстве своем сейчас мертвые. Просто знал прикуп и тем был доволен.

– Хороших по пальцам пересчитать.

– Темнишь, Бригадир, да ладно. Я с воздуха.

– Иди ты…

– Иду. Мне с тобой обкашлять один момент нужно. Деньги серьезные обещают, а работа для тебя плевая.

– Тут нет плевой работы, парень. Как звать-то тебя?

– Зови Грибом.

Настала очередь ухмыляться Бригадиру. Гриб, значит, так будет на тебя и кузов.

– Ладно… кхммм… Гриб, что там у тебя?

– Спустишься?

– Неа.

– Тогда я поднимусь.

– Опять идея плохая.

– Слушай… – Рекрутер начал терять терпение. – Я с тобой не в бирюльки тут пришел играть. У меня пакет документов, данные аэросъемки, списочный состав. Мне тебе это надо под роспись передать, если сойдемся.

– А ты этот списочный состав под камушек положи да вали своей дорогой. Я отработаю, дам знать.

– Эээ… так дело не пойдет. – Гриб покачал головой. – Только из рук в руки да под роспись. Иначе бы просто в поселке оставил. Мне нужно знать, что именно Бригадир, то бишь ты, за дело взялся и на контракт подписан. Четкие условия.

– А вдруг я не тот, за кого себя выдаю.

– А ты морду покажи, краешек, я тебя и срисую. Фотокарточку твою я изучил, так что не ошибусь.

То, что у Гриба или кого-то еще была фотография с воздуха, по которой его, сталкера, в Зоне могли идентифицировать, Бригадиру с ходу не понравилось. Если вдруг вздумает дернуть наружу, то узнают и взять могут. Лишние неприятности, да и люли серьезные. Фотку-то могли только из архива ГРУ выцепить, а там сидят люди до информации жадные. Делиться ею не любят и чужаков не привечают. Малинин поморщился, досадливо сплюнул в траву.

– Ладно, спускаюсь, только если дурить вздумаешь, устрою тебе свинцовое отравление.

– Принято.

Гриб сидел напротив сталкера и с аппетитом уплетал за обе щеки тушенку из жестяной банки, до этого варварски вскрытую тактическим ножом. Бригадир держал в руках папку и с сомнением переворачивал страницы. Текста там было по минимуму – основная часть вымарана чьей-то старательной рукой. Речь шла о каком-то НИИ под патронажем известного военного конгломерата, на счету которого было немало смертельных разработок, часть из которых повадились испытывать тут, в Зоне – так сказать, в условиях, приближенных к боевым.

– Обычно договор на словах, редко бумага. – Бригадир переворачивал страницы, внимательно вчитываясь в текст. Наученный горьким опытом гражданки, он тщательно взвешивал все «за» и «против», и не находил ничего плохого, пока не добрался до весьма сомнительного пункта – Протоколирование аномальных зон, возможных способов воздействия на них, а также артефактов, обнаруженных в ходе рейда… Это что такое? Неужто не можете срисовать? Вам любой сталкер за ящик тушенки целую поэму напишет. Зайдите на любую стоянку, в любой укрепрайон, и обойдетесь малой кровью.

– Да без понятия я по этим документам. – Гриб нехотя отвлекся от поглощения съестного и пожал плечами. – Мое дело доставить, получить подписи и свалить, переправив документы на воздух. Если сухо, то тут лаборатория где-то, там на карте крестом указано. Военные разработки, чиновники и топ-менеджеры опасаются промышленного шпионажа. База научников хранит радиомолчание, не выходит на связь на зашифрованной частоте. Может, и не случилось ничего там толком, а просто какой-то транзистор перегорел, но народ наверху волнуется. Нужно убедиться, что все в порядке с персоналом, по возможности оказать помощь и при необходимости организовать эвакуацию научных сотрудников и материалов проекта. Вам будет дана частота, по которой раз в сутки будут поступать инструкции.

– Сторонних специалистов могу привлекать? – осторожно поинтересовался Бригадир, глядя на толстую пачку документов. В Зоне, наверное, столько бумаги не было, сколько он сейчас в руках держал. Ответ поступил незамедлительно:

– Наниматель настаивает на конфиденциальности.

– Будто другие рейды публичные.

– Согласен. – Гриб вновь пожал плечами. – Еще мне поручено огласить сумму, а также заверить, что в случае успеха кампании все ваши дела на воздухе будут улажены и правоохранительные органы не будут иметь к вам претензий. В случае вашей гибели в ходе операции вашим родственникам за Периметром положена материальная компенсация. В случае если вы согласны, нужно будет указать их ФИО и паспортные данные.

Перед Бригадиром лежала карта, старая, бумажная, самая надежная из всего, что можно себе тут представить. Электроника сбоила, большей частью просто не работала, а вблизи аномалий могла так дурить, что приходилось только диву даваться. Бумажная же карта была безотказна и постоянна. На ней был очерчен ничем не примечательный участок, территория в паре километров от топи, чистое поле почти. Несколько блуждающих «смерчей», да с десяток «жутиков», что под корягами таятся. Парк культуры и отдыха, да и только. Вот только кто будет испытывать что-то на открытой поверхности? Не палаточным же лагерем они встали. Этот вопрос Бригадир вновь задал Грибу, но тот, похоже, и правда был не при делах.

– Координаты тут указаны верно. – Жуя травинку, рекрутер склонился над картой. – Точнее не придумаешь. Отсюда, говорят, и связь шла, а большего не знаю. Выдали вот еще что и сказали передать, коли бумаги подмахнешь.

Из кармана разгрузки показалась пластиковая ключ-карта на длинной цепочке. Вытащив ее, Гриб принялся размахивать карточкой.

Тут вроде раньше и правда полигон находился, а точнее, часть его и, возможно, какой-то подземный объект. Информация была утеряна с годами, а военные хранили молчание, не спеша делиться своими секретами. Может, и правда корпорация «Н» засела в каком-то из бункеров. Там небось хорошо, светло, сухо, установки-опреснители, сортир теплый. Может, даже телик стоит и пиво в холодильнике. Сверху уроды ползают, а внизу красота и спокойствие. Не смогут они прорваться сквозь толщу бетона. Аномалии разве что достать могут, но если закопаться посерьезней, то и они нипочем. В конце концов, никто профессиональный риск не отменял.

– Ладно. Мне гарантии нужны, – наконец выдал Бригадир.

– Всегда пожалуйста. Через час после подтверждения, что вы в деле, на любой из указанных вами счетов будет переведена эта сумма. – Гриб подсунул под нос Бригадира открытый блокнот, и тот поразился количеству нулей в импортной валюте. – Как поступит, можете действовать, но затягивать не стоит.

– А как сообщать будете?

– Спутник.

– Так глушат же.

– Так военный спутник. Тут все серьезно, парень. У Министерства обороны свои доводы есть и свои люди внутри корпорации. Это и их интерес тоже.

Глава 2

Гарантий оказалось более чем достаточно. Как только Бригадир поставил свою подпись в нужных местах, Гриб вскарабкался с телефоном на верхотуру по почти отвесному склону, а затем по разрушенной временем и пулевыми отверстиями стене и о чем-то побеседовал со своими.

– Аванс тебе сбросили. Все на мази, – сообщил рекрутер, вернувшись назад. Забрав у Бригадира документы, он бережно упаковал их в пластиковый пакет, запечатал его и засунул куда-то в глубь своего рюкзака; по привычке проверил автомат, прошелся рукой по кобуре на поясе. – Я отчаливаю. Держи в курсе.

Когда Гриб растворился во внезапно набежавшем тумане, Бригадир двинулся в путь. Место тут было гиблое, болота да трясина. Много народу тут не только от тварей или мерзости аномальной погибло, а просто оступились и, неспособные выбраться на берег, захлебнулись гнилой водой. Сеть вешек и примет вели сталкера прямо по курсу, особых сложностей он в операции не видел, и это его больше всего и беспокоило. Самая сложная работа та, которая на первый вид легкая и беспроблемная, с такой много народу гибнет.

Топь сталкер миновал быстро, почти играючи. Обернувшись, Бригадир бросил последний взгляд на свое временное убежище, вздохнул тяжко и поплелся вперед. Чахлый смешанный лесок встал на пути уже привычно, ходил тут сталкер не единожды. Если свернуть вправо, то можно попасть на заброшенную птицеферму. Тварей там предостаточно, но и собрать можно целую котомку хабара. Поворот направо выводил к хорошо укрепленной базе местной силы, группировке Красного. За Периметром тот дел наломал много и, чтобы под вышку не загреметь, ушел в Зону да тут корни и пустил. Красный оказался хоть и бандитом, но живущим по понятиям. Были у него и ранжир, и законы, нарушать которые не следовало. Был и общак, честный, вроде отпускных или командировочных для тех, кто из Зоны выйти решил. Не отпускал он только никого, но кто ходил под ним, жили тут как сыр в масле. За Периметр шли не просто так. Большая часть беглые были, еще адреналинщики и те, кто себя героями возомнил. Вот две последние категории граждан вскоре становились новыми деталями пейзажа, так как ни черта не умели и не могли. Учатся-то не в полевых условиях, где война идет, а в лагерях специальных, на базах. Бригадир слышал, что и такие есть, но особо в это не вникал.